18 Дождик осенний, поплачь обо мне (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дейвин вздохнул и решил смириться с этим.

- Я хочу делать то же, что и вы, - уверенно сказал юноша.

- Кто именно из нас двоих? - уточнила мистрис Бауэр.

- Я хочу быть как вы обе, - невозмутимо ответил Эние.

- Как обе не получится, нас две все-таки, а ты один, - невольно улыбнулась Лейшина.

- Ну если так, - вздохнул юноша, - тогда как ты.

- Все понятно, - резюмировала мистрис Бауэр. - МГУ, юрфак.

Дейвин почесал бровь.

- Все это очень мило, но этот год он все равно уже пропустил, насколько я знаю ваши правила. А обстановка в крае такая, что вариантов у нас нет. Или он сдает экзамен и участвует в зимних операциях, как маг, или его ждет высылка со скандалом, - после этих слов граф развернулся от Марины к юноше и закончил фразу, - и так позорить память Унви, тебе, наверное, не стоило бы, Эние.

Дейвин ощутил, как на нем скрестились два очень неодобрительных женских взгляда. Кипящий гневом взор прищуренных глаз Марины Лейшиной и полный прохладного отчуждения взгляд Полины Бауэр. Эние молча скрипнул зубами и посмотрел в пол. Вот партия и сыграна, подумал граф. Но юноша вдруг обратил к нему невинный взор и произнес:

- Хорошо, мастер, конечно. Но я буду работать с группами Сопротивления, а не с Охотниками и не с гвардией.

- Я должен доложить об этом это князю, - недовольно ответил Дейвин.

- Да, мастер, как скажешь. Я подожду ответа в городе. Там же, откуда сюда пришел, - согласно кивнул Эние. Дейвин пожелал обеим дамам удачного дня и ушел в крыло аристократии, вероятно, к князю. Юношу Марина отправила ждать ее в холл.

- Все, - выдохнула Полина, - разобрались вроде.

- С ним - да, - согласилась Марина. - Но не расслабляйся, Валентин должен вот-вот подъехать, будем с порталом разбираться. Эние предстояло скучать в холле весь вечер. Разговор получился на редкость тоскливый. Всем участникам было понятно, что решение, принятое Полиной, неизбежно, и действительно это лучший ход из возможных очевидных, как определил Валентин, но и он, и Марина еще надеялись на умение Поли найти нетривиальное решение для любой задачи. "Жертвовать ферзя", как выразилась Марина, им не хотелось, особенно в лице Полины. Сама она проявила к своей судьбе удивительное безразличие и пыталась рассказать о выгодах варианта с заменой владельца. Порталу этот вариант действительно был бы удобен - если говорить о нем, как о предприятии. Замена владельца снимала целый ряд проблем, связанный и с соблюдением интересов владельцев витрин, и с налоговой нагрузкой на предприятия, и с потенциалом развития. А главное - с допуском на портал товаров из Большого Саалан, среди которых были квамья шерсть во всех видах, начиная с пряжи и заканчивая готовыми изделиями, косметические соли и минеральные красители для макияжа, драгоценные и поделочные камни, пряности и лекарственные травы, фрукты и вино.

Выбор выглядел настолько же просто, насколько и неприятно: или Полина должна уступить портал кому-то менее принципиальному, или ей следует как-то объяснить причины такой перемены во взглядах после всех событий последних месяцев, не считая уже предыдущих восьми лет. Но объяснений, позволяющих ей сохранить лицо в глазах рядовых горожан, привыкших видеть в ней непримиримого противника империи, не существовало. Марина понимала это, но все еще надеялась, что решение найдется, а Валентин просто не хотел в это верить. Разговор кончился ничем, то есть, пришлось остановиться на обозначении позиций. Полина провожала друзей с тяжелым чувством. Она понимала, что ответственность за это решение, которое все равно придется принять, ляжет на нее всей тяжестью, и друзья вряд ли примут ее с этим. Вернувшись в свой кабинет, она вздохнула и сказала самой себе - вот круг и замкнулся, звезда моя. Это началось в ноябре, в ноябре и закончилось. Ты тогда уже знала, что найдешь на этой дороге. Восемь лет - неплохой срок, так что все это в любом случае имело смысл. Ничего, моя хорошая, земля под ногами скоро кончится, дальше только небо, там недалеко. И с тем взялась за очередной отчет.

