Расплата: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– А вот и отдам, – испытывая Юшкино терпение, ухмыльнулся Сидор.

– Не пойму я тебя: куда ты гнешься, куда ломаешься?

– А вот и понимай: телегу тебе даю. Время, Юхим, пришло другое. Давай забудем старые несогласии. По земле теперь родниться надо. Ведь в одну землю-то сохи втыкаем. А еще то ли будет!

– Да ты што?.. И вправду рыдван дашь? – обрадовался Юшка.

– Зря слов не бросаю. Приводи завтра своего вороного и запрягай.

– А не попятишься опосля? – все еще не доверяя, подошел к Сидору Юшка.

– Вот те крест. – Сидор махнул в темноте пальцами перед лицом.

– Погодь, погодь, а што я должон тебе за рыдван делать? Не даром же...

– Даром, Юхим. Я вить твои труды помню, не забудь и ты мое к тебе благоволение... Тебя-то в комитет выбрали?

– Васятка от нашей родни.

– Еще кого же почитать?

Юшка сказал. Он механически отвечал на вопросы, а думы его были далеко. Он хорошо помнит Сидорову телегу... каждую чекушечку помнит. Сколько копен свозил на ней с больших Сидоровых полей!

– Решили небось чево?

– А? – очнулся Юшка. – Решили-то?.. Завтра общая сходка. Хлеб собирать голодающим.

– Ишь, хлеб понадобился! А они его пахали, сеяли? – И он засуетился, заторопился. – Ну, ты завтра за телегой приходи. Да не забудь, коль что... Спросит кто – скажи: даром, мол, отдал... и вещички те... совсем отдаю. Не забудь!

Кривуша приютилась на склонах большого оврага, как бы прячась от холодных степных ветров. От сходной избы, что у моста через ручей, видны почти все избы, окруженные желтыми шляпками подсолнухов.

Панов внимательно разглядывал село. Рядом с коренастым, плечистым Василием он казался совсем юнцом. Худоба бледного его лица особенно бросалась в глаза.

– Тихо тут у вас, никаких классовых боев, – сказал он мечтательно, – как на курорте. Воздух чистый.

– Подожди, увидишь и классовые бои, – пообещал Василий. – В тихом омуте черти водятся.

К ним подошел комиссар продотряда Забавников – высокий, сутулый кузнец – и по-отцовски положил руку на плечо Панова:

– Люди уже собираются.

К сходной избе группами и поодиночке шли мужики, тревожно поглядывая на повозку с пулеметом, стоявшую у амбара. Любопытные женщины сидели на завалинках ближайших домов. Шушукались, щелкая подсолнухи, сердито сплевывали лузгу. Ребятишки вертелись тут же, они успели выкупаться в грязном ручье у моста и теперь старательно приглаживали мокрые вихры.

Из сходной избы продармейцы вынесли ветхий качающийся стол, кое-как установили его на земле перед толпившимися кривушинцами, накрыли красным сатином. К столу подошли Панов и Забавников.

Василий стоял неподалеку. Глаза его отмечали каждое движение в толпе, он видел, что в стороне вокруг Сидора и Потапа собралась вся сельская знать и кое-кто из середняков. Беднота теснилась у самого стола, почесывая затылки и весело переругиваясь, а за спинами, словно прячась от света, гомонили, пыхтя самосадом, осторожные середняки...

– Товарищи крестьяне! – Панов поднял руку.

Толпа разом затихла, кто-то в задних рядах крикнул: «Погромче! Не слыхать!»

– Товарищи крестьяне села Кривуши! – заговорил ломающимся баском Панов. – Вчера по декрету рабоче-крестьянского правительства у вас в селе вместо кулацкого, контрреволюционного Совета создан революционный комитет беднейшего крестьянства. Председателем комитета бедноты избран фронтовик товарищ Ревякин.

Панов оглянулся на Василия, как бы указывая, что вот, мол, он, ваш председатель, а из толпы, оттуда, где стояли Сидор и Потап, послышались злые выкрики:

– Самозванец!

– Кто его выбирал?