Королева жива
Хоть отдельно от тела
Ее голова.
Руки стали травой,
Посмотри.
Три — четыре, четыре — три.
Ноги отправились потанцевать.
Их уже не догнать.
Пять и шесть
Шесть и пять.
Стала ветром и светом,
Водой и травой,
Но осталась собой
И осталась живой.
Семь, восемь
У нее мы спросим
Девять, десять
Все ответы взвесим
Снегом станем, огнем станем
Быть собой не перестанем.
А потом обнаруживаешь, что отрастил себе парочку новых конечностей, приобрел несколько пар новых глаз вдобавок ко своим, так что можешь смотреть теперь не только вперед, но и вверх, вниз и назад. Дыхание твое расправляет полупрозрачный парус, радужно переливающийся в неоновом свете ангара, сердце твое стучит в унисон с двигателем, ток твоей крови един с током антифризной жидкости, наполняющей мельчайшую сеть трубочек, пронизывающих тело корабля, слово капилляры.
— Пестрый 1–4, готов? — жесткий голос в надкостном чипе.
— Готов.
— Следуй за ведущим. Как понял? Следуй за Пестрым 0–1.
— Вас понял.
Челноки выстраиваются клином, один за другим вылетают из ангара. Роланд чувствует, как вакуум и ледяной холод обволакивает его тело со всех сторон, но это не отвлекает его и не смущает. Его тело сделано из силениума, его руки — крылья. Он охотник, который вышел на поиск добычи. Он полон сил и осознает свою мощь.
Ната выпустила из рук пушинку — звезду, но поздно, та уже почернела и рассыпалась в пыль. Натали почувствовала мимолетное сожаление о разрушенном воспоминании Ройла, но буквально на секунду. И она все еще испытывала жажду. А еще ее все сильнее поглощал страх того, что она не сможет вернуться, пока не выпьет Роланда до дна. До тех пор, пока не погаснут все звездочки, которые так беспечно и доверчиво порхают вокруг. Пока темнота не станет безжизненной, бездушной и холодной…
Надо как-то бороться…
Она вовсе не хотела прикасаться к следующему клубочку света, он сам присел на ее плечо. Ната замерла, надеясь, что он еще может улететь. Подумалось некстати о том, как у нее могут быть здесь плечи, руки, ведь она лишь сознание, проникнувшее в душу Ройла.
… Раз, два