Молох: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Слушай, Глыба, если не секрет, что стало с тем диггером в итоге?

— Его убили.

Солдат шёл по путям, глядя себе под ноги. Рельсы мирно проскакивали друг за дружкой. Вторая половина тоннеля, идущая после тюрьмы, освещалась флуоресцентными лампами, ознаменовывая тем самым владения военмедиков. Вот так из кромешной тьмы параши в светлую цивилизацию. До поста КПП оставалось не более ста метров.

Глыба обмозговывал, как поступить дальше. Для начала стоило связаться с Карповым через военмедиков, но что ему сказать? Может, вовсе залечь на дно? Скажем, на Лесной? Так и так, для начала необходим отдых, а там на свежую голову думать. Единственное, что точно было ясно, о чём диггер не спросил Кузнеца — гибель Луначарского. Фанатик, которого солдат догнал на пути к Лесной, на грани смерти успел поведать, что засада была организована исключительно ими ради святой веры в пришествие нового Мессии. Все недостойные, а именно те, кто не верует, должны были отправиться на тот свет — такова воля Исхода. «Идиотизм», — хмыкнул Глыба себе под нос. И ведь таких придурков развелось немало в метро. Оставалось лишь снять шляпу перед их изобретательностью. Из фанатиков получились бы неплохие диггеры. Хорошо, Григорьев? Нормально, Кон…

— Пограничная зона!

Не успел Глыба довершить свою мысль, как прямо перед ним замаячил пост КПП.

Что есть Бог? Как Он выглядит? Существует ли Он вообще? На такие вопросы можно ответить лишь отдав концы. Я же скажу Вам: «Да, Бог существует». Но выглядит Вездесущий ни как старец с длинной бородой и посохом, восседающим на троне, а как мордоворот, поджидающий Вас в тёмном тоннеле, готовый отжать последнюю мелочь. Как ни странно, но лицо, свисавшее надо мной точно старшина над уснувшим на посту солдате, было мне до боли знакомо. Святое дерьмо, да это же…

— Глыба?!

Диггер заулыбался, готовый меня обнять, но делать того не стал. Я сразу усёк, что в целях же моей безопасности. Я сам до сих пор не мог поверить в то, что нахожусь под землёй города, который некогда считался Северной Венецией.

— Как это понимать? Я уже концы с концами свёл, чтоб мне Блокадника встретить!

— Блокадника пока не надо — Глыба шире растянулся в улыбке. Ещё чуть-чуть и щека у солдафона явно треснет от удовольствия. — Не волнуйся, ты в лазарете у военмедиков. Они воистину творят чудеса: быстренько на ноги поставили.

— Но как им удалось? Ранение в печень, несовместимое с жизнью.

— Как по учебнику звучит. Угу, печень. Молох, на то они и медики, что всех исцеляют. Скоро плуги-вуги отплясывать будешь. Тебе регенерировали клетки или что-то в этом духе. Новая здешняя методика. Чего ты хочешь? У них даже МРТ есть. Чёрте знает откуда аппарат вообще взялся, если ленинские его сами не собрали из того, что было.

— МРТ?

— Ну да, МРТ, огромный магнит. Не в этом суть. Тебе повезло, что шизоидный на всю голову фанатик потащил тебя тогда в обход Выборгской на Сампсониевскую.

В ближайшее время Глыба ведал мне всё то, что происходило с нами три дня назад. Именно тогда меня убили. Оказывается, фанатик, следуя недостроенными железнодорожными путями, приволок меня к Сампсониевской. Станция, которая не существует ни на одной карте метро, служила переходом с Седьмой линии на Первую. Пересадочный узел — Выборгская. Я оказался пленником Кольцевой ветки, принадлежавшей москалям. Поскольку Глыба боялся, что помазанник Исхода заметит его и юркнет в один из закоулков бесконечного лабиринта, то решил двигаться в стороне. В противном случае, наш след навсегда был бы утерян. Так дорога привела диггера на КПП станции Выборгская 2, более известная как Сампсониевская.

