Вспомнить всё: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

(1975)

Я вновь размышляю. Сидя с закрытыми глазами, я слушаю «Клубничные поля». Я просыпаюсь. Открываю глаза, потому что в песне поется «Проходя по жизни с закрытыми глазами». Смотрю в окно. Свет ослепляет меня. Голова раскалывается. Закрываю глаза и вижу странное розовое клубничное мороженое. В то же время в меня вливается знание. Я иду в спальню, где Тесса переодевает Криса[53] и повторяю вслух то, что было передано мне: что у него врожденный дефект, что его нужно срочно отвести к доктору и сделать операцию. И это оказывается правдой.[54]

Что случилось? Что мне было сообщено? Я могу читать и понимать тайные сообщения, «скрытые глубоко внутри». Я попал под божью защиту. Защитник знакомится со мной. Я слышу его тихий голос, нечеловеческий голос; оно-она нравится мне. Во тьме ночи она говорит мне: «Святая София родится вновь, раньше мир не мог принять ее». Я едва могу расслышать слова. Потом она говорит мне, что она — «дух-защитник» (tutelary spirit), но я не знаю, что значит это слово. Наставник? Я ищу, что оно значит. Но оно значит «Защитник» (Guardian).

Мне приснилось, что «Элиас» тонул в отчаянии от того, что я не вернул мексиканцам игровые деньги из Монополии и часы. Кто такой Элиас? Я поискал. Это греческая форма имени Илии. Деньги в Монополии — золотые часы. Код — капитализм. Отчего Илие впадать в отчаяние, если я не смогу вернуть часы и деньги их владельцам? Что стоит на кону? После того, как я отдаю часы и деньги мексиканцам, я понял, что они в первую очередь принадлежат им. Я выхожу и больше не прячусь от копов и не испытываю страха.

Узнаю ли я когда-нибудь, почему то, что я сделал, было так важно? Несколько лет я чувствовал, что божественные силы тайно ведут, защищают меня, помогают мне. Но во время 3-74 я увидел их. Оказалось, раньше я был прав. Моя встреча с Тессой — рождение Кристофера. Таинства, которые я совершил, скрывая их — его? — от римлян.

Ich weiss. [Я знаю.]

Моя работа ist getan [сделана], я больше никогда не буду бояться. Потому что моя работа была успешно завершена. Больше не нужно скрываться. Они искали X[55], но не нашли. X вышел в печать. Аллилуйя!

Серьезно, втайне я знаю. Революция удалась. У них не было ни единого шанса удержать X от печати. Нац, пол — кодовые слова AMORC[56]. Рыцари-храмовники против человека, скрывающегося во тьме здания. Смертный приговор. Мудрый старый царь совершил правосудие.

Я видел последние дни. Время исчерпало себя. Ныне мы спасены от мира, дни которого прошли. Я видел Бога каков он есть, и видел, кому мы подобны. «Будем подобны ему», 1 Ин. 3:2.

(1977)

Боль — это благо, которое эффективнее всего поддерживает во мне жизнь. И то, что я жив — хорошо. Эта боль, моя боль, но не боль сама по себе — благо. Ввиду природы моего ДНК, если я почувствую удовольствие, я расслаблюсь и умру. Боль — наиболее экономичное средство для поддержания моего движения, и диалектический процесс должен сохранять ее энергию.

Таков уж я есть, и в конечном счете Бог знал, что так для меня будет лучше. Реальность для меня болезненна — должна быть такой и всегда будет, но реальность — благо, все реальности — благо. Бог не ошибается. Его решения всегда верны. Из этого следует, что даже если реальность необходима и болезненна, это всегда благо.

(прим. 1978)

Господи, я так устал в этом мире! Как мне найти луч, чтобы вернуться назад? Эта сила порождает саму себя, эта сила заставляет меня видеть все это, зная и помня. Мы были так счастливы, готовясь вернуться к Богу! А затем мы уснули — были порабощены Клингзором и его железной крепостью. Libera me Domine! [Освободи меня, Господи!]

(июль 1978)

Да, это было милосердием — я был на краю психоза в 70-х, когда Нэнси сделала то, что сделала[57], в 73-ем или около того я пытался заиметь эго, но оно было таким хрупким, было столько финансовых и других проблем, ограбление дома и остальные ужасы 71-го — все это оставило свою печать. И потому, в особенности из-за проблем с налоговой службой, я был на грани психоза во время 3-74. Бедность, семейная ответственность (новый ребенок) довершили все это. И страх перед налоговой службой.

Только сейчас, когда я впервые финансово обеспечен, я становлюсь нормальным. Свободный от психотических страхов (случай Крамба был очень поучительным[58]) и умудренный опытом, я чувствую себя хорошо: я по крайней мере испытываю высшее удовлетворение (моя машина, мои романы, мое стерео, моя дружба с К.У.), да и ответственности намного меньше. Кроме того, достижения прошлого года — путешествия, дружба с Джоан[59] — сотворили чудеса с моим психологическим здоровьем. Я научился говорить «нет» и победил большинство фобий. Думаю, они уменьшались по мере того, как я учился жить один, впервые в жизни. Кроме того, помогла терапия в центре Бена Раша.

