Йода кашлянул.
— Печально, но я не могу принимать решения лишь по зову сердца. Потому что мы не можем позволить врагам демократии получить передышку и собраться с силами. Их надо вырезать, как вырезают из тела опасную для жизни опухоль. Их надо искоренить, как искореняют заразную болезнь. Если мы этого не сделаем, поколение за поколением наши дети будут жить под угрозой, которая исходит от тех, кто принёс в галактику хаос, и, если ничего не предпринять, впоследствии отыщет силы для возобновления войны.
— Бурные аплодисменты, — прокомментировал Бейл, который сам присутствовал при этом выступлении.
Мастера-джедаи пошевелились в креслах, но промолчали.
— Не стоит поддаваться ложному впечатлению, что самые трудные решения позади, но позвольте мне добавить, что осталось ещё много работы. Столь многое нужно реорганизовать, столь многое восстановить… От вас, от всех вас я ожидаю рекомендаций, какие миры мы с радостью снова примем в объятья Республики, а какие будем держать на расстоянии или накажем за раны, которые они нам нанесли. Также я ожидаю указаний по изменению Конституции в соответствии с нуждами новой эпохи.
— Что он хочет этим сказать? — уточнил Мейс Винду.
— В конце концов, я надеюсь, что вы, все вы, создадите новое духовное начало на Корусканте, в мирах Ядра, во всех звёздных системах, где продолжает сиять свет демократии, чтобы в будущем нас ожидало ещё одно тысячелетие мира, и ещё одно, и ещё, пока галактика совсем не забудет о существовании войн.
— Достаточно? — спросила Стасс Алли, когда Сенат снова разразился аплодисментами. Высокая, стройная и смуглая, она носила толотский головной убор, как и её предшественница в Совете, Ади Галлия. Никто не возразил, и она выключила голопроектор.
Повернувшись к Бейлу, Йода проскрипел:
— За визит признательны мы вам, сенатор Органа.
— Я просто хотел довести до вашего сведения: не все из нас в восторге от решения канцлера, несмотря на все уверения репортёров ГолоСети.
— Осознаём мы это.
Бейл широким жестом обвёл треугольные окна и с беспокойством покачал головой.
— На Корусканте уже праздничное настроение. Оно практически витает в воздухе.
— Преждевременны праздники любые, — с сожалением заметил Йода.
Мейс подался вперёд.
— Что может замышлять Палпатин, отправляя половину войск с Корусканта осаждать миры Внешнего кольца?
— Смелость дало Палпатину то, чего достигли мы при Белдероне.
— Верховный канцлер особо выделил Майгито, Салукемай и Фелусию, — сказал Пло Кун из-под маски, снабжавшей его необходимым для дыхания газом.
Ки-Ади Мунди едва заметно кивнул.
— Он назвал их «триадой зла»[34].
— Сепаратистские твердыни это, — сказал Йода. — Но далёкие такие, незначительные.
— Они могут быть опасны для жизни государства, — предположил Бейл.
Мейс посчитал эту идею смехотворной.
— Если живое существо ранено, оно уделяет ране первостепенное внимание. Оно не бросает силы на борьбу с булавочным уколом, когда грудь пробита бластерным выстрелом.
Бейл окинул помещение быстрым взглядом.
— Кое-кто из нас опасается, что Палпатина убедили продолжать осады, чтобы заполучить в свои руки миры силовыми методами. Сенату представлены на рассмотрение законопроекты, дающие Верховному канцлеру право отменять решения местных правительств звёздных систем.
Йода возмущённо поджал губы.
— В лабиринт зла превращается война эта. Но защитить себя должны мы, традиции сохранить, что поддерживали джедаи тысячу поколений.
Мейс провёл ладонью по бритой голове.
[34] Указанные планеты были важными членами Конфедерации Независимых Систем: на Фелусии базировалась штаб-квартира Гильдии коммерции, Майгито располагала имеющими стратегическое значение шахтами по добыче кристаллов и хранилищами, которыми управлял Межгалактический банковский клан, на Салукемае находились недавно созданные конфедератами фабрики по клонированию. Название «триада зла», возможно, восходит к выражению «ось зла» — так президент США Джордж Буш в своем обращении к правительству в 2002 г. назвал Северную Корею, Иран и Ирак.