Рама II. Сад Рамы. Рама явленный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Люди еще не проникли к месту обитания сетей. Впрочем, они уже обнаружили шахты с лифтами, опускающимися в глубины бурого цилиндра. Теперь люди заняты разработкой планов нападения на обиталище сетей.

Сети физически беззащитны. Их тела не снабжены никаким оружием. Даже в мобильной форме, имеющей возможность применить оружие, они не прибегают к насилию. Чтобы защитить себя от неизбежного вторжения людей, сети отправили подвижных мирмикотов на сооружение крепостей вокруг четырех самых старых и умудренных представителей своего вида. Одновременно прекратилось зачатие манно-дынь, а мирмикоты, не занятые возведением крепостей, преждевременно переходят в стадию кокона. Если люди отложат нападение еще на несколько интервалов, что вполне вероятно, во время вторжения они могут и не встретиться с мирмикотами.

В поселении людей по-прежнему распоряжаются личности, психические характеристики которых несомненно отличаются от контингента, обследованного внутри Рамы II и в Узле. Эти лидеры без колебаний стремятся к обретению личной власти, хотя бы и ценой благосостояния колонии. Невзирая на видеопослание и присутствие вестников в своей группе, они не верят тому, что за ними следят, и поведение этих людей ни в коей мере не отражает системы ценностей или этических норм, существующих в их собственном обществе.

Люди продолжают войну против птиц и сетей, в основном потому, что она отвлекает внимание от проблем, сложившихся в их колонии. Среди них главными являются вызванное самими же людьми разрушение окружающей среды и последовавший за ним спад уровня жизни. Предводители людей и большая часть колонистов не обнаруживают никаких угрызений совести относительно уничтожения птиц, даже если оно окажется полным.

Человеческая семья, которая провела более года в Узле, перестала оказывать заметное влияние на дела колонии. Женщина, являвшаяся нашим вестником, по-прежнему находится в заключении, главным образом потому, что сопротивлялась действиям нынешних лидеров; ее жизни грозит опасность. Муж ее сейчас живет вместе с птицами и сетями, играя ключевую роль в их попытках противостоять нападению людей. Дети же еще не созрели настолько, чтобы повлиять на дела колонии.

Совсем недавно муж оставил место обитания сетей и переселился на остров в самом центре космического корабля. Он унес с собой зародыши птиц и сетей. В настоящее время он устроился в знакомых ему условиях и сумеет выжить и вынянчить малышей обоих видов. Успех его бегства, по крайней мере отчасти, объясняется пассивным смягчающим воздействием, начавшимся с первой стадии. Эти передачи бесспорно сыграли роль в том, что сети приняли решение доверить свои эмбрионы человеческому существу.

Нет свидетельств того, что умиротворяющие сигналы повлияли на поведение людей. Поскольку основным занятием сетей является обработка информации, их восприимчивость к предложениям о мире неудивительна. Люди же, а особенно их предводители, настолько активны, что у них остается очень мало времени на размышление, если они вообще обращаются к рассудку.

Умиротворяющее воздействие на людей затруднено существенным фактором. Внутри своего вида люди обнаруживают значительную изменчивость от личности к личности; в рамках столь широкого диапазона сложно рассчитать передачу. Набор сигналов, умиротворяющий конкретного человека, почти всегда не влияет на любого другого. Сейчас проводятся эксперименты с различными типами процесса замирения, однако не исключено, что люди принадлежат к небольшой группе космоплавателей, не восприимчивых к умиротворяющей обработке.

В южной части корабля октопауки (№ 2666), как и прежде, обитают в колонии, почти не отличимой от прочих изолированных космических поселений этой расы. Полный диапазон их возможного биологического выражения остается скрытым, в основном из-за ограниченных территориальных ресурсов и отсутствия истинного соревнования. Однако им присуще стремление к экспансии, характеризующее успешные перелеты этой расы от одной звездной системы к другой.

