Дальше пошел словесный срач со стороны Лейн. Я думал, она опытный репортер и те ее временные заскоки просто случайность на почве обожания Супса. Но нет, она переходит черту объективного и субъективного. Но Лекс с улыбкой отвергал ее пустые обвинения, что чуть не переходили в истерику.
Затем спустя пару минут после окончания интервью с Лютором, она огласила уже официальные убытки города от нападения Думсдея, а затем взяла интервью уже у своего отца, генерала Лейна, который опять-таки меня хвалил, а Супермена ругал, за все смертные грехи.
Чувствую у Кларка с тестем очень сложные отношения, я так понимаю.
— Эх! Надеюсь, она не будет мне задавать провокационные вопросы как Лютору? — мне кажется или Диана поежилась?
— А ты разве ей уже не дала? — спросил я ее.
— Что? — не поняла вопрос она, при этом прыснули от случайного двойного подтекста Найтвинг, Флэш и Киборг. — О чем ты? Что ей нужно было дать?
— Ну, интервью. — пояснил я.
— Ах, нет пока. Просто на следующий день у нас произошло неприятное пришествие с одной особой — Гепардой, вот и мне пришлось отложить встречу с ней. А в следующую субботу вновь нужно встретиться, только обязательно. Мне так Этта Кенди сказала — важно для престижа и уважения прессы…
— Кто?
— Это жена Стива Тревора, того летчика, что у нас был после тебя. — Пояснила Чудо-Женщина.
— Хм. Не волнуйся, думаю, она не будет «валить» тебя. К тому же, если хочешь, я могу поприсутствовать там и поддержать тебя.
— Это было бы замечательно! Спасибо, Айзек. — и обняла меня.
В этот момент я услышал тихую фразу Дика, обращенную к Брюсу:
— Знаешь, я ему так завидую, столько красавиц возле него крутятся…
— У тебя есть Барбара. — ответил ему Брюс.
— Я то знаю, но все равно завидно.
Наша группа шумела, обсуждала последние новости, а я и скорее всего Бэтмен обдумывали поведение Лютора. Его поддержка меня — это не просто антипатия к Супермену и уважение меня красавца такого. Он действительно делает это из каких-то своих побуждений. Но каких? Это мне предстоит выяснить.
Затем, когда я хотел уже уходить из этой базы, меня догнало сообщение Бэтмена о том, что Башня Справедливости уже достроена и в субботу после интервью Дианы мы будем ее официально открывать.
Чакрой нормально я пользоваться в ближайший день не смогу, поэтому похоже остается только Воля и ее Геппо.
Нужно будет приобрести несколько нормальных и быстрых транспортных средств.
Я направлялся в Метрополис. Для того, чтобы посетить кое-какие архивы и наконец нормально взяться за свою родословную.
Кузен Рене мне помог, и я получил доступ к некоторым файлам, которые на половину были зарисованы черными красками. Обычному человеку или средствами было бы уже не восстановить ту информацию, но проблема их в том, что я владею чакрой, усиленными чувствами осязания и зрения. Поэтому достаточно было провести пальцами по месту «закраса» подав туда чакру и мне стало ясно что там написано. Затем я получил еще парочку ссылок, куда могу податься.
Это, к счастью, были ближайшие военные госпитали, куда была распихана часть архива за начало восьмидесятых годов.
В итоге к вечеру следующего дня, пару литров пота и килограмма испорченных нервов я понял, что мне нужен Брюс. А все по той причине, что у моей биологической матери, имени которой я до сих пор не знаю принимал роды один готемский врач по имени Томас Уэйн. Он сотрудничал с некой организацией, что не указывалась в документах. Но у меня уже есть пара идей по этому поводу.
После этого маленького расследования я все же телепортировался к Брюсу в пещеру. Он тогда как раз разминался, но быстро обратил на меня внимание. Хотя я думал, что он так же, как и криптонка, не увидит меня. Видать на него надо уровень повыше иметь, нежели первый.
Или быть может это потому что он Бэтмен?!
— Добрый вечер. Ты по делу?
— Да. Эм-м, слушай у тебя сохранились дневники и старые записи твоего отца начала восьмидесятых? А еще лучше его рабочие записи?
Брюс тут же насторожился.
— Зачем тебе оно?