– Наш пострел везде поспел, – засмеялся Веселов. Лихо ты в окно сиганул, спортом занимаешься?
– Легкой атлетикой. У меня разряды по бегу и прыжкам в длину и высоту.
– Хватит болтать, мойте руки и к столу, – распорядилась Гелена.
– Анечка, ты как? Очень испугалась? – спросил генерал.
– Потом, когда уже все кончилось.
– Ничего, мы сейчас примем по рюмочке коньяка, расслабимся, и ты расскажешь, что там у тебя произошло.
– Да рассказывать особо нечего. Увидев, как ребята взяли бандита, я распахнула окно, чтобы выпустить собачат, и успокоилась. Вдруг тявкнула Крыся, Бим и Бом выскочили из-под кровати и подбежали к двери. Я стала в угол, дверь отворилась, на пороге появился мужик, сделал шаг, дворняги ему бросились под ноги, он с размаху упал, разбил голову и, вероятно, на какое-то мгновение отключился. Я запихнула ему кляп в рот, чтобы не орал, а собаки стали над ним с двух сторон и зарычали. Потом появился Алексей, следом Борис и ты, Андрей. Вот и все.
Рассказ Истоминой прервал телефонный звонок.
– Слушаю, тебя Фоменко, – произнес Веселов. Что? Иди ты. Представляю. Что делать, что делать, передай в музей спецназа в качестве экспоната, едва сдерживая себя, – ответил он и отключился.
– Ну, Анна Сергеевна, – сказал он, ответьте, пожалуйста, что вы запихнули в рот бандиту в качестве кляпа?
– Не помню, – растерялась та. Потом покраснела и прыснула.
– Вот- вот, как мне сейчас сообщил подполковник Фоменко, его мужики ржут и катаются по полу. Говорят, что всякое бывало, но такого они еще не видели.
– Господи, да что случилось, Андрей, не томите, – всплеснула руками Гелена Казимировна.
– Аня запихнула бандиту в рот бюстгальтер, белый в кружавочках и с розовым бантиком. Спецназовцы его очень внимательно рассмотрели и одобрили. Теперь не знают, что с ним делать. Я посоветовал сдать его в музей.
Первым засмеялся Алексей, затем захихикала Гелена, Комаров и Веселов хохотали так, что со второго этажа прибежал Арни узнать, не случилось ли землетрясение. Крыська от восторга задрала хвост трубой и забегала по комнате.
– Аня, объясни нам, как ты умудрилась это сделать, – не преставая смеяться, – спросил Веселов.
– Очень просто, он висел на стуле, что мне под руку попалось, то и запихнула в рот.
– Анечка, как там наш раненый, он не проснулся? – отсмеявшись, спросила подруга.
– Нет, спал как убитый. Лекарство подействовало.
– Ну-ка, колитесь, чем вы опоили Петровича? – потребовал Веселов.
– Да ничем особенным. Ты же помнишь, как мы усыпили боевиков, такое же снотворное Геля сделала для Петровича, а я ему дала выпить на ночь.
– То-то он даже не пошевелился, когда его тащили через окно. Ну, что, пора отдыхать. Алексей, завтра, впрочем, уже сегодня подъезжай к семи утра, отвезешь Анну Сергеевну в больницу. Тебя, Борис, жду к девяти. Гелечка, спасибо за ужин. Пойдем, Аня, к себе, расскажешь, что удалось узнать у Петровича.
– Он парней засек на остановке на трассе, обратив внимание на то, что они вышли из иномарки и пересели в маршрутку, – сообщила Анна Сергеевна, поднимаясь с Веселовым на второй этаж в свои апартаменты. – Андрей, зачем они это сделали?
– Из предосторожности. Маршрутные такси при въезде в Тригорск редко досматривают. А третьего он не заметил?
– Сказал, что на следующей остановке сел молодой мужчина славянской внешности с какой-то коробкой, но он на него не обратил внимания.
– О чем говорили кавказцы?
– Который помоложе, радовался, что наконец-то будет участвовать в настоящем деле, и отомстит за брата, захватив неверных. Еще он удивлялся совпадению, дескать, сестра живет в селе Первомайском в доме 17, а посылку надо доставить на улицу с таким же названием, и в дом с таким же номером. Но Петрович забыл, откуда взялся номер квартиры, все-таки при такой травме случается частичное выпадение памяти. Андрей, ты можешь объяснить, что все-таки происходит в городе?
– Анечка, в Тригорском изоляторе, а проще тюрьме, содержится командир одного из банд-формирований Алиев. Есть информация, что боевики планируют захватить заложников и потребовать его освобождения. К сожалению, это все, что мы знаем. Максим с переводчиком слушает группу исполнителей, но они очень осторожны, и ничего существенного до сих пор узнать не удалось. По некоторым деталям мы поняли, что где-то в городе находится их координатор. Но засечь его не можем, вероятно, узнав, что Петрович жив, он не пользуется сотовой связью.
– Разве нельзя сейчас задержать тех, кого вы знаете?
– Во-первых, нам нечего им предъявить, во-вторых, они сами могут не знать, где и что произойдет, и в-третьих, это единственная наша ниточка, если ее оборвем, то останемся в полном информационном вакууме. Все равно мы их контролируем и можем арестовать в любой момент, беда в том, что это, скорее всего, не вся группа, и где скрываются остальные, неизвестно. Сейчас следователь на базе спецназа допрашивает двух боевиков, которых взяли в больнице, может быть, что-то прояснится.