До тех пор пока люди не вышли за пределы собственного обиталища, нарушив уединение рас, октопауки уделяли мало внимания остальным двум видам, населяющим корабль. Но, когда люди приступили к исследованиям поселения птиц и сетей, октопауки со все возрастающим интересом принялись наблюдать за событиями на севере. Люди еще не догадываются об их существовании, но октопауки уже начали планировать возможные меры воздействия на агрессивных соседей.

Возможность потери всего сообщества птиц и сетей в огромной степени уменьшает ценность полета. Не исключено, что ко времени окончания полета сети и птицы выживут лишь в зоопарке октопауков. Быть может, к ним добавятся те, которых вырастит человек на острове. Но даже безвозвратное исчезновение вида не позволяет переходить к стадии два; тем не менее продолжающееся непредсказуемое и разрушительное поведение нынешних предводителей людей дает основания для опасений относительно продолжения полета; следует предвидеть новые серьезные потери. Умиротворяющая активность в ближайшее время будет сконцентрирована на тех людях, которые противостоят этим лидерам и подавили в себе агрессивность и стремление к захвату чужой территории.

8

— Моя страна звалась Таиландом. Некогда там правил король, которого звали Рамой, подобно нашему кораблю. Ваши бабка и дед — мои мать и отец — вероятно, все еще живут там в городке по имени Лампанг… вот он.

Наи указала точку на выцветшей карте. Мальчики явно глядели в сторону. «Они еще так малы, — подумала она. — От них еще рано чего-то ждать, невзирая на природные данные».

— Ладно, — сказала Наи, сворачивая карту, — можете выйти на улицу и поиграть.

Галилей и Кеплер надели плотные куртки, прихватили мяч и выскочили на улицу. Уже через какие-то секунды на улице начался футбольный матч — один на один. «О Кэндзи, — думала Наи, приглядывая за мальчиками от дверей. — Как им не хватает тебя. Нельзя быть сразу и матерью, и отцом».

Она начала урок географии, как и всегда напомнив детям, что все колонисты в Новом Эдеме прилетели с планеты по имени Земля. Наи показала мальчикам карту своей планеты, объяснила сначала, что представляют собой континенты и океаны, а затем показала Японию, родную страну их отца. Урок заставил Наи остро ощутить собственное одиночество и тоску по дому.

«Что же, эти уроки, быть может, предназначены не только для вас, — думала она, наблюдая за футболом на тускло освещенных улицах Авалона. Галилей обвел Кеплера и забил гол. — Отчасти они нужны мне самой».

По улице шла Эпонина. Подобрав мяч, она бросила его обратно мальчикам. Наи улыбнулась подруге.

— Я так рада видеть тебя, дорогая, — проговорила она. — Мне сегодня что-то взгрустнулось.

— В чем дело, Наи? — спросила Эпонина. — В Авалоне плохо живется? Но сегодня все-таки воскресенье. И тебе не надо идти на оружейную фабрику, а мальчикам — в учебный центр.

Женщины зашли внутрь дома.

— Подумай, ты же великолепно устроилась. — Эпонина махнула рукой в сторону комнаты, где они ютились втроем. В конце концов, у тебя просторная комната, не говоря уже про полтуалета и ванную, которую ты разделяешь с пятью другими семействами. Чего же ты еще хочешь?

Наи расхохоталась и обняла Эпонину.

— Ты всегда умеешь утешить.

— Мамочка, мамочка, — в дверях появился Кеплер. — Пойдем скорее. Он вернулся… он говорит с Галилеем.

Наи и Эпонина возвратились к двери. Над Галилеем склонился человек с жутко изувеченным лицом. Мальчик был явно испуган. В руке человек держал лист бумаги. На нем было аккуратно вырисовано лицо с длинными волосами и бородой.

— Ты знаешь это лицо, не так ли? — настаивал человек. — Это мистер Ричард Уэйкфилд, правда?

Наи и Эпонина осторожно приблизились к нему.

— Мы же сказали, — твердо проговорила Наи, — чтобы ты больше не пугал детей. Уходи, или мы вызовем полицию.