Эскул Бытие [СИ]: читать начало книги онлайн

- Да, похоже, горит уже. Ну, ты поможешь? В долгу не останусь, ты меня знаешь!

- Да ты и так по жизни должен уже, скажи спасибо деду. Где ты сейчас?

- У Оливье, на внутреннем балконе. Тут внизу пятеро, вроде за мной. У них маг 200+. Мне бы свалить по-быстрому и по-тихому, без конфликта, поможешь?

- Значит, внимай, Эскул. Двигаешь до конца балкона на цырлах, как кот в тапочках, там в конце дверь в кладовку со швабрами. В кладовке окно. Оно у Оливье всегда открыто. Вони, эстет, не переносит. Вылезешь в окно, там не особо высоко — метра три, четыре. Сейчас приедет закрытый экипаж. Ты на крышу ему спрыгни, потом без вопросов внутрь. И ничему не удивляйся. Всосал?

- Ок. Вася. Го!

Воодушевленный, я на цыпочках по стеночке прокрался до угла, всё время контролируя взглядом зал подо мной. Дверь в кладовку подалась хоть и легко, но с душераздирающим скрипом. Я даже замер на мгновение, ссутулив плечи. Но всё обошлось. Шум едоков в зале с лихвой маскировал любые посторонние звуки. В кладовке, сдвинул рухлядь, попутно перепачкавшись чем-то, открыл тугую створку окна и осторожно высунул наружу голову.

Ух ты! Оперативно. Под окном в двух метрах была крыша запылённого экипажа. Когда я, подтянувшись, пропихивал себя через окно кладовки и, повиснув на руках, мягко спрыгнул на крышу кареты, кони даже не шелохнулись. Не став задерживаться, я слез на запятки, затем, открыв дверь, скользнул в пыльную темноту. Экипаж тут же тронулся, а я, немного обалдевший в первую минуту, пожал протянутую руку соседа.

— Привет, Эфраим! Ты как здесь? — придержал я его ладонь в своей.

— Так, эта, ваше эльфийшество! С вами интереснее, да и выгоднее даже, чем служба майората. Вы вон, за два дня — и сесть в тюрьму успели, и выйти, и к магистру вас возили, теперь за вами гонятся… Лихой вы Рейнджер, завидую!

— Да, лихой… а ты откуда Гнома Васю знаешь? — подмигнул я Эфраиму.

— Так, известно, уважаемый гражданин Карагона. Не скупой, опять же, как и вы, — заискивающе посмотрел на меня тюремщик.

Намёк понял, не дурак — я протянул ему вкусно звякнувший мешочек.

— Ну, а мы сейчас куда, Эфраим? — вернул я его с небес на землю.

— Так, эта, сказали, вроде вы сами укажете.

— Правильно, Эфраимка, давай, скажи, чтобы в ремесленный квартал правили, к лавке Модеста!

— Ваша правда, но я бы не связывался с этим пройдохой, ваше эльфийшество, — покачал головой тюремщик.

— Есть такое слово «Надо», Эфраимка, — сказал я и подумал, что этот простак не так уж и не прав.

Мостовая центральных улиц под колёсами кареты сменилась утрамбованным грунтом ремесленных кварталов. Я это сразу почувствовал, когда тряска резко сменилась мягкостью хода. Из окна потянуло вонью дублёной кожи и гарью десятков горнов. Вместе с запахами ворвалась какофония разных звуков. Визг точильного камня, размеренные удары молота о наковальню, матерные понукания мастеров и скрип, скрип, скрип тысячи тачек, телег, экипажей и рикш. Рядовое утро всех тех, кто поклонялся единому богу. Имя, которому Крафт.

Карета свернула в проулок, где было немного потише. Эфраим открыл дверь.

— С прибытием, ваше эльфийшество, туточки, прямо за углом как раз лавка Модеста!

— Спасибо, Эфраимка! — крикнул я уже вслед экипажу.

Да, действительно, дверь нужной мне лавки находилась в двух шагах. Модест — это то, что нужно. На репутацию ему плевать. Он живёт со своими вещами. Никто ему больше не нужен. Если нужно купить или продать что-то редкое, вам к нему. Но держаться стоит осторожно. Модест никогда откровенно не кидал своих покупателей, но злые языки давно поговаривали, что де связан он с криминальным миром Карагона, не брезгует и ворованным. Может и наводку дать на богатого покупателя своим подельникам. Но в моём положении уж лучше к нему, чем к эльфам или в майоратскую скупку. Есть, правда, ещё вариант. Аукцион. Но время, время. Частики тик-так. Уже два дня прошло, а у меня месяц всего. Точнее уже 28 дней. Поэтому — Модест.

Дверь открылась без скрипа. По-утреннему безлюдная лавка обрадовала тишиной. Снаружи не доносилось ни звука. Легкий полумрак рассеивали лучи восходящего солнца, причудливо преломляющиеся в светло-зелёных витражах, расписанных смутно знакомым рисунком вьющихся растений. Витрин в лавке было мало. Отделанные дорогим джорданским деревом стены имели приятный красноватый оттенок. Витые чёрные столбы из кости дракона поддерживали высокую крышу. Широкий прилавок был девственно чист. В правом углу, между прилавком и дверью в запасник сидел Модест. Единственный его правый глаз был полузакрыт, левая глазница была пуста, её перечеркивал клиновидный шрам, напоминающий гостям о том, что хозяин не простой торговец. А крепкие загорелые кисти с жилистыми пальцами и следами мелких ожогов на коже, которые оплетали паутинкой руки до локтей, говорили о том, что Модест в молодости чаще сжимал ими рукоять меча, а не перо и пергамент, как сейчас. Одет торговец был в тёмно-серый щегольской сюртук, отделанный серебряной нитью по вороту и обшлагам. Густые седые с рыжинкой волосы, такие ещё называют «перец с солью», были небрежно стянуты на затылке сыромятным ремешком. Несколько прядей падали на лоб и закрывали уши торговца.

Мне приходилось и раньше несколько раз обращаться к нему. И каждый раз я испытывал странное чувство острой опасности, находясь в нескольких шагах. Казалось, ему достаточно шевельнуть пальцем, чтобы свернуть мне шею. Вот и сейчас, когда я вошёл и его единственный глаз уставился на меня, это чувство вернулось снова.

— Малыш Холиен! Какими судьбами! — красивый баритон торговца наполнил тишину лавки. — Давненько тебя не было.

— Доброго утра, мастер Модест, как всегда, дела привели! Не уделите ли мне немного своего времени? — я старался быть вежлив, очень часто от этого зависело настроение торговца, и, как правило, мои дивиденды от сделок.

— Хм, сразу к делу. Узнаю бессмертного. Никогда вам не стать настоящими жителями Темнолесья, — проворчал Модест, — давай, выкладывай, что принёс.

Я аккуратно выложил из инвентаря зелья манны и ловкости, на которые торговец даже не взглянул. Чуть больший интерес вызвал комплект орочьей брони. Её Модест, придвинув к себе, быстро прощупал в местах креплений, подёргал за кожаные шнурки, вывернул поддоспешник и взглянул через лупу на клеймо изготовителя. Все это заняло несколько минут.

— Что ж, неплохо, неплохо, рейнджер, видно была удачная охота, а чего мало добычи? Или слить кому успел? — Модест лукаво зыркнул на меня своим глазом.

— Иногда дичь сама превращается в охотника, уважаемый мастер, — обтекаемо ответил я.