Рама II. Сад Рамы. Рама явленный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В том, что послание заключало в себе угрозу, суперагенты были единодушны. Если новый Рама действительно приближался к Солнечной системе, хотя обе станции «Экскалибур» этого еще не обнаружили, Земля не могла игнорировать послание. Конечно, нельзя было исключить и возможность искусного надувательства, наглого розыгрыша, учиненного блестящими китайскими физиками (подозревать можно было лишь их), однако до получения подтверждения СОП должен был выработать определенный план.

К счастью, уже существовал международный проект, предусматривавший создание на Марсе небольшой колонии к середине 2240-х годов. За два предыдущих десятилетия с полдюжины исследовательских экспедиций на Марс возобновили интерес к великой идее сделать красную планету обитаемой для людей. На Марсе уже работало несколько автоматических научных лабораторий, осуществлявших слишком опасные эксперименты, чтобы проводить их на Земле. Выполнить распоряжение Николь де Жарден и не испугать население можно было одним путем — следовало объявить о создании на Марсе более крупной колонии. Если бы вся история впоследствии оказалась надувательством, размер колонии можно было сократить до запланированного уровня.

Один из агентов, индиец по имени Рави Шринивасан, тщательно изучил архивы МКА, относящиеся к 2200 году, и нашел подтверждение тому, что Рама II не был уничтожен ядерной фалангой.

— Возможно, — сказал мистер Шринивасан, — мы видим обычную видеопередачу и перед нами действительно уважаемая мадам де Жарден.

— Но сейчас ей должно быть семьдесят семь лет, — возразил один из агентов.

— В передаче отсутствуют указания на время записи, — аргументировал мистер Шринивасан. — А если вы сопоставите сделанные во время полета фотоснимки мадам де Жарден с женщиной на экране, то сразу же заметите различия. В полученном нами видеоотрывке она старше, может быть, лет на десять. Для обмана или подделки чрезмерно тонкая работа.

Впрочем, мистер Шринивасан согласился, что МБР разработало вполне разумный план, пригодный даже на случай, если передача и в самом деле окажется правдивой. Поэтому ему не стоит тратить силы, чтобы доказать свою правоту. Но в первую очередь — на этом сошлись все суперагенты — следует позаботиться о том, чтобы о содержании передачи знало как можно меньше людей.

Сорок лет, прошедшие с начала XXII века, принесли на Землю заметные изменения. Из Великого хаоса Совет Объединенных Правительств вышел монолитной организацией, управляющей — или, во всяком случае, манипулирующей — политикой всей планеты. Перенеся жуткое потрясение во время хаоса, лишь Китай изолировался от внешнего мира и оставался вне сферы влияния СОП. Однако после 2200 года появились признаки того, что неоспоримое могущество СОП начинает слабеть.

Первым знаком упадка явились выборы 2209 года в Корее, когда народ этой страны, устав от вечной карусели коррумпированных политических режимов и государственных чиновников, богатеющих за счет населения, проголосовал за объединение с Китаем на федеративных началах. Из всех основных держав лишь в Китае сохранился метод правления, несколько отличающийся от регулируемого капитализма, практиковавшегося богатыми странами и конфедерациями Северной Америки, Азии и Европы. Китайское правительство установило в стране нечто вроде социал-демократии, основанной на гуманистических принципах, сведенных в единое целое католическим святым Микелем Сиенским, жившим в XXII веке в Италии.

Результаты выборов в Корее повергли в смятение СОП да и весь мир. К тому времени, когда МБР сумело затеять гражданскую войну (2211—2212), новое правительство Кореи и его китайские союзники сумели покорить сердца и умы своих народов. Восстание легко подавили, и Корея как составная часть вошла в Китайскую федерацию.

Китай во всеуслышание заявил о том, что не имеет намерения экспортировать свой способ правления военным путем, но мир, естественно, не поверил ему на слово. Военный и разведывательный бюджеты СОП удвоились между 2210—2200 годами, и политическая напряженность вернулась на мировую арену.

Тем временем в 2218 году триста пятьдесят миллионов бразильцев избрали наделенного харизмой генерала Жоао Перейру главой своей нации. Генерал Перейра полагал, что СОП не ценит Южную Америку и пренебрегает ею (и он не ошибался), а потому потребовал произвести преобразования внутри этой организации, способные исправить создавшееся положение. Получив отказ СОП, Перейра гальванизировал Южно-Американский регионализм, аннулировав для этого в одностороннем порядке хартию СОП. На деле получилось, что Бразилия вышла из СОП, и в последующем десятилетии остальные южно-американские нации, вдохновляемые военной мощью Бразилии, успешно противостояли миротворческим силам СОП. В итоге на мировой геополитической арене появился третий игрок — нечто вроде Бразильской империи, возглавлявшейся энергичным генералом Перейрой.

