Эскул Бытие [СИ]: читать начало книги онлайн

— Ну дед, ты совсем распоясался, сам же сказал, не вечные мы, давай, надевай, — я взял укладку с аппаратом, оставленную на холодильнике и протянул ему.

— Ты знаешь, Тёма, я с этим агрегатом чувствую себя каким-то киборгом, честно слово, ну его в… баню. Надо будет, я себе сам таблеточку какую спроворю, — дед заискивающе посмотрел на меня.

— Понятно, ты его вчера снял, чтобы с соседями наквасится. Ох дед! Ты же сам клятву Гиппократа давал: «…я направлю режим больных к их выгоде…», «…будучи далёк от всего намеренного, неправедного и пагубного…», «…чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь…» и прочие «не навреди».

— Не трожь святое, пацан! — дед опять завёлся. — Да, мы клятву давали не для красного словца! Это потом чиновнички перекроили текст на свой лад. И назвали то как. «Обещание советского врача», это потом на «российского» заменили. И суть главную порушили. Клятва — она жизнью гарантируется. А психологическая подоплёка слова «обещание» несёт в себе логическую парадигму «нарушенное».

— Ну вот, опять завёлся… — со вздохом протянул я. — Сейчас, дед, ИскИны, клятву Гиппократа не дают, у них покруче законы прописаны.

— Тёмка, Тёмка, вечно ты у меня в недоучках ходить будешь. Ты же по факту врач, да и я тебе не раз объяснял. Клятва Гиппократа — это не клятва врача — пациенту или всех врачей — человечеству. Это клятва ученика — учителю. А этот факт мало кто учитывает. Привычное, видимое на поверхности, не всегда то, что есть на самом деле.

— Хм, дед, всегда завидовал твоему интеллекту. Ты, прямо глыбища!

— Прогиб с реверансом засчитан, Артём Сергеевич. Я ведь для чего эту речугу сейчас толкнул? Есть один вопрос по поводу твоего квеста. Сам посуди. Квест эпический? А в гайдах сколько искал — нет и упоминания даже. А вселенной МИФа, на секундочку, больше 12 лет. В новостях по Игре никаких глобальных ивентов или обновлений ближайшие полгода не предвидится. Тёмных Эльфов в Игру вот уже три года обещают ввести, а воз и ныне там. Эту расу даже игрокам не дают. Границы игрового пространства в твоей мегалокации дальше Джордана не прописаны. Предполагалось, что именно за этой рекой будет земля Тёмных рас, в том числе и Дроу. Но по какой-то причине Корпорация проект заморозила. Что-то не просто с твоим квестом. Ничего сам не думаешь? Может при контакте с ключевыми фигурами было что-то необычное?

— Да, вроде бы нет, неписи как неписи, да и не вдавался я особо. Сам знаешь, закрутило не по-детски.

— Ну да, ну да. Хорошо, Артём, но дай мне слово, что включишь режим паранойи на всю катушку, у меня от твоих приключений интуиция проснулась, в особенности, учитывая те мешки халявы, что на тебя свалились. Не в правилах это у Корпорации…

— Хорошо, дед, я понял. Но ведь это всего лишь Игра. Так даже интереснее.

— Интереснее ему. Пацан. Хм, а сделаю я вот что. Миша у нас, как ты выразился, «непотопляемый броненосец». Так вот, пусть этот бронепоносец аккуратно узнает у своих клиентов. Да, я в курсе, что он мозгоправом у верхушки администрации московского филиала Корпорации шабашит. Вот пусть на своих сеансах и понюхает воздух. Решено. А узнаю, сразу тебе скажу.

— Лады, дед, если тебе от этого спокойней будет. Я тогда пойду, через пятнадцать минут монорельс на Москву. Через час меня в Игре ждут.

— Беги, внучек, хе-хе, тапки не потеряй, — мы снова обнялись.

Я накинул ком, затянул молнию, дождь ещё моросил, помахал деду, стоящему на веранде. Крикнул: «Спасибо за шашлык!» и показал ему большой палец. Дед отсалютовал мне, вскинув кулак к правому плечу. Наш фирменный жест с детства «No pasaran!».