Слушая Глыбу, мне приходилось в уме рисовать запутанные схемы метрополитена, которые я так и не увидел. Не увидят и мои потомки, если они у меня, конечно, будут. Помню времена до Катастрофы, когда обещали проложить три новые ветки. Насколько я знал, план развития питерской подземки был принят ещё Советской властью, но ни тогда, ни в новое время станции так и не вышли в большой свет. И то обещали открыть Народную (второе название — Кудрово) в Канун Нового года, да не успели. Ядерная атака обрушилась на наши головы также нежданно-негаданно, как если бы лавина сошла с горы.

Поговаривают, наркоманы с Дыбенко продлили тоннель до несуществующей станции, находящейся вне пределах Петербурга, а именно во Всеволожском районе. Что нынче происходит на Народной — одному метрошному Богу ведомо. Возможно, грибники пытаются проложить подземную дорогу до московских катакомб (или они через Дорогу Жизни хотя бы наладили связь с выжившими со Всеволожска), чем поныне занимаются коммунисты со Звёздной. По-моему, у последних процесс копания в крови. Как Сталин в своё время предложил голыми руками, превознемогая голод и кровь рыть землю для постройки первых станций московского метрополитена, так и у нас сейчас подобное происходит в петербургской колыбели. Что ж, удачи Совку.

— Я на фекального ублюдка обоймы не пожалел! — кусачками вырвал меня Глыба из глубоких раздумий. Фекального. Глыбе не занимать по оригинальности эпитетов.

После того, как боец обнаружил нас, всё происходило по нотам. Расправившись с «исходом», диггер взял меня на руки и, перейдя на бег, двинулся к Выборгской. Оттуда, обмолвившись парой слов, тоннелем до Площади Ленина, где, будучи на станции, меня как следует заштамповали. Приходится диву давать, как я не истёк кровью. По словам Глыбы, до медиков мы добрались в считанные минуты, что сыграло немалую роль. К счастью, переход между Выборгской и Ленина не больше километра.

— Я твой должник — для пущей уверенности пожал я руку Глыбе. — Кстати, ты разрешил загадку Луначарского?

Солдат продолжил рассказ, подытожив его сегодняшней встречей с Кузнецом. Кто бы мог подумать, что Луначарский окажется предателем? Вот подземный Бог его и покарал. Бог метрополитена. То было из старой как мир истории, будто где-то здесь живёт человек, управляющий всеми делами подземки; вершащий судьбы людей и веганцев. Конечно, Божок — очередной миф, созданный для того, чтобы люди верили и окончательно не сошли с ума. Религия — не опиум для народа, а его пласибо. Но до чего может довести крайняя вера, я испытал на своей шкуре. В подтверждении моих мыслей печень легонько кольнуло.

— Ты то сам что думаешь по поводу Карпова? Следовать его заданию? — дослушав монолог, я облокотился о кушетку. Пора было строить план действий.

— Молох, веришь, нет, в душе не е…у. Одно наверняка знать можно: приморские — порядочные люди. Помни, ты три дня пролежал в коме (от последнего слова меня обдало холодом). Все думали, что ты помер. Никому нельзя доверять. До прихода в лазарет я сделал звонок Карпову: он нам дал ещё день, чтобы ты оклемался. Но миссия должна продолжиться. Послезавтра на рассвете действуй согласно плану, а именно — добраться до Волковской целым и невредимым. Не знаю, что опаснее будет: пройти москалей или бесплодные земли.

— Какие земли?

— Не самый удачный эпитет. Я имею в виду два узла — через Владимирскую и Пушкинскую. Территории плохо исследованы. Но и план слегка поменялся. Постышев с Васьки то, как я понял, тоже никому не доверяет, и вместе с Кензо решил отправить ещё двоих бойцов на встречу. Двое пойдут с Адмиралтейской: Кензо и Белый Чулок.

— Странное…

— Она родом с Крестовского — схватив мысль налету, не дал договорить Глыба. — Интересная особа. Сань, ты знаешь, кого раньше именовали Белыми Чулками?

Я отрицательно мотнул головой.

— Женщин-снайперов прибалтийского происхождения. Воевали в девяностых против России. Нет, Чулок промеж глаз нам стрелять не станет. Диггерша просто родом из Литвы, оттого прозвище такое дали.