Рама II. Сад Рамы. Рама явленный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Николь же отыскала Бовуа — во всяком случае, место расположения городка, — проследив течение Луары от Атлантического океана. «А мой дом там, — показала она Яношу, — возможно, отец и дочь сейчас смотрят в нужную сторону».

«Женевьева, — подумала Николь, как только воспоминание изгладилось. — Моя Женевьева. Сейчас ты — молодая женщина. Тебе уже почти тридцать». Николь медленно шла по улице от своего нового дома в земном поселке, расположенном внутри Рамы. Имя старшей дочери заставило Николь вспомнить последний разговор с Орлом во время перерыва в видеозаписи.

— Сумею ли я пообщаться со своей дочерью Женевьевой, когда мы окажемся рядом с Землей? — спросила Николь.

— Мы не знаем, — ответил Орел после недолгих колебаний. — Все зависит от того, как ваши собратья-земляне отреагируют на послание. Сами вы остаетесь внутри Рамы при любом ходе событий, но ваша дочь может оказаться среди тех двух тысяч, которые прилетят с Земли, чтобы поселиться в Новом Эдеме. Подобное случалось прежде — с другими космоплавателями…

— А что будет с Симоной? — поинтересовалась Николь, когда Орел договорил. — Увижу ли я ее?

— На этот вопрос ответить сложнее, — проговорил Орел. — Тут задействовано слишком много факторов. — Птицечеловек поглядел на расстроенную женщину. — Прошу прощения, миссис Уэйкфилд.

«Одна дочь осталась на Земле, другую придется покинуть в чужом искусственном мире почти в сотне тысяч миллиардов километров от первой. А я сама буду еще где-то, вообще неизвестно где». Николь ощущала невероятное одиночество. Она остановилась и огляделась. Перед ней оказалась округлая площадка в парке: скалы окружали осыпь, песочницу, гигантские шаги, карусель — идеальная площадка для игр, отведенная земным детям. Под ногами плелась сетка ГОУ… когда еще ее сменит завезенная с Земли трава.

Николь пригнулась, чтобы поглядеть на крошечные газообменники. Каждый из них был невелик — всего два сантиметра в диаметре. Несколько тысяч колонн и рядов, собранных из подобных предметов, высились по всему парку. «Электронная растительность, — решила Николь, — преобразующая углекислый газ в кислород. Чтобы мы, животные, могли выжить».

Умственным взором Николь уже видела этот парк — с травой, деревьями и лилиями в небольшом пруду; таким он получился на голографическом изображении, которое им показывали в Узле. И хотя она знала, что Рама возвращается к Земле, чтобы заполнить этот технологический рай людьми, ей трудно было представить детей в таком парке. «Я не видела людей, кроме членов своей семьи, уже пятнадцать лет», — думала она.

Оставив парк, Николь направилась к станции. Тут жилые дома, выстроившиеся вдоль узких улочек, сменялись рядком строений, которые будут служить магазинчиками. Конечно, сейчас в них было пусто, как и в расположенном против станции прямоугольном сооружении повыше, предназначенном под супермаркет.

Она прошла в калитку и уселась в ожидавший вагончик, как раз за кабиной, в которой находился робот с внешностью Бениты Гарсиа.

— Уже почти стемнело, — громко сказала Николь.

— Осталось восемнадцать минут, — ответил робот.

— Сколько ехать до сомнариума? — поинтересовалась Николь.

— Поездка до Главного вокзала займет десять минут, — ответила Бенита, отправляя поезд с юго-восточной станции. — Потом придется пройти минуты две.

Ответ был заранее известен Николь. Она просто хотела услышать чей-нибудь голос и, поскольку уже второй день проводила в одиночестве, предпочитала разговаривать с роботом-Гарсиа, чем сама с собой.

Поезд вез ее по юго-восточной оконечности поселка в его географический центр. По левую руку Николь открылись берега озера Шекспир, по правую — склоны горы Олимп, там ГОУ было побольше. Экраны мониторов внутри поезда показывали информацию о местности, время дня и расстояние от станции.

«Вы с Орлом хорошо потрудились над железной дорогой, — сказала себе Николь, подумав о своем муже Ричарде, теперь уже спавшем вместе со всеми остальными членами семьи. — Скоро и я присоединюсь к вам, приду в эту большую круглую комнату».

В сущности сомнариум представлял собой отделение госпиталя, расположенного в двухстах метрах от Главного вокзала. Сойдя с поезда и миновав библиотеку, Николь вошла в госпиталь и, пройдя по его длинному коридору, вступила в сомнариум. Каждому члену ее семьи отведено было спальное место, все покоились в продолговатых, похожих на гроб, устройствах, герметически изолирующих спящего от среды. Лишь лица виднелись под небольшими окошками. Как сказал ей Орел, Николь проверила данные о физическом состоянии мужа, двух дочерей и двух сыновей. Все было хорошо… никакого намека даже на малейшее отклонение.

Николь остановилась и с тоской поглядела на каждого из дорогих ей людей. Эта инспекция была последней. В соответствии с процедурой, раз все критические параметры укладывались в норму, теперь могла уснуть и она сама. Увидеться вновь им суждено через долгие годы.

«Бенджи, дорогой мой Бенджи, — Николь со вздохом поглядела на своего умственно отсталого сына. — Этот перерыв во времени будет тяжелее всего для тебя. Кэти, Патрик и Элли скоро догонят. У них острый и живой ум. Но ты — тебе будет не хватать этих лет, которые могли бы сделать тебя самостоятельным».

Ложа были прикреплены к округлой стене, словно бы кованной из железа. Расстояние от головы одной постели до ног другой составляло примерно полтора метра. Пустое еще ложе Николь располагалось посередине — у его головы был Ричард, за ним лежала Кэти; Патрик, Бенджи и Элли находились в ногах.

Возле Ричарда она несколько помедлила. Он последним отправился спать — всего два дня назад. В соответствии с просьбой на его груди в герметичном контейнере покоились принц Хэл и Фальстаф. «Любимый, три последних дня были просто великолепными, — сказала себе Николь, поглядев на бесстрастное лицо мужа за окошком. — На большее нельзя было и рассчитывать».

Они поплавали в озере Шекспир, даже покатались на водных лыжах, поднялись на гору Олимп и занимались любовью, едва только кто-нибудь из них обнаруживал желание. И потом всю ночь не могли расстаться друг с другом в большой постели своего нового дома. Раз в день они вдвоем проверяли состояние детей, но в основном обследовали полученные владения.

Это было волнующее, насыщенное впечатлениями время. Перед тем как Николь включила систему, погрузившую его в сон, муж на прощание сказал ей:

— Николь, ты — дивная женщина, и я тебя очень люблю.

Теперь пришел ее черед. Тянуть более было незачем. Она погрузилась в свое ложе, как делала это на тренировках во время первой недели, проведенной в Новом Эдеме, и нажала на все кнопки, кроме одной. Вокруг образовалась немыслимо уютная пена. На ложе сверху опустилась крышка. Нажатием последней кнопки оставалось подать усыпляющий газ.

Николь глубоко вздохнула. Ложась на спину, она вспомнила, как ей снилась Спящая Красавица… Это было в Узле, на одной из последних тренировок. Память ее обратилась к детским годам, к тем восхитительным воскресным дням, что проводили они с отцом на праздниках в честь Спящей Красавицы в Шато-д'Юссэ.

«Как хорошо так засыпать, — решила она, ощутив сонливость; усыпляющий газ уже сочился вовнутрь. — И думать, что тебя разбудит Прекрасный Принц».

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

РАНДЕВУ ОКОЛО МАРСА