Терпеливо выслушав проблемы, рассказ о поездке на прошлой неделе к очередному хахалю, жалобы на плохие продажи, сломанный ноготь и еще кучу абсолютно ненужной информации я наконец положил трубку и вздохнув с облегчением отправился в капсулу.
…
Добро пожаловать в Массакрию!
…
Деревня Проклятых постепенно обрела четкие контуры и краски. Я все так же сидел на лавке возле таверны. Еще во время чтения форума у меня возник план дальнейших действий. Для начала узнать, когда должен появится торговец, попробовать продать добро с болот, и наконец спросить про странный дом. Решив, что раз трактирщик был единственным, кто со мной говорил, надо задать вопросы ему. В таверне было удивительно пусто, хотя меня не было меньше часа. Почти все посетители разошлись кто куда и лишь пара столов была занята. Хозяина заведения на месте тоже не было, вместо него стояла миловидная девчушка, на вид лет двенадцати. Длинные волосы острый носик, милая улыбка и тряпичное платье дополняли образ деревенской простушки.
— Привет. — Я уверенно подошел к стойке и обратился к ней.
Подняв на меня глаза, она тихонько взвизгнула и сделала шаг назад, но видимо пересилив себя все-таки не убежала, хотя явно хотела.
— Три медяка за ночь. — Как-то затравленно проговорила девочка.
— Меня интересует не комната. — Произнес я, улыбнувшись, отчего девчушка побледнела как призрак.
Неужели я именно такое впечатление произвожу на окружающих?
— Мне бы узнать, когда в деревню торговец приезжает. — Продолжил я уже не улыбаясь и стараясь вообще не выражать никаких эмоций, чтобы не пугать собеседницу еще больше.
— Через неделю. — Коротко ответила девочка. — Он вчера был, но уехал. — Продолжила она, видимо решив, что я жду подробностей.
— Вот как… — разочарованно вздохнул я. — А скажи, больше в деревне никто свитками не торгует? — Закинул я еще одну удочку. Диалог вроде бы строился вполне нормально, значит надо пробовать разузнать больше.
— Не торгуют. — Все так же лаконично звучал ответ девочки, разве что теперь продолжения не было.
Помолчав с минуту смотря в одну точку на стойке, я поднял взгляд и посмотрел девочке прямо в глаза. В них были страх и паника.
— Да не бойся ты, я не кусаюсь! — В сердцах выпалил я, понимая, что если сейчас я что-нибудь не скажу, то разговор закончится и больше я ничего не узнаю.
— А м-может и кус-саетесь. — Запинаясь прошептала она, явно еще больше перепугавшись.
— Нет, не кусаюсь… — Устало вздохнул я — Скажи, а как тебя зовут? — Спросил я, глядя на надпись «Девочка» над ней.
— Л-Лонна. — Ответила она, потупив взор.
— Скажи, Лонна, почему ты меня боишься? — Спросил я, как можно мягче, но учитывая, что на шипящих я действительно немного шипел, даже это у меня получилось не слишком хорошо. — Почему ты других, таких же как я не страшишься?
— Я вас первый раз вижу, — Она наконец посмотрела мне в глаза. — А других чужаков мы знаем уже давно.
— И это значит, что меня надо бояться? — Спросил я, стараясь не показать радости от того, что она не уходит от разговора. Как там писали? Главное разговорить хотя бы одного?
— Это значит, что вас никто не знает. А вдруг вы негодяй какой? — Она, казалось, совсем перестала бояться, хотя и стояла все еще далеко от стойки.
— Но ведь я пришел с теми, кого вы знаете? — Удивился я. — Разве это не говорит в мою пользу?
— Нет, мистер, не говорит. Некоторые из тех, кого приводили ваши друзья, потом делали всякие плохие вещи. — Абсолютно серьезно сказала девочка.
— Почему же вы тогда позволяете им приводить сюда новых, эм-м-м… — Я замялся, подыскивая подходящее слово.
— Чужаков. — Тут же подсказала мне Лонна.
— Почему вы позволяете приводить чужаков в вашу деревню?
— Они очень много сделали для нас и тех негодяев наказали. — Ответила она, потеряв всю серьезность.
— Скажи Лонна, твой отец, хозяин таверны, он не будет ругаться за то, что ты со мной разговариваешь? — Я расслабился, позволяя себе задать отстраненный вопрос.