Чужая душа потемки — так гласит старая русская поговорка. Эта поговорка приходит мне на память всякий раз, когда мне приходится читать в иностранной литературе или слышать, бывая за рубежом, рассуждения о таинственных особенностях духа русского человека.
Ведь для того, чтобы понять душу другого человека, нужно самому быть близким ему по душе, по чувствам, по взглядам на жизнь.
В конце 1941 года мне пришлось сопровождать по полям Подмосковья группу иностранных корреспондентов. Они были потрясены гигантскими следами титанического сражения. Их внимание особенно привлекали сгоревшие немецкие танки, стоявшие в ледяных лужах по обочинам дорог. Журналисты попросили показать им то «новое секретное оружие», какое применили наши войска в борьбе с немецкими танками. Я отвел их в подразделение истребителей танков. Это были бойцы ополченческой дивизии. Они уничтожали немецкие танки, бросая в них бутылки с горючей жидкостью. А для того, чтобы наверняка зажечь вражеский танк, они подпускали его к себе на расстояние девяти — десяти метров.
Трудно передать замешательство, которое охватило иностранных журналистов, когда показали им это «секретное оружие».
Они стали расспрашивать наших бойцов:
— Но ведь не всегда танк может идти прямо на вас?
— Тогда мы ползем навстречу танку.
— Значит, вы сознательно идете на смерть?
— Нет, что вы, чем ближе к танку, тем безопаснее, тогда пулеметный огонь его недействителен.
— Почему же немцы не применяют такого способа в борьбе с вашими танками?
— Опасный способ, охотников, видно, нет.
— А вы, вы добровольно идете на это?
— Видите ли, мы все очень хотим жить, а для того, чтобы остаться живым, нужно драться за жизнь. Спрашивать у человека, хочет ли он жить, извините, странно.
— Хорошо, но у вас, вероятно, есть и такие люди, которые предпочитают более безопасный способ ведения боя?
— Вы хотите знать, бывают ли у нас трусы?
— Благоразумие не трусость.
— Вы считаете, что мы воюем неосторожно?
— Но ведь вы сами сказали, что каждый из вас хочет жить.
— Да, но только так: или мы или немцы!
— Ну, а если немцы победят все-таки?
— Они не могут нас победить.
— Почему?
— Потому что наш народ нельзя победить; нельзя победить народ, который, пока он существует, будет драться за свою жизнь.
— Вы имеете в виду партизан в оккупированных немцами районах?
— Нет, я имею в виду весь Советский Союз.
— Ну, а отдельные личности?
— А я разговариваю с вами, как отдельная личность.
— Но вы говорите от имени народа, а не о себе.
— Если хотите знать мнение народа, — поглядите вокруг: оно высказано очень убедительно.
Так окончилось интервью иностранных журналистов с бойцами подразделения истребителей танков.