Но я думаю, что когда все средства подвели, внешнее давление и внутренние страхи подвели меня к психозу, Бог встал на мою защиту, вел меня и спас своей божественной любовью, милосердием, мудростью и благодатью через Христа… хотя нет, это мое бредовое воображение. Вторжение в «Пролейтесь слезы…» происходит как сон и примирение с моей тенью, черным человеком и моей анимой, дарующей ману, которая была психопомпом, ведущим меня через подземный мир.

[…]

Когда меня бросила Тесс[60], попытка суицида сделала меня ближе к моему телу, моему физическому «я» и заставила меня уважать мое тело.

У меня все еще недостает самоуважения, но успех признанного писателя помогает мне его приобрести. Смерть матери[61] тоже помогла, потому что я понял, каким вредным для моей жизни человеком она была, как я ее боялся и не любил — но она всего этого заслуживала.[…] И моя дружба с К.У. помогла (т. е. он помог мне стать более толстокожим и лучше следить за своим внутренним достоинством). Кроме того, я осознаю, что хорошо трудился, а значит, я хороший человек.

Я наконец принял факт своего взросления. У меня две отличных кошки. Думаю, я больше не нуждаюсь так сильно в своих психотических фантазиях — но я ценю их, особенно те, которые были наполненны любовью и красотой — и ею. Мой психоз помог мне войти в контакт с «das ewige weiblichheit» [вечной женственностью] во мне, и за это я ему всегда буду благодарен; это значит, что я никогда больше не буду одинок: когда бы я ни нуждался в ней, я всегда чувствую ее присутствие и слышу ее голос (св. Софии). Я встретил ее в эпицентре психоза: прекрасную, добрую и, что важнее всего, мудрую, и эта мудрость вела меня по подземному миру, через Бардо То-дол[62] к перерождению — и все это была она, воплощение разума: сама Афина Паллада. Так что в самой глубине помраченного разума и жизни лежит центр равновесия — омфалос, центр гармонии и спокойствия. Я люблю ее, она мой проводник, второй утешитель и защитник, обещанный Христом… как сказал Лютер, «для самых отчаявшихся», он присутствует здесь, в нашем мире, ради нашего блага.

Доведенный до сумаcшествия страхами и бедствиями, я видел иной мир, который другие люди не видят никогда, я жил в нем. Но не тот мир я запомню и сохраню навеки, но ее — которую я встретил там, которая встретила меня и помогла мне. Я видел ее во многих формах, но голос всегда оставался тем же. Я увидел в ней своего спасителя; она приняла ту форму, которая значит для меня больше всего (как говорил об этом Зороастр: религия, она как другой конец моста, соединяющего два мира: если она юна и прекрасна, то ты сын Света, если старая и иссохшаяся — ты сын Тьмы).

Когда я увидел ее, она была прекраснее всего на свете — и Афродита, и Афина Паллада одновременно, и однажды я увижу ее снова. Она внутри меня, она моя душа.

Я учитываю два противоположных объяснения:

1) Я совершенно сошел с ума, проецировал и воображал всю эту религиозную, сверхестеcственную чушь.

2) Проводник и спаситель, образ прекрасной женщины, которую я встретил и чей голос слышал, чье существование я воображал во время психоза, была полностью реальна, и я знаю, что когда это мне потребуется вновь, я встречу ее еще раз, или же она найдет меня и поведет.

Теперь вся мудрость передачи мне пророчества на греческом («Святая София возродится вновь…» и т. д.) очевидна. Как можно считать это психотической галлюцинацией, если я не знал, что значит «святая София»?[…]

Но важнее всего голос «ИИ» (который дал мне пророчество и который до сих инструктирует меня и поправляет). Это все либо так, либо никак. Я думаю, так.

(1978)

[53] Тесса Дик, пятая жена Дика и Кристофер, его новорожденный сын.

[54] События, описанные здесь, включая операцию Кристофера, произошли в сентябре-октябре 1974 г.

[55] X, очевидно, использовалось ФКД как обозначение одной или нескольких его работ (каких именно, оставалось неясным даже ему), которые, как он считал, содержали послание, могущее подстегнуть процесс божественного спасения мира. В следующих параграфах ФКД делает ссылку на «Нац» и «Пол» — сокращения, которые он придумал для национальной гвардии и полиции в романе «Пролейтесь, слёзы…» (1974), который ФКД чаще всего считал тем самым X.

[56] AMORC — американское общество розенкрейцеров, основанное в 1915 году Харви Спенсером Льюисом — Древний Мистический Орден Розы и Креста. ФКД на некоторое время вступил в него в 1974.

[57] Нэнси Хэкетт, четвертая жена ФКД, порвала с ним в 1970 г. Взгляд Нэнси на события того года см. в седьмой главе книги «Всевышнее вторжение: жизнь Филипа Дика» (1989).

[58] Р.Крамб, художник комиксов, в 70-х годах был подвергнут налоговой службой интенсивной проверке.

[59] Джоан Симпсон, с которой у ФКД были романтические отношения в 1977 г.

[60] В феврале 1976 г. Филип Дик совершил попытку самоубийства после того как Тесс Дик, его пятая жена, бросила его, забрав сына Кристофера. Тесса Дик вспоминает, что Филип настаивал на её отъезде. Смотри одиннадцатую главу «Всевышених вторжений: жизнь Филипа Дика».

[61] Дороти Киндрем Хаднер, мать ФКД, умерла в августе 1978 г. Отношения между ними были очень сложными. Смотри первую и вторую главы «Всевышних вторжений».

[62] Посмертная реальность, описанная в «Тибетской книге мёртвых».