Ижак: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А я думаю, что ты должна подготовиться к тому, что ты найдешь. Кевин может много чего наворотить, но он бы не кинул меня на деньги. Сходи к нему домой и когда узнаешь, что на самом деле случилось с твоим братом, можешь вернуться домой, и мы разберемся с этим вместе.

Сейчас подходящее время? Должна ли она сказать ему, что независимо от того, что найдет в квартире Кевина, она не вернется домой?

— Я не собираюсь возвращаться в Лоуэлл-Фоллс. Я встретила кое-кого и собираюсь остаться здесь. Барри не собирается придерживать мою работу ради меня, и мне нет смысла возвращаться. Я собираюсь работать здесь и в конце концов вернуться в колледж.

На другом конце телефона была продолжительная тишина. На мгновение она подумала, что звонок был отключен, но, когда ее отец снова заговорил, дрожь прошла по ее позвоночнику от его мрачного тона.

— Ты не оставишь семью. Драконы пробуждаются, тот факт, что они уничтожили твоего брата, доказывает это. Ты прежде всего охотник, и Ты не будешь уклоняться от своего долга перед семьей.

— Я не думаю, что переезд в другой город — это отказ от семьи, и мне грустно, что ты так думаешь. Я хочу, чтобы ты хоть раз был счастлив за меня, папа. Но если ты не можешь заставить себя сделать это, тогда я мало что могу сделать, чтобы изменить твое мнение. Я продолжу жить своей жизнью. Я позвоню тебе завтра с тем, что узнаю о Кевине.

Джулия закончила звонок, прежде чем ее отец мог сказать больше и переключила телефон на беззвучный режим, так что, если он перезвонил ей, она не будет знать.

Она не делала ничего, кроме своего долга перед семьей, а теперь ей исполнилось тридцать, и она провела большую часть своего времени в одиночестве. Джулия хотела следовать собственным путем, не таща за собой багаж своей семьи. Она встретила человека, который заставил ее душу петь, и не собиралась отказываться от него, пока, так или иначе, не узнает, ее ли он человек. Джулия никогда не позволяла себе любить раньше, зная, что ее отец никогда не позволит ничего, чтобы отвлечь ее от того, что он считал ее местом в семье.

Когда она отвернулась и посмотрела дальше по коридору, где Ижак ждал ее в спальне, она почувствовала, что тяжесть упала с ее плеч. Джулия освободилась от бремени своей семьи и прошла по коридору туда, где ее ждал мужчина, сделав первые шаги к ее будущему.

Ижак обуздал эмоции, когда услышал, как Джулия идет по коридору. Смешанные эмоции вспыхивали внутри него после подслушивания ее телефонного разговора с отцом. Он был в восторге от того, что женщина хотела остаться в городе после того, как ее миссия будет выполнена, но она была осторожна в выражении чувств. Джулия все еще может верить, что ее брат пропал, потому что он покинул город, чтобы избежать тюрьмы, но, судя по словам в конце разговора, ее отец все еще был убежден, что драконы несут ответственность. Ижак должен позволить ей вернуться к своей жизни вместо того, чтобы удерживать ее. Теперь он мог видеть, что идея соблазнить ее, сохраняя при этом свое сердце нетронутым, была ошибкой. Чем больше времени он проводил с ней, тем труднее было думать о его жизни без нее.

Если повезет, Рикман не найдет ничего в квартире Кевина, что могло указать на его брата, и это будет, по крайней мере, одно препятствие. В конце концов ей придется узнать правду о нем, но он предпочел бы, чтобы это произошло после того, как она влюбится в него.

Джулия вошла в спальню, и улыбка расплылась по ее лицу, когда она увидела его. Этот взгляд захватил его дух, и Ижак знал так же, как он стоял перед ней сейчас, что она была женщиной, с которой судьба предназначила ему быть. Между ними все еще была тайна его природы, но он должен был цепляться за надежду, что если покажет ей, что не представляет опасности для нее или кого-либо еще, конечно, она сможет оставить прошлое, то чему ее учили всю жизнь.

Некоторое время Джулия колебалась, он понял, что смотрит на нее, не говоря ни слова. Ижак потянулся к ней рукой, и она подошла к нему, на расстояние вздоха между ними. Он заставил себя расслабиться, поднял руку к губам и поцеловал кончики пальцев один за другим. Он не стал бы беспокоиться о том, что произойдет завтра или на следующий день, или если Джулия узнает, что что-то не так. Ижак должен был сосредоточиться только на следующем моменте, на следующем дыхании. Между ними росло что-то, но оно было хрупким. Он должен действовать осторожно, чтобы его можно было укрепить что-то, что будет иметь силы, чтобы выдержать шторм, который принесет правда о себе.

— Что? О чем ты думаешь?

Ижак поцеловал ее ладонь и напрягся, так как почувствовал себя уязвимым. Он знал, что она хотела остаться, обсуждала с ним эту тему, но он был неоднозначен в своем ответе. Если он хотел удержать ее при себе и называть своей, ему необходимо проявить себя. Ему нужно дать понять ей, что ее присутствие с ним было тем, что он хотел.

