На Варшавском шоссе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вражеские танки и артиллерия из-за боязни поразить своих огня не вели. Не выдержав натиска, фашисты побежали. Больших усилий стоило нашим командирам удержать курсантов от преследования, для которого не хватало сил.

В этом бою противник потерял свыше двухсот солдат и офицеров убитыми, несколько фашистов было взято в плен. Четыре танка и броневик догорали в поле. Курсанты собрали трофейные пулеметы, автоматы, гранаты с деревянными рукоятками.

Россиков допрашивал пленного обер-лейтенанта, который все время озирался по сторонам, видимо, пытаясь обнаружить сосредоточение наших крупных сил. Реденькая цепь курсантов, занимавших позиции, не внушала ему доверия. Вероятно, так рассуждало и немецкое командование.

Снова и снова над нашим расположением кружил вражеский самолет-разведчик «рама». Он то спускался совсем низко, едва не касаясь верхушек деревьев, то взмывал вверх, пытаясь обнаружить скопление войск. Выше пролетали бомбардировщики и опять бомбили пустые перелески возле Стрекалово.

Вскоре снова появились танки, на этот раз их было гораздо больше; они шли не только в лоб, но и охватывали наши фланги. Следом двигалась пехота.

Принять бой — значит полечь здесь всем, и тогда к концу дня противник будет в Ильинском. Все понимали, что допустить фашистов туда, к еще не созданным оборонительным позициям, нельзя. Надо задержать их здесь как можно дольше. Сейчас, чтобы сохранить силы, был один выход — отступить.

Суходолов поддержал решение Старчака. Но как сообщить об этом ребятам? Всего час назад они обратили фашистов в бегство. А теперь отходить назад, когда каждый из них все время помнил: позади — Москва.

— Даже опытному воину тяжело отступать, — проговорил Россиков, — а им, только вступившим в бой, тем более.

Опять налетели «юнкерсы». По своей излюбленной манере встали в круг и сорок минут один за другим бросали бомбы. Казалось, ничего живого не осталось на этом куске земли. Но вот заговорили наши пехотинцы: открыли огонь пулеметы, свои и трофейные. Артиллеристы с удовлетворением вслушивались в пулеметные очереди:

— Молодцы ребята, бьют фашистов — не унывают!

Заговорили минометы, тоже захваченные утром у противника. Именно минометы особенно его испугали, заставили притихнуть.

Кто-то из курсантов метким выстрелом из винтовки, а может, очередью из ручного пулемета, сумел поразить самолет, пролетавший над позициями. Бомбардировщик загорелся и рухнул вниз. То-то радости было у курсантов, кричали «Ура!», обнимались!

— И все же надо отходить, — произнес Старчак, опустив бинокль.

— Конечно, можно дать приказ об отходе — приказ есть приказ. На то и армия… Но тут случай особый, — размышлял вслух Россиков.

— Ну вот что, — предложил Суходолов. — Соберем- ка на пять минут политработников. Надо объяснить ребятам: не велика честь полечь всем в бою. Важнее задержать фашистов еще на несколько суток, а это могут сделать только живые. А как отходить будем?

Ответил Россиков.

— Планируем так: артиллерия движется перекатами, поорудийно, сдерживая фашистов огнем. Пехота тем временем подразделениями отойдет к реке Изверь — для обороны лучшего рубежа не найти, там и окопаемся.

— Это верно, — одобрил план Суходолов.

На том и порешили. Первой отходила пехота. Сорокапятки прикрывали ее. Орудия устанавливали слева от шоссе. Пока одна пушка вела огонь по противнику, другая занимала позицию. Во время одного переката наткнулись на немцев, вышедших к шоссе. Сосредоточенным огнем заставили фашистов отступить. Разрывом вражеской гранаты контузило Россикова и его связного курсанта Батурлова. Не слыша собственного голоса, Россиков так громко подавал команды, что даже разрывы не могли заглушить их. И под минометным и артиллерийским огнем ребятам не изменило чувство юмора: они отвечали звонкими голосами. Немцы стреляют, а ребята кричат — может, от мальчишеской удали, а может, это помогало им преодолевать страх.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Слушая сообщение Суходолова о действиях передового отряда, командиры задумывались: не появятся ли к утру на рубеже, не подготовленном еще к обороне, фашистские танки?

При свете фонаря полковник Костин внимательно вглядывался в свою рабочую карту. Выходит, на километр фронта всего два орудия. До чего же жидка у нас противотанковая оборона! На десятикилометровом рубеже лишь двадцать орудий. Пехоты тоже слишком мало. Батальоны пехотного училища не прибыли к месту назначения, следуют они из лагерей железнодорожными эшелонами и походным порядком. Командующий войсками Московского военного округа генерал-лейтенант Артемьев не забыл о помощи курсантам.

На шоссе послышался шум автомобильных моторов. Прибыл батальон 108-го запасного полка. Пусть он не был еще экипирован полностью, но представлял ощутимую силу. По распоряжению штаба округа батальон направлялся на усиление передового отряда.

— Может быть, с его помощью на сутки — двое сумеем задержать продвижение вражеских колонн, — сказал генерал Смирнов.

— А как у вас с противотанковыми гранатами? — спросил Костин командира батальона.

— Всего лишь по одной гранате на стрелка.

Вспомнив жестокие бои под Минском, полковник посоветовал комбату создать в каждом взводе группу истребителей танков, вооружить их двумя-тремя гранатами.

Рассвет Костин встретил на ногах. На КП, склонив голову, сидя дремал майор Копелев. Из-под его плаща виднелась карта, испещренная красным и черным карандашами. Костин невольно улыбнулся: до чего же привычка довлеет над человеком. Он отработал карту как преподаватель. Не забыл изобразить стрелы возможных танковых ударов противника, заштриховать их разными оттенками, а самого главного — расположения своей артиллерии — на карте нет. Да и откуда появиться? Правда, сегодня должны подойти с десяток старых пушек. Вот и все — меньше трех орудий на километр фронта.

В памяти невольно возникли первые дни войны, плотное построение танковых войск противника, которые словно тараном пробивали нашу жиденькую оборону. Но первые бои кое-чему научили. Чтобы сдержать натиск фашистов, мы начали создавать очаговую круговую оборону с системой опорных пунктов, от сосредоточенного огня которых немцы несли большие потери. Поэтому-то и здесь, на ильинском рубеже, артиллеристы строили оборону в виде опорных пунктов. Те два десятка орудий, продуманно расположенные в опорных пунктах вдоль Варшавского шоссе, должны были сделать свое делю.

— Товарищ полковник! — послышался радостный возглас начальника артиллерийского снабжения училища военного инженера 2 ранга Демидова, — Подходит автоколонна из Москвы с боеприпасами.