— …
— Это уже начинает надоедать. Ха-ха-ха-кха-кха… — закашлялся кровью Айзек.
— Ты странный. — выдал Манхэттен. — Я долго пытался понять, какую ошибку я допустил во время создания Нью 52, но никак не мог понять где именно я просчитался. Это было странным, но я решил не исправлять ее некоторое время. Ты был… наверное, это стоит назвать «забавным». Ты порой портил линии судеб моих фигур, которые должны были жить так как следовало им. Ты сменил многие приоритеты в головах людей и моих фигур. Ты уникален сам по своей природе. Элемент, что я не сумел классифицировать. Я начал тебя изучать и пришел к выводу, что ты будешь мешать Балансу, созданному мной.
— Баланс? Хм. Весьма странно, что ты говоришь о балансе ведь ты устраиваешь по большей части именно хаос. Джокер, благодаря мне, и тот как-то больше похож на нормального человека…
— Джокер… это не его имя. Но тебя это не касается. Ты больше не сможешь на него влиять.
Айзек начал дергать правой рукой вниз.
— Ты не сможешь разорвать путы, скорее руку себе оторвешь, да и к тому же твои силы Чакры и Воли не действуют тут как положено. Ты не сможешь мне навредить. — бесстрастным голосом произнес Доктор Манхэттен наблюдая за ним. — Это не имеет смысла.
— А мне плевать! — и одним мощным рывком смог освободить руку, но при этом потеряв большой палец и мизинец. — Жаль мизинец потерял, это было около 50 % силы в руке. В прочем мне много сил не нужно. Ведь… — он оскалился и тут же Доктор Манхэттен почувствовал, что что-то тут было не так. — мне достаточно просто держать меч.
В следующее мгновение Айзек сжав кулак в таком положении, будто что-то в нем держал и направил ее в грудь своему собеседнику. А еще через мгновение в ней возник тот самый меч, который помог ему приобрести Люцифер.
— Губитель Душ! — Айзек выдал уже улыбку в стиле Ичимару Гина. — Чувствуешь это?
Доктор Манхэттен не мог пошевелиться, при этом из той области где находилась рана, в которой был меч, пошли трещины и начали появляться черные вены.
— Это страх. То чего ты был лишен столько времени. Неприятное чувство верно? — он прокрутил меч по часовой стрелке. — А вот это, боль!
Трещины расходились по телу Доктора, при этом его силы из него перетекали в меч, а оттуда, прямо к его владельцу, который исцелялся прямо на глазах.
— Знаешь я сначала не понял, чего именно хотели добиться моей «смертельной болезнью» Бог Игр и Присутствие, но затем я понял, что это была лишь часть их общей игры, которая ставила за главную цель не повеселить их, а проверить мои силы и заставить избавиться от кого-то кто им мешает. Я уж грешным делом думал, что это Великий Отец или же Дарксайд, на худой конец Тригон, но нет. Все было куда интересней. Человек, что стал «Богом» и думающий, что он убил своего предшественника. Ты ботаник, который получил читерские способности, которые тебе ударили в мозг, родив слишком сумасшедшие идеи по переустройству мира. Не знаю, о чем думали эти двое, но ты явно действовал так, что умудрился их достать. И скорее всего я тот козырь, что они закинули в эту мультивселенную для того чтобы утихомирить тебя. Не потому, что не могут сами, им скорей всего на тебя плевать с высокой колокольни, вот выдернули обычную душу из другого мира и дали рояль, чтобы показал, какой-ты на самом деле «Бог». Я в отличии от тебя богом быть не пытаюсь… А ведь самое забавное, я думал, что ты найдешь способ противостоять мне, будет пафосный бой с превозмоганием, душевными беседами как в кино… Но все оказалось так банально. Я даже разочарован и в себе, и в тебе. Слишком буднично произошло слитие «Главгада». Да уж, что-то тут не чисто. Ну да ладно, подумаем об этом позже.
— Ч-что… ты будешь делать… дальше? — спросил на последних силах Доктор Манхэттен.
— Что буду делать? Хм. Разумеется, делать то, на что не способен ты — жить! А также… хм, впрочем, тебе это уже не нужно знать. Твою душу я забирать не буду, мне только что пришло сообщение с неплохим предложением от самого Бога Игр, он решил купить твою душу в обмен на кое-что интересное для меня. Возрадуйся мужик с ЧСВ уровня правителя КНДР, похоже ты получишь новую жизнь. И будешь, как и я бегать в другом мире с новыми силами, при новых обстоятельствах.
За считанные секунды тело Доктора Манхэттена развеялось белой энергией.
— Что же мне пора возвращаться домой. Пора мне все же решиться на кое-какие действия, которые я избегал раньше. Кто мог подумать, что пытки и пару десятков лет компании с Нероном мне помогут прочистить мозги… Кстати, нужно кстати побеседовать будет тут с местными аборигенами(жителями) перед отправкой домой. У меня тут к ним довольно много вопросов скопилось и предложений, да и претензий есть, вагон и маленькая тележка. ЭЙ! НЕ-Е-Е-Р-О-О-ОН!!! Ходь сюды!
Эпилог № 2
Флорий Лютор.
Вставать было лень. Но нужно было.
Мама была вместе с крёстной где-то в ЮАРе, там же и тетушка Кэтрин Кейн была, да и дядя собирался туда отправиться им на помощь. Кажется университет новый открывают имени моего отца.
В итоге я остался на попечении отца и Кровавой Мэри. У меня от нее мурашки по коже. Она вечно на меня смотрит этим маниакальным выражением лица. Даже дяде Джокеру, моему крестному не по себе рядом с ней стоять, когда она на меня так смотрит. Лишь папа, мама и тетушка Харли ее никогда не боялись и отгоняли от меня, когда та рвалась меня «купать». В этот раз, когда уехала мама с крёстной, то эта рыжая дамочка вновь ко мне цеплялась и веяло от нее странным чем-то… Но мои тентакли, как говорит мой папа, всегда при мне. Поэтому она вовремя получала по кумполу или другим местам, получала и «остывала» на время.
Два дня назад еще до отлета мамы с крестной, отец сообщил, что хочет нам кое-что показать. Всем его детям.
Первым кого встретил я из моих братьев появился Арес. Он был чуточку старше меня на несколько месяцев, да и матеря у нас разные. Но при этом мы с ним мало чем отличались внешне. Вернее, отличия были, но они заключались лишь в цвете глаз и волос. На все остальное мы внешне были идентичные… почти. Вот характер у моего братца был под стать его имени. Год назад, после нападения Ареса — Бога Войны и воинов на наш дом в отсутствие отца, мой брат принял бой и… победил греческого бога, который задолбал отца их «спаррингами». Как итог сила божества войны перешла брату и тот стал более вспыльчивым и заносчивым по отношению к другим, но не к близким и нашим подданным.
— С добреньким утречком братишка. — усмехнувшись и приобняв меня сказал Арес. — Только проснулся? Ты же ведь обычно раньше всех встаешь ухаживать за теми твоими редкими растениями.
— Их мама у меня на время взяла в ЮАР. — пояснил я ему. — Она говорила, что есть возможность создать там биофак и посадить в оранжереи там несколько представителей моей коллекции.
— И ты так просто расстался с ними? Ты же за ними трясся еще больше, чем мама Памела за тобой.
Что есть, то есть, мама всегда была слишком заботливая и порой меня боялась даже на улицу выпустить, если там мало растений. Так она не могла за мной приглядывать постоянно.
— Где остальные? — спросил я его.