Крепостной шпион: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она всё-таки остановилась. Скрипнул паркет, зашуршало платье. Она повернулась к нему. Белый овал лица плыл и подрагивал, глаз не видно.

   — Должен я знать имя, за которое… — крикнул полковник.

   — Аглая, — прервала она. Ледяные пальчики накрыли губы и следующее слово Пашкевича. — Я из крепостных.

Пока Генрих Пашкевич, в свете нескольких найденных здесь же дешёвых свечей, разбирал содержимое небольшого оружейного шкафчика и заряжал новенькие пистолеты, он не задавал никаких вопросов. Ему было не любопытно, болела голова, и, как бывает иногда перед серьёзной дракой, будто холодок пробегал по спине. Генрих определял это чувство как озноб нетерпения.

Пока он занимался оружием, Аглая сходила наверх и переменила своё тёмное платье с кружевным воротником на мужской костюм. В свете принесённого ею фонаря девушка была похожа теперь на молодого корнета. В одной руке корнет держал бутылку красного вина, а в другой два бокала.

   — А хороши у вас пистолеты, — сказал Пашкевич, демонстративно задувая свечу, — новенькие совсем, неиспользованные.

Он был доволен результатом проделанной работы: порох — наилучший, сухой; пули чистые.

   — Выпьете? — девушка позвенела бокалом о бокал.

   — Зачем это? — он перевёл взгляд с посверкивающих бокалов на бутылку, и висках опять застучало.

   — Для храбрости, полковник.

Поддельный корнет поставил бокал и распечатал бутылку. Тонкие крепкие пальцы сорвали сургуч, и удар ладонью о донышко вытолкнул пробку.

«Ничего себе девица, — отметил Генрих. — Так ни любой гусар сумеет открыть — ни капли не пролилось».

   — Это тебе, девушка, для храбрости, — буркнул он, завладевая полным бокалом, — а мне от мигрени. Чертовски, знаешь, голова болит после вчерашнего.

Стоя рядом с распахнутым оружейным шкафчиком, они выпили. Аглая поставила бутылку внутрь шкафчика и вопросительно посмотрела на полковника.

   — Пошли?

   — А чего они, собственно, хотят от вас, эти убийцы? — наливая себе уже сам, полюбопытствовал Генрих.

Фонарь, поставленный на полированный столик, точками отражался в её глазах. Аглая пожала узкими плечами.

   — Не могу знать. Но, если желаете, спустимся в подвал и спросим.

   — У кого спросим?

Генрих налил опять, но сдержался и не выпил. Глаза девушки хищно блеснули.

   — У злодея нашего. Я не сказала разве? Он в подвале сидит, если жив ещё, конечно.

Генрих вспомнил давешний сон и всё же выпил. Вино возымело действие, стук в висках прекратился. Он протянул пальцы, рука не дрожала.

   — Злодея говоришь? В подвале? — голос Генриха тоже переменился после глотка вина, стал гуще, увереннее.

   — А что за злодей, любопытно? И как же злодей в подвал попал?

   — Мы здесь уже несколько месяцев живём, — сказала Аглая. — Вдвоём, Анна Владиславовна и я. Спрятались мы здесь от всего мира. Понимаете?

Генрих кивнул. Всё было тихо.

   — Потом Анна Владиславовна родила. Я не знаю как он узнал, но как она родила, так он и появился. Наверное, своя кровь потянула.

   — Значит в подвале у вас отец ребёночка? — спросил Генрих.

   — Не совсем так, — уклонилась от вопроса Аглая. — Тут очень запутанная история. Давайте, если живы останемся, я обещаю вам всё подробно рассказать. Сейчас времени нет.

   — Хорошо, — согласился Генрих, веселея на глазах. — Но только скажи теперь, почему он должен быть мёртвым.