Её окружение было таким же таинственным, незнакомым, как и прежде.
На клеточном уровне не было никакого различия между её и его телом. И все же разница существовала.
Из зарослей его плоти невидимые и незнакомые глаза рассматривали её, молча и злобно карауля каждое её движение.
Незваный гость, она проникла внутрь чужого мира. Мира, созданного для того, чтобы самозванец не знал пощады. Она проплывала, а за ней яркими искрами вспыхивали уютные кристаллы смерти, и только уверенное, целенаправленное движение давало ей силу.
По мере того, как она продвигалась сквозь красные и белые кровяные тельца, действия окружения становились все более агрессивными. Словно вязкое течение, поглотила её эта среда. Сиро двигалась под арками, среди ветвей и сплетений водорослей, сетей. Путь вперёд погружался во мрак, а воздух становился все более спёртым. Дрейфуя так, она непроизвольно отмечала, что полуживые существа вокруг неё покорёжены, отвратительны и дрожат синей болью.
Сиро почти уже дошла до поражённых почек.
И сейчас только железная дисциплина Центра Медицинской Медитации вела её вперёд.
Отталкивающая атмосфера напоминала сточную канаву.
Но медицина давно уже открыла силы самоизлечения, заложенные в организме. Элементы высокого эга и йоги, на которой она основывалась, прокладывали путь к высвобождению этих сил.
В настоящее время, используя эти силы, организм пациента мог саморегенирироваться: вырастить новые конечности, лёгкие, печень.
Доктора - эти современные аквалангисты организма, погружались в тело человека, чтобы мобилизовать его силы против его врагов.
Сиро пробуждала именно эти силы. Над ней, слой за слоем, уходя вверх, лежали поражённые клетки организма; каждая из них состояла из тридцати тысяч генов. Клетки лежали спокойно и, похоже, были мертвы и опустошены. Но вот медленно и как бы нехотя, повинуясь её настойчивым усилиям, словно крадущиеся крысы, покидающие разрушенный город, к ней подоспело подкрепление.
«Впереди - враг!» - командовала она, двигаясь дальше, в разорванную тьму. Все больше и больше вновь прибывающих сил подчинялось её приказам, освещая эту сточную канаву внутренним огнём.
Маленькие существа, похожие на шуршащих крыльями и верещащих летучих мышей, рванувшиеся из глубин тьмы, были разорваны и уничтожены.
А затем Враг пошёл в атаку.
Он ударил с неожиданностью захлопывающегося капкана.
Он был один - он был миллион!
Он был не тем, что в учебниках!
Он был неизвестным, непонятным.
Он был ужасным, хищным, таинственным - сама алчность с клыками; ужас с рогами, вновь нарождённый.
Настолько подавляющий, что Сиво обуял страх: могущество неизвестного может убить в нас все, кроме спокойствия.
Она знала, что неорганизованная радиоактивная частица может разорваться и спрятаться в любом гене, произведя на свет - по жестоким законам случая - уродливую клетку, клетку-мутант, с непредсказуемым аппетитом; объём её знаний не предусматривал определения масштабов этого аппетита.
Эти аппетиты находились в состоянии дрёмы, пока не приблизилась она. Которая разбудила их, выстрелила в них. Которая вдохнула своё сознание, и сразу же клетки наполнились собственным сознанием, в основе которого - желание завоёвывать.
Она видела, чувствовала, слышала, ощущала, как оно прорывается сквозь клетки - как маньяк сквозь стену, наполняя их духом мятежа.
Силы самолечения развернулись и в панике бросились бежать, плывя и летя по ветру, который делал их беспомощными. Сиро бросилась прочь.
Но острые, как гвозди, ленты вдруг вылетели из тьмы и опоясали её. Она попыталась открыть рот, чтобы закричать - и сразу же рот её заполнила липкая, вязкая масса, из которой вылетели маленькие твари, торжествуя и прорываясь во все её бытие…
Герунд и Джефри молча курили, сидя на скамейке под колючим взглядом старого Ласло. Рядом с ними стояли пустые кружки: Джефри приготовил им обоим глинтвейн. Время шло, а Сиро не появлялась. Их беспокойство росло.
- Никогда раньше она так долго не задерживалась, - заметил Герунд. - Пять минут - вот сколько ей необходимо времени. Она организовывала силы реабилитации и сразу же возвращалась назад.
- Этот инженер, говорят, он совсем плох, - сказал Джефри.
- Да, но всё равно… Пять минут прошло, схожу-ка я за ней.