В вагоне монорельса как-то незаметно заснул, выскочил уже на Курском терминале, нырнул в метро. Да, давненько, господин Респов, вы к народу не спускались. Энергокарами избалованы, батенька. Бесшумные поезда вылетали из тоннелей и снова скрывались в них. Не смотря на будний день, вагоны были полупустыми. Когда я вошёл в нужный, то почувствовал себя в какой-то момент жутковато. Вокруг сидели и стояли пассажиры. Все поголовно были подключены к транспортному терминалу. Или через специальные очки, которые можно было тут же извлечь из специальных подвесных контейнеров. Парочка подростков даже ехали в архаичных виртшлемах. Короче, зомби апокалипсис. Я даже плечами передёрнул. А потом подумал, что такого? Сам недавно пользовался транспортным терминалом. Но со стороны — жутковато. Вон, напротив, симпатичная деваха. Замерла в неестественной позе, даже полоска слюны в уголке рта поблёскивает. Бррр! Хорошо, мне скоро выходить. Выскочил на Проспекте Мира. Дождь уже взялся за Москву всерьёз. Пришлось доставать из воротника кома капюшон. Так мокрый и продрогший и ввалился в квартиру. Быстро под горячий душ. Литр энергетического коктейля в себя. Ииии-ха! Нейрованночка моя…

Надо же. В Карагоне тоже шёл дождь. Стражники у восточных ворот только-только начали выдвигать толстенные брусья, служившие засовами. Перед воротами у стены притулилась дорожная лавка «Тысяча мелочей». Она-то и была моей первой целью. Семья гномов держала эту лавку очень давно. Купить здесь можно было практически всё необходимое.

Конечно, редких и уникальных вещей здесь не продавали. Но вся необходимая дорожная амуниция, расходники для оружия, базовые эликсиры и тому подобные товары имелись в широком ассортименте. И, не смотря на ранний час, парочка игроков уже крутилась у прилавка. Маньяки кача. За пределами Карагона, уже в лиге от стен, было достаточно неплохих мест для гринда.

За прилавком распоряжалась дородная миловидная гнома, выбивавшаяся из стереотипа своими чёрными, как вороново крыло, волосами, заплетенными в две толстые и тугие косы. Зелёные, с искрой, глаза, ямочки на щеках и россыпью великолепных веснушек миловидном носике.

По пути я, наконец, разобрался с плащом. Теперь не надо было всё время прятать его в инвентарь. Опция «Инкогнито» отключалась простой одноимённой голосовой командой.

Когда дошла очередь до меня, я, улыбнувшись как можно шире, спросил:

— Прекрасное утро, красавица! Чем волосы красите, не подскажете?

— И вам доброго утречка, путник, — не спеша ответила гнома, очередь на мне закончилась и новых покупателей ещё не было видно. — Не крашу вообще, от папеньки такие достались.

— А веснушки — от маменьки? — ещё шире улыбнулся я.

— Ага, — покраснела торговка.

Тут из подсобки вылез, чихая и ругаясь седой гном, тащивший большой деревянный короб. Этот представитель подгорного народа обладал просто выдающимся шнобелем. Можно было даже сказать, что сначала появлялся шнобель, а потом уже и сам гном с коробом. Увидев идиллическую картину нашей беседы, гном сердито насупил брови, опустил короб одним движением ноги, обутой в боевые сапоги, запихнул его под прилавок. Подойдя к нам, он плечом отодвинул гному за спину, положил пудовые кулаки на столешницу, почёсывая костяшки пальцев и, улыбнувшись мне щербатым ртом, спросил:

— Чего надо высокочтимому эльфу в моей лавке? — прогрохотал он. Причём слово «высокочтимый» он произнёс как ругательство.

— Да будет крепким твой молот и острой твоя секира, хозяин, — перестал я улыбаться. — Я лишь хотел высказать своё восхищение твоей дочерью, уважаемый, а в лавку зашёл пополнить припасы.

— Тальга — моя жена, эльф, давай к делу! — гном достал счёты, костяшками у которых были позвонки горной ящерицы.

Я не стал обострять, достал свой список, и мы углубились в расчёты. Маяки, стрелы, верёвка, паёк на 3 дня, котелок, вилки-ложки, палатка, средние зелья на манну и здоровье, большое зелье выносливости и т. п. Экономить я не собирался. В итоге гном с удовлетворением крякнул: