Крепостной шпион: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   — Прости Иван Кузьмич, — наконец вставил слово Растегаев, — чё-то ты загнул. У тебя же брат в Петербурге Константин. Дом у него на Конюшенной.

   — Он не брат мне, — недовольно фыркнул Бурса. — То бишь, не совсем брат. У нас отцы разные. Ему батюшка Тайный советник Эммануил Иванович, царство ему небесное, подлюге. Полторы тыщи душ завещал. А мне мой мужик только отчество да больные колени в наследство оставил. Хорошо 30 душ от маменьки перешли да усадьба эта, а то бы по́ миру с сумой. — с ожесточением Иван Кузьмич разгрыз очередную кость и сплюнул. — Была ж охота матушке, — он опять покосился на портрет, — с мужиком битым вязаться, а потом мне ещё отчество его дать. Так что не поймёшь: вроде незаконнорождённый, а по отцу величаюсь, смех.

   — А мужик-то как, выжил? — спросил Полоскальченко и заскрипел стулом.

   — Говорят, в подвале она его сгноила, а, впрочем, кто ж его знает.

Иван Кузьмич куснул ломоть балыка гнилыми зубами.

   — Прохор! — крикнул он зычно, прихватив Нюрку за сальные волосы. — Неси кота.

   — Барин! — захныкала Нюрка. — Барин! А то может не надо сегодня кота? Не могу я больше пощади родимый! — Она встала у стола на четвереньки и по-собачьи заглядывала Ивану Кузьмичу в глаза снизу. — Не нужно кота, барин, пощади.

   — А я, между прочим, не пустой приехал, — заговорщическим тоном сообщил Растегаев, спасая от кота Нюрку, и позвенел зачем-то вилочкой по бокалу, сделал паузу и снова позвенел. — С сюрпризом я сегодня к тебе, Иван Кузьмич, с подарочком.

   — И что за сюрприз?

   — Девица, — Растегаев даже щёлкнул языком. — Огонь.

   — Особенное что-то, или так, формы выдающиеся?

   — Три языка знает, музицирует, на шпагат как француз фехтует!

   — А-а, — демонстративно зевнул Бурса, — у меня таких половина обученных. И пляшут тебе, и поют, и по-французски тоже. Вот, правда, што б на рапирах бились, такой нету. Хорошая идея. А ты как, продать мне её привёз или только похвастать?

Как это всегда бывало в подобных случаях, Михаил Львович не ответил, а принялся за еду. Он давал понять, что, если Бурса пожелает привезённую обученную девку всё-таки купить, то предстоит торг и дёшево он её не уступит.

   — Ладно-ладно, понял тебя, — усмехнулся Бурса, обтирая губы, — но поговорить ещё успеем. Ты же не теперь уедешь? Дней пять поживёшь?

Не отрываясь от тарелки, Растегаев кивнул.

   — Правильно. Поживи-поживи, — и вдруг ударил в ладоши, резко изменил свой голос и закричал: — Виктора! Виктора ко мне!

Через несколько минут в дверях появился Виктор. Он, как и раньше был одет в дорогой камзол и держался свободно, но в отличие от того Виктора, что знали в Париже и в Петербурге друзья, этот Виктор был полностью сосредоточен на хозяине и смотрел на него будто священник на икону смотрит во время молебна.

   — Как спектакль наш? — поинтересовался Бурса, коротко глянув в сторону своего крепостного графа.

   — Да уж всё готово, — с жаром отозвался Виктор. — Спектакль, как заказано, весёлый. В любую минуту, когда пожелаете, сразу и представим.

   — Точно ли готово? — в голосе Ивана Кузьмича возникло сомнение.

   — Точно, точно. Готово. Хорошо сделали, — закивал Виктор.

   — И сюрпризы новые?

   — И сюрпризы.

   — Ну гляди, Витька, ежели твой «сурприз» окажется слабже, чем у Михаила Львовича, честное слово, на кол посажу.

Бурса поднялся, прошёлся по столовой и, обхватив рукой, потянул шнур звонка. Тут же открылась потайная дверь и появился бритый телохранитель.

   — Ты вот что, Прошенька, — сказал Бурса. — Пойди-ка, разузнай, как там наша гостья себя чувствует. Коль уж она голодовку прервала и завтра вместе с нами позавтракать собирается, скажи, что я желаю, чтобы она сегодня вместе со всеми спектакль пошла смотреть. Иначе, скажи, осерчаю и ещё кого-нибудь насмерть запорю.

Оказалось, что Михаил Львович Растегаев кроме интересной девицы привёз на бричке и большой ящик с оружием. После завтрака по его просьбе ящик перенесли и открытым поставили на столе между тарелками.

   — Ну ты, брат, меня удивил! — разглядывая инкрустированные перламутром рукоятки и белые тонкие стволы, поблескивающие в солнечных лучах, сказал Бурса. — Это зачем всё?

   — Так сам же просил! Разве не помнишь? — отозвался Растегаев. — Прошлым летом, когда я у тебя гостевал, ты французские двуствольные пистолеты заказывал. Забыл, что ли?