Настроение в комнате сразу переменилось. Осознав, что она располагает лишь несколькими минутами для прощания, Николь ощутила волну ужаса, невзирая на данное себе обещание оставаться спокойной. Последовав примеру Макса, Патрик, Наи, Бенджи и Эпонина обнимались с уходящей троицей.
Николь хотела еще раз обнять Никки, но девочка увернулась, бросившись наружу поиграть с близнецами. Элли распрощалась с Эпониной и обернулась к Николь.
— Мне будет не хватать тебя, мама. Я очень тебя люблю.
Николь попыталась сохранить душевное равновесие.
— Я не могла бы даже мечтать о лучшей дочери, — сказала она. И обнимая Элли на прощание, Николь негромко шепнула ей на ухо: — Будь осторожна, дело очень серьезное…
Элли, чуть отстранившись, заглянула в глаза матери и глубоко вздохнула.
— Знаю, мама, — произнесла она с горечью, — это пугает меня. Надеюсь, я не разочарую…
— Не разочаруешь, — Николь погладила дочь по плечу. — Только помни, что там сверчок говорил Пиноккио. — Элли улыбнулась. — «И пусть совесть всегда ведет тебя».
— Арчи здесь! — услыхав возглас Никки, Николь взглядом поискала мужа. «А где же Ричард? — подумала она в испуге. — Я не попрощалась с ним…» Элли уже шла к двери с двумя рюкзаками.
Николь едва могла дышать. А потом она услышала Патрика:
— Где же дядя Ричард?
Ему ответил голос из кабинета:
— Я здесь.
Николь побежала туда. Ричард сидел на полу, перед открытым рюкзаком посреди кучи электроники. Она постояла секунду в дверях, пытаясь отдышаться.
Услыхав ее шаги, Ричард обернулся.
— Привет, — сказал он невозмутимо. — А я все еще не могу сообразить, на сколько трансляторов брать деталей.
— Арчи уже здесь, — тихо проговорила Николь.
Ричард поглядел на часы.
— Да, время идти, — произнес он и, собрав электронику, уложил ее в рюкзак Поднявшись, он подошел к Николь.
— Дядя Ричард, — послышался голос Патрика.
— Иду, — ответил Ричард. — Сию минуту.
Когда Ричард обнял Николь, она задрожала.
— Ну-ну, успокойся… Нам не впервой расставаться.
Страх настолько овладел Николь, что она не могла говорить. Она изо всех сил стремилась быть отважной, но это ей не удавалось: Николь понимала, что в последний раз прикасается к своему мужу.
Протянув руку к затылку Ричарда, она чуть пригнула его голову, чтобы поцеловать. Слезы уже текли по щекам. Николь хотелось бы остановить время, затянуть этот момент на целую вечность. Как на фотографии запечатлев в памяти черты Ричарда, она нежно поцеловала его в губы.
— Я люблю тебя, Николь.
На миг ей показалось, что она не сумеет ответить.
— И я тебя тоже, — наконец выдавила она.
Он закинул рюкзак за плечи и помахал ей. Остановившись в дверях, Николь провожала его взглядом. «Запоминай», — услышала она в душе голос Омэ.
Никки едва могла поверить своей удаче: прямо за воротами Изумрудного города их дожидался страусозавр, как и обещал Арчи. Она дергалась на месте, пока мать застегивала ее куртку.