Поначалу эмбарго, налагаемое СОП, грозило вернуть Бразилию вместе с Южной Америкой к нищете, царившей здесь во времена Великого хаоса. Но Перейра сопротивлялся. Поскольку передовые страны Северной Америки, Европы и Азии не желали покупать у Бразилии предметы легального экспорта, оставалось завалить их экспортом нелегальным. Основным товаром Бразильской империи стали наркотики. Эта политика имела огромный успех, и к 2240 году из Южной Америки во все прочие страны света хлынул широкий поток всякого зелья.

Вот такая политическая ситуация возникла на нашей планете, когда из космоса пришло послание Николь. Хотя в хватке СОП обнаружилась некоторая слабина, все-таки во власти его находились 70 % населения и 90 % материальных ресурсов Земли. Поэтому было вполне естественно, что СОП и его орган, МКА, взяли на себя всю ответственность. Тщательно следуя критериям безопасности, определенным МБР в феврале 2242 года, они объявили о пятикратном увеличении числа поселенцев в колонии Лоуэлл. Отбытие колонистов с Земли было назначено на конец лета — начало осени 2245 года.

Находившиеся в комнате четверо голубоглазых и светловолосых шведов, уроженцев города Мальме, один за другим вышли из помещения, оставив Кэндзи и Наи Ватанабэ вдвоем. Она все глядела на Землю, оставшуюся в тридцати пяти тысячах километров под ними. Кэндзи встал возле нее перед огромным обсервационным окном.

— Я как-то не понимала, — проговорила Наи, — что такое — находиться на геосинхронной орбите. Земля там, внизу, неподвижна, она словно застыла в пространстве.

Кэндзи расхохотался.

— На деле движемся и мы, и она, причем очень быстро. Но, поскольку время нашего обращения по орбите совпадает с периодом вращения Земли, она для нас как будто стоит на месте.

— На другой станции было иначе, — Наи отправилась от окна, шаркая шлепанцами. — Там Земля казалась величественнее, динамичнее… более впечатляющей.

— Но тогда мы были только в трехстах километрах над ней. Конечно же…

— Дерьмо! — донеслось от противоположного края обсервационной лоджии. В воздухе в метре над полом повис рослый молодой человек в ковбойке и голубых джинсах, и все отчаянные телодвижения только отодвигали его в сторону. Кэндзи торопливо приблизился и помог вошедшему опуститься на ноги.

— Спасибо. Вечно забываю про то, что здесь нельзя отрывать от пола сразу обе ноги. Эта клепаная невесомость не для нас, фермеров. — Мужчина говорил с заметным южным акцентом: — Ой, извините за выражения, мэм. Слишком много времени приходится проводить среди коров и свиней, — он протянул руку Кэндзи. — Меня зовут Макс Паккетт, я из Де-Куина, Арканзас.

Кэндзи представил и себя, и жену. На открытом лице Макса Паккетта улыбка была частой гостьей.

— Знаете, — сказал Макс, — когда я записывался на Марс, как-то не подумал, что почти всю дорогу придется жить в невесомости… Что же с курочками моими будет? Небось, и яйца теперь не снесут.

Макс подошел к окну.

— А на той забавной планетке в моем доме сейчас полдень. Братишка Клайд бутылочку пивца раскупорил, а Винона, жена его, сандвич ему готовит. — Помедлив, он обернулся к обоим Ватанабэ. — А что вы будете делать на Марсе?

— Я буду историком колонии, — ответил Кэндзи. — Во всяком случае, одним из них. А моя жена Наи — преподаватель английского и французского языков.

— Дерьмо, — произнес Макс Паккетт. — Я-то думал, что вы тоже крестьяне из Вьетнама или Лаоса, хотел узнать кое-что о рисе.

— Кажется, я слышала что-то о курах? — спросила Наи после недолгого молчания. — У нас на «Пинте» будут цыплята?

— Мэм, пятнадцать тысяч моих отборных курочек тихо сидят по клеткам в грузовом буксире по ту сторону этой станции. МКА столько заплатило за этих цыплят, что Клайд с Виноной смогут бездельничать целый год… Если мы не берем с собой моих птичек, просто не знаю, зачем еще они им понадобились.