— Мы немного поговорили об этом раньше, но я хотел сказать, что хочу, чтобы ты осталась со мной. Я знаю, что мы встретились совсем недавно, но мне кажется, что это было давно. Я думал, что это будет что-то мимолетное, временное увлечение, но я нахожу, что это не то, чего хочу. Слишком рано бросаться во что-то серьезное, но я хочу узнать тебя и дать тебе шанс узнать меня. Я хочу спать рядом с тобой, просыпаться рядом с тобой, пока мы не узнаем, что это то, что должно продолжаться. Я говорю тебе, что хочу дать нам шанс.

Джулия посмотрела на него и обхватила его лицо. К его удивлению, он увидел надежду в ее глазах, но она смешалась с нерешительностью. Ижак подумал, когда она сказала отцу, что встретила кого-то, что она тоже этого хотела. Ее отец сказал что-то, чтобы она передумала?

— Я тоже этого хочу, ты же знаешь. Но ты должен знать, что я могу принести с собой багаж. Моему отцу не понравится, что я не вернусь домой. Он может прийти сюда и устроить неприятности.

Джулия закусила губу, и он знал, что ее разговор с отцом показал ей, как много неприятностей ее отец может вызвать. Это было в глубине его разума, и Ижак поставил под сомнение мудрость этого. Но, глядя на нее, он не мог сказать ей, что передумал. Что ей нужно от него заверения в том, что он не отвернется от нее из-за факторов, находящихся вне ее контроля. Если Ижак хотел, чтобы она приняла его таким, какой он есть, тогда ему лучше быть готовым сделать то же самое.

— Я хочу знать о тебе все, и я готов пробраться через любые препятствия, чтобы сделать это. Не беспокойся о своем отце и о том, чего он хочет. Давай пока не будем о нем волноваться. Я хочу, чтобы ты осталась здесь со мной. Хочу узнать, что то, что я чувствую внутри, когда смотрю на тебя, когда обнимаю тебя, — это то, что будет продолжаться. Если это то, что ты хочешь, то об остальном позаботимся позже, — Ижак наклонился вперед и поцеловал ее в губы. Он целовал ее с тщательностью, которая украла их дыхание, и отошел, чтобы посмотреть на нее. — Ты останешься?

Угол ее рта поднялся, и она подняла руку, чтобы обнять его шею. Джулия прижалась к нему всем телом, мурлыча.

— Мне может потребоваться некоторое убеждение.

Со смехом Ижак снова опустил голову и поцеловал ее. Голод, который был прерван телефонным звонком отца, вернулся к жизни, и его руки сжались вокруг нее, когда рычание раздалось в его груди. Он не собирался ее отпускать. Джулия соткала над ним заклинание с шелком ее кожи, с запахом ее тела, с удовольствием, которое он нашел, когда был переплетен с ней. С каждым ударом сердца Ижак становился все увереннее в том, что она его истинная половинка. И он не позволил бы ничему встать на его пути, утверждая ее.

Он отступил и потянул пояс ее халата. Его шелковая ткань скользнула по ее телу, открывая ее обнаженную плоть его горящим глазам. При тающем дневном свете ее кожа светилась, как алебастр, с ее черными волосами. Джулия была прекрасна для его глаз, и он хотел наслаждаться вместе с ней этой ночью, также, как и грядущими ночами. Она мягко вздохнула, когда он перекинул занавес ее волос через плечо, чтобы мог беспрепятственно видеть ее роскошную плоть. Ее соски напряглись под его взглядом, словно выпрашивая поцелуя.

Ижак наклонился, чтобы взять ее сосок в рот, и он казался слаще, чем самый зрелый плод. Он не мог насытиться ею, и он поклялся, что доведет ее до безумия к тому времени, когда закончит. Он потратил время и внимание, необходимое, чтобы обследовать каждый дюйм ее тела своими губами. Ижак опустился на колени перед ней, она задыхалась от желания и долгий стон вырвался из нее, когда он подарил ей самый интимный поцелуй из всех.

Джулия стояла, содрогаясь, с одной ноги, лежащей на его плече, и ее руки сжимали его волосы. Он не возражал против острых уколов боли, которые она причиняла ему дергая за волосы, пока он ублажал ее своими губами и языком. Ижак слышал какое удовольствие она получала, с каждым стоном, который издавала, но он не проявлял к ней милосердия. Когда наступил момент ее оргазма, она взорвалась под его кружащим языком, его имя было лихорадочным криком на ее губах, и ее кулаки сжались в его волосах.

Джулия стояла, дрожа, когда он поднялся на ноги. Его сила была единственным, что держало ее на ногах, и когда они опустились на кровать, он никогда в жизни не был так возбужден. Умелыми движениями Ижак разделся, в то время как она смотрела на него глазами, прикрытыми тяжелыми веками. Она подняла ноги, чтобы поставить их на матрас, когда раздвинула бедра, и он мог видеть, что ее плоть влажно блестела и она была готова, принять его. Он не мог больше сдерживаться, и устроился между ее бедер, опираясь на руки, чтобы ей не пришлось брать его тяжелый вес.

— Помести меня внутрь себя, — В его голосе прозвучала напряженная команда, и Джулия подарила ему улыбку, которая была такой же старой, как время. Она потянулась вниз, взяв его в руку и направила ко входу своего тела. Один жесткий толчок — все, что нужно, и она окружила его, держа в изысканных объятиях.

— Ижак, люби меня, — ее шепчущий голос скользил по его коже, когда она цеплялась за него, и он больше не мог сдерживаться. Ижак знал, какое удовольствие он найдет в ее теле, и уже не мог отказать себе.