Оргия четверых...: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алёшу затрясло — жидкость едва не пролилась. Мальчик закрыл глаза и пригубил. Солёность жидкости напомнила о поездке всей семьёй на Азовское море. Он представил, что это морская вода, которую пьют матросы, впервые вышедшие из гавани. Об этом он читал в приключенческой повести о пиратах.

Этот урок стал первым в его приёмах самовнушения, когда ему придётся терпеть унижения. А сейчас он отключился от восприятия внешнего мира: перестал слушать гвалт зевак, вдыхал только ртом, выдыхал носом в момент перед глотком.

— Вечером, чтобы была нормальная посуда. Не принесёшь — будешь хуй сосать! — смотрящий плюнул Алёше на брюки.

С этого дня ему мешали сесть за обеденный стол, да и вообще заставляли заходить в столовую после всех. Некоторые воспитатели, видели такое отношение, усаживали его на свободное место. Тогда сотрапезники резко прекращали кушать и покидали столовую.

А после обеда в тот день, Алёша раздумывал, о какой посуде говорит смотрящий. В момент раздумий он вспомнил о расписной чаше у библиотекаря. Женщина ею очень дорожила, не позволяла даже мыть её после чаепития. Украсть драгоценность не составило больших трудов — она стоит на каталожном ящике. И обычно пользуется библиотекарем лишь в полдник, а затем никто за ней не следит.

Так что вечером Алёша зашёл в спальную подростков и подал чашу парню.

— Ну вот! Быстро сообразил, пиздюк. Можешь ведь когда понимаешь…. Поставь её под мою кровать, ночью придёшь, я поссу в неё. Пиздуй отсюда…. Хотя нет! Тащи сюда свои шмотки, будешь спать под моей кроватью, парашнику не привыкать…, ручной сучкой становишься с этого момента. Резче, бля, поскакал!

Ночью его разбудил непонятный шум, раздающийся из дальнего угла спальни. Звук был ритмичный, походил на негромкие аплодисменты. Мальчик притих — он уже понял, что может "заработать" лишнее наказание. Но обзор под кроватями мало чем прикрывается — в свете ночника, видны все плинтуса. А в том углу видна пара ног, ориентированная ступнями к ложу. У дальней пары ног лежит какая-то материя.

Шлепки на несколько секунд стали громче, чаще. Затем всё затихло. Ближайшая пара ног направилась к месту где лежит Алёша, а руки, принадлежащие оставшейся паре, подняли тряпку. Это оказались трусы схожие с теми, в которых он провёл прошлую ночь — их назвали "бабскими", то есть девичьими.

Подошедшим к Алёше оказался Борис, смотрящий. Он пнул мальчика в бок:

— Сучка, просыпайся…. Ну!

Алёша вылез из-под кровати.

— Давай свою ночную вазу, бля. Дяденька ссать будет.

Борис направил струю в чашку. Мальчик обратил внимание что истязатель обнажён. Он также отметил величину мошонки парня — свой мешочек он ещё не обследовал, и вынес заключение, что к возрасту Бориса и у него будет что-то подобное.

К ним подошёл другой парень, также начал мочиться в чашу.

Внимание мальчика сконцентрировалось на трусиках парня.

— Чо, когда сучку распечатаешь? — спросил подошедший.

— Можно было сегодня же. Смотри какая у него попка. Лучше твоей, сука. Но это будет не по понятиям. Вот исполнится ему одиннадцать, в ту же ночь рассучим пидорюгу. Эй, сука, хочешь дяденькин хуй в очке? Ты чо, бля? Нюх потерял? Стукачок, бля, я у тебя спрашиваю?

— Да он дряхнет, блядёныш! — произнёс второй и пнул Лёшу по ноге.

Борис сильно ударил того поддых, громко сказал:

— А ты хули лыбишься, пидор? И вообще кто тебе, сука подзаборная, разрешал ссать в мой горшок? Лыбится он, опущенная тварь…. Хотел новую суку заставить облизать хуй, но будешь сосать ты, падла…. А ты, чмошник, отнеси ссаки, да под нары ныряй. — приказал смотрящий Алёше.

Мальчик успел обратить внимание на то, как опустился на колени второй парень….

Следующий день облегчения не принёс. Его сторонились все, даже тот парень, который участвовал в ночном происшествии, обходил мальчика стороной.

А после прихода библиотекаря, шуму только добавилось. Женщина интересовалась у всех кто мог войти в библиотеку, не знает ли он о судьбе её чашки из которой пил какой-то знаменитый писатель.

Алёша хотел сознаться, но усложнять свою и так поганую жизнь не захотел, просто опустив голову, мотнул ею в отрицательном жесте. Чтобы не смотреть в глаза обворованной им женщины, вошёл в актовый зал. Здесь у стены стоит пианино. Оно хоть расстроенно, но помогает забыться, вспомнить гаммы. Ускорить перебор нот, мешает отсутствие главных пальцев, однако это не беда — мальчик приучается работать оставшимися.

Звуки аккордов глушат боль испытаний, воспроизводят в памяти лики родных….

Вечером объявился Борис, весь день проведший за территорией детдома. Он был навеселе — необычный запах изо рта парня, удивил Алёшу. Такое дыхание ему знакомо по детским воспоминаниям.

В те годы в дни рождений, на различные праздники, родители непременно собирали гостей. И тогда, пригубившие напитков взрослые, переставали быть занудными, обращались к детям запросто, по-панибратски.