И смерть, и Непокорные, и все остальное подвластно его магии.
Смерть пришла и за сестрой Марией. Туманные призраки несли их по воздуху к дому Ганнибала и книге, и он решил осмотреть последнюю оставшуюся в живых ученицу. Сестра Мария была тяжело ранена, тигр-Непокорный жестоко ее потрепал. Ее здоровый глаз был вырван вместе с частью лица, теперь Мария ослепла полностью. Едва ли она могла принести какую-то пользу, но Малкеррину хотелось, чтобы она была рядом с ним. Дело не в ее преданности. Лиам не желал признавать, что потерпел поражение. Если она выживет, значит, все не так уж плохо.
Они летели над Венецией, а чуть ниже за ними следовала пара демонов, уничтожавших все на своем пути, они чуяли туманных призраков. Малкеррин их не заметил.
Отец Малкеррин понимал, что враг будет его преследовать. Они наверняка сообразят, куда он отправился. Однако он намного опередил их, да и навряд ли книгу охраняет кто-то стоящий. Вероятно, все или почил все собрались на площади Святого Марка. Нет, ему хватит времени, чтобы расправиться со стражами и заполучить книгу.
Хватит думать о поражении! Он сделает все, что возможно, чтобы их уничтожить, даже если для этого придется применить заклинания, которые он еще не пробовал и которые, возможно, не сможет контролировать. Он одержит победу, даже если будет вынужден снести врата ада и выпустить на свободу Люцифера!
Солнце село, а через минуту орда Непокорных, спавшая внутри Венецианского театра, уже объявилась на площади Святою Марка Многие, в том числе и Рольф, были разочарованы тем, что они там увидели. Они прилетели как раз вовремя, чтобы закончить недоделанную работу. Оставшиеся демоны окончательно вышли из-под контроля, но бессмертные легко уничтожали их. Ко всеобщему облегчению, Коди расправился с последним баныпи.
Прошло две минуты после бегства Малкеррина.
— Ганнибал, — позвал Питер, — ты сможешь здесь все закончить, а потом разобраться со сбежавшими тенями? Мы пойдем за колдуном.
Питер подозвал Коди, Меган и Алекс, и они собрались улететь. Ганнибал остановил их.
— Зачем? — спросил он.
Питер сердито покачал головой.
— Зачем? Послушай, я понимаю, тебе наплевать на людей, но времена меняются, и тебе лучше меняться вместе с ними, брат.
— Проклятье! О чем ты говоришь, безумец? Люди никогда ничего не значили для нас.
— Ты ошибаешься, — прервал его Коди.
Он-то прекрасно понимал, к чему ведет Питер.
— Разве ты не видел камеры? — спросил Питер.
Он указал в сторону базилики, откуда Трейси Сакко и Сандро Риччи вели съемку.
Ганнибал покачал головой.
— Все, что произошло сегодня, все было снято, теперь эти кадры увидит вся планета, — с улыбкой проговорил Питер. — Мир уже никогда не будет прежним.
— Ты это сделал! — воскликнула Меган.
Глядя на Питера с удивленной счастливой улыбкой, она обняла его.
— Мы это сделали, — вмешался Коди.
— Я хочу спросить тебя, — вмешалась Александра, ткнув пальцем в грудь Ганнибала, — хочешь ли ты, чтобы тебя преследовали, чтобы за тобой охотились, как за существом ночи, бесчеловечным дьяволом? В мире, где живут люди! Или ты предпочитаешь, чтобы люди смотрели на тебя, как на несчастную жертву зла, сумевшую его победить?
— Мы можем, стать их героями, — добавила Meган.
Ганнибал ошеломленно посмотрел на нее, широко раскрыв глаза от удивления, перевел взгляд на базилику, в тени которой сцвсем недавно стояли люди, готовые открыть миру тысячелетние тайны. Ганнибал хотел было сказать что-то, несколько раз набирал в грудь воздуха, на его лице сомнения сменялись гневом, но в конце концов он прикрыл глаза и отошел на несколько шагов. Через минуту он повернулся к ним и проговорил:
— Вам нужно поскорее поймать этого проклятого священника!
— Нас уже здесь нет.
Все четверо летели изо всех сил. Они понимали, что не имеют права опоздать. Меган вновь приняла форму сокола и легко их обгоняла. Шенг не мог победить Малкеррина при обычных обстоятельствах. Оставалось надеяться, что священник ослабел и это немного уравняет их силы.
«Дерьмо, — подумал Питер, входя в ментальный контакт с Меган, — нам не следовало оставлять его одного. Нужно было отправить еще кого-нибудь в помощь».
«Если в этом кто-то и виновен, то только я, — ответила она. — Я настояла на том, чтобы мы обе прилетели на площадь. В любом случае, кто бы мог подумать, что Малкеррин перемещается так быстро».