Амелия. Сердце в изгнании: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Амелия решила присоединиться к Софи и спустилась на первый этаж. Она застала ее стоящей у широкого окна. Тюлевые занавеси дрожали от дуновения легкого вечернего ветерка. Не увидев маркиза, юная баронесса расслабилась, очарованная идиллическим декором ярко освещенного поместья. В парке тоже было светло: между деревьями протянули гирлянды из бумажных фонариков.

– Как бы императрица была счастлива побывать у вас! – прошептала Амелия на ухо маркизе. – Я представляю, как она ходит здесь, по этой лужайке, или как прогуливается верхом в окрестностях, всегда самая красивая, самая элегантная. Никто не в силах устоять перед ее шармом, ее блеском…

Очень взволнованная, Софи, сложив руки, вздохнула:

– Я завидую вам, Амелия: вы так часто находились рядом с ней, когда служили при дворе. У меня есть исключительная привилегия: вести с ее величеством переписку, но если бы Господь подарил мне безмерную радость еще одной встречи, этот день стал бы самым лучшим в моей жизни. Однако я не жалуюсь: вы здесь, и временами у меня возникает ощущение, будто я нахожусь в Хофбургском дворце. К тому же вы так ласковы, так красивы, словно в вас, в вашей душе, есть немного чарующего света нашей очаровательной Сисси.

Амелия хотела возразить, однако в этот момент в конце аллеи показалась первая карета. Черные лошади бежали размеренной рысью. За каретой следовала коляска, а еще дальше – тильбюри[15].

– Вот и наши друзья! – воскликнула Софи.

– Я смущена, мне нехорошо. Как вы меня представите? Я не хочу слышать фамилию Карла, это причинило бы мне сильную боль, – призналась юная австрийка.

– Не беспокойтесь. Вы – моя дорогая подруга, которая приехала произвести на свет ребенка в нашем милом краю, так как после смерти супруга ваше здоровье пошатнулось. Я не буду называть его фамилию.

В это мгновение на плечо Амелии опустилась чья-то теплая, мускулистая рука. Прикосновение длилось от силы несколько секунд. Удивившись, она обернулась и оказалась нос к носу с Эдмоном де Латуром.

– Прошу прощения, если я вас напугал, баронесса, но я хотел вас успокоить. Моя супруга, должно быть, забыла об одной важной детали. Вправе ли она упоминать о вашей жизни в Вене, ваших отношениях с императрицей? Я хотел бы получить ваше согласие, поскольку Софи сгорала от нетерпения рассказать об этом нашим самым именитым гостям.

Маркиз пристально и серьезно смотрел на нее, но улыбался.

– Эдмон, ты невыносим! – возмутилась его супруга.

– Прошу вас, не ссорьтесь из-за меня! – взмолилась Амелия. – Софи, говорите вашим друзьям все, что пожелаете. Поскольку я не сумела избавиться от акцента, все поймут, что я чужестранка. К тому же вы поставляете коньяк Габсбургам уже много лет. В том, что вы принимаете у себя гостью из Вены, нет ничего удивительного.

– В таком случае моя совесть чиста, – сказал Эдмон, склоняясь в галантном реверансе.

Амелия смотрела на него непонимающе и с некоторым недоверием, пока Софи не увлекла ее к массивному крыльцу, которым увенчивалась каменная лестница.

– Какая муха укусила сегодня моего мужа? – пробормотала маркиза. – Как бы то ни было, отныне вы знаете, что в нем сможете найти пылкого защитника. Мне кажется, вы ему нравитесь.

– О господи, не говорите так! – разволновалась юная австрийка.

– Простите, я пошутила. Я забыла, что вы не привыкли к тому, что французы называют бадинаж.

– Бадинаж? Я не знаю этого слова.

Софи поняла, что по-настоящему напугала Амелию. Заметив приближающуюся к ним чету своих друзей, она веселым тоном поспешно объяснила:

– Прошу прощения, моя милая, это было глупо с моей стороны. Мы с Эдмоном часто вздорим, но мы любим друг друга. И все же случается так, что кто-то из нас бывает кем-то очарован. Тогда мы без всякой задней мысли обсуждаем сложившуюся ситуацию, при этом не воспринимая ее всерьез. Это и есть бадинаж… Ну же, теперь давайте развлекаться!

У Амелии не было ни малейшего желания развлекаться. Ей казалось, что она все еще чувствует на своем плече руку маркиза, от чего она испытывала невыразимый дискомфорт. Однако времени разобраться в своих неприятных ощущениях у нее не было. По аллее поднимались все новые экипажи. Оркестр играл сонату Моцарта. Софи, явно очень довольная, встречала гостей, заливаясь гортанным смехом, когда ей делали комплименты относительно ее платья или прически.

Церемония представлений длилась более получаса, при этом часто звучала одна и та же фраза:

– Баронесса Амелия фон Файрлик, подруга императрицы Австрии, по состоянию здоровья ей необходим наш мягкий климат.

Каждый раз эти слова воспринимались с воодушевлением, по крайней мере теми из приглашенных, кто до этого не был знаком с молодой женщиной. Гости удивлялись, даже склонялись в реверансе, мужчины целовали Амелии руку, стремились завладеть вниманием прекрасной чужестранки. Любопытство гостей сдерживало лишь хорошее воспитание, но они обещали себе удовлетворить его позже, после ужина.

Амелии понадобился весь опыт пребывания при венском дворе, чтобы сохранять внешнюю безмятежность и одаривать всех любезной улыбкой. Наконец Софи пригласила веселую компанию, собравшуюся в большой зале, пройти в парк. Великолепная хозяйка, она направилась к накрытым столам под руку с пожилым седовласым аристократом.

Чувствуя, как к горлу подступает комок, а тело охватывает дрожь, Амелия воспользовалась этим моментом, чтобы уединиться в расположенной поблизости библиотеке.

«Я не смогу провести вечер с этими людьми. Маркиз был прав: привлекать ко мне внимание было не самой лучшей идеей», – подумала она.

Амелия с трудом переводила дух; ей пришлось присесть. Но ей стало еще хуже, когда в комнату вошел Эдмон.

– Все в порядке, моя милая? – тихо спросил он.

[15] Легкий двухколесный одноконный экипаж. (Прим. пер.)