Хайшен в тот день, пользуясь короткой передышкой между более крупными событиями, беседовала с одним из людей да Онгая про его отношения с местными. Граф Муринский, принимавший ее у себя в городской квартире, имел у горожан репутацию отъявленного ловеласа даже для сааланца, и его имя постепенно становилось нарицательным в тех немногих местах, где с "гостями" были согласны разговаривать. Не то чтобы граф своим поведением портил репутацию соотечественникам, это было уже нереально, но он довольно сильно выделялся на фоне людей Димитри, и был не слишком заметен среди вассалов да Шайни. Первые несколько связей Димитри в крае были устроены как раз этим графом, и продлились они очень недолго. Рассказывая Хайшен о своем странном стиле жизни, он говорил

- Они тут по большей части чувствуют обстановку, а не осознают ее. И за близких беспокоятся больше, чем за себя самих. Это странно, но так и есть, досточтимая. Так что на ощущения своей женщины, пока она влюблена, я могу ориентироваться, чтобы лучше понимать, как строить линию поведения - с городом вообще, с прессой, с независимыми аналитиками и остальными значимыми людьми. Близость - только способ добиться нужного уровня хорошего отношения, чтобы подружка начала за меня бояться хотя бы слегка. Тогда они становятся такими же чуткими, как сайни,- граф вдруг сделал неопределенный жест рукой. - Жаль только, что месяцев через пять они все равно привыкают, что со мной ничего не случится, и приходится заканчивать историю. А эти два университета я выделяю потому, что их студентки умненькие и чуткие одновременно. В остальных местах найти такую менее вероятно. Был еще один университет с умными молодыми дамами, но они оказались настолько пугливыми и покорными, что я едва не спросил их ректора, через какой невольничий рынок этот университет набирает студентов. Я попытался помочь князю, и рассказал ему об этом способе, но он сделал все по-своему. И в итоге влюбился, конечно. А она уехала покорять Московию. Хорошая, талантливая женщина, мастер своего дела, и с достойным характером. Он возил ее на Ддайг петь, ее там хорошо приняли и надеются увидеть снова, но, - граф пожал плечами и вздохнул, - вот она там, в Московии, а он здесь. Как будто мало ему гибели внука и разлуки с близкими. Не понимаю, досточтимая. Я просто его не понимаю.

В среду около полудня на почту Дейвина пришло письмо с явно разового адреса. Оно содержало слова "это приглашение", смайл, какой-то адрес и какой-то пароль. Граф хмыкнул, взял ноутбук, какой не жалко было угробить, набрал адрес в строке и попал на странный ресурс, который, едва открывшись по паролю, захотел от него имя для создания аккаунта. Он, удивляясь, ввел русскими буквами "Дейвин да Айгит", послушно придумал пароль, поставил свое фото в профиль, зарегистрировался и через три секунды увидел на экране сообщение "Ведьмак, добрый день, я Соленый". Соленый на фото выглядел как классический уроженец города: русоволосый, сероглазый, с жесткими и суховатыми чертами лица. Дейвин еще не успел полностью составить мнение о нем, как на экран выскочило второе сообщение: "Ведьмак, здрасьте, я Дохлая" - и портрет очень худощавой и кудрявой пепельной блондинки, тоже сероглазой. Второе сообщение немедленно сменилось третьим: "Ведьмак, приветствую, я ВалеЧКа". Валечка была пухловатой блондинкой с веснушками. Но больше Дейвин ничего про нее понять не успел: на экран выпало полузнакомое по сводкам с Литейного фото мужчины лет тридцати, сопровожденное сообщением "Здрасьте всем, Пряник в сети... о, и Ведьмак тут! Ну тоже здравствуйте". Дейвин тихонько ругнулся и набрал "всем здравствуйте, как увидеть лог полностью, не нахожу настройки?" Он попал в закрытый чат Сопротивления, созданный специально под зимнюю охоту, объявленную князем пять дней назад. Через полчаса он знал, что почту они взяли у Дины Вороновой и что с Диной все плохо, у нее запой. Узнав об этом, Дейвин вслух помянул черта по Женькиному обычаю, пообещал выйти в чат ближе к ночи и пошел к Дине домой. Церемониями типа звонка в дверь или предварительного созвона он решил пренебречь, и был прав. Выглядела она предсказуемо, как и должна выглядеть женщина после трех недель запоя. Размер проблемы выдавало состояние квартиры, в которую он вошел. Граф велел Дине одеваться и вызвал такси. Привезя ее в институт Бехтерева, дождался оформления на отделение, оплатил первые десять дней ее пребывания наличными через кассу, пришел к завотделением и строго потребовал раньше, чем через месяц, ее не выпускать, и пообещал приехать через неделю. Затем поднялся на отделение, зашел в палату и сказал:

- Дина, ты тут на месяц. После того, как тебя вылечат, ты едешь работать в Приозерск. Нам нужен пресс-атташе. О твоем увольнении с текущего места я позабочусь. - Попрощался и вышел. Беседу с Сопротивлением в том самом чате он продолжил из городской квартиры, а к десяти вечера пригласил всю компанию на выбор к себе или к Лейшиной. Той ночью на ковре в его гостиной спали четверо парней и три девицы, из которых он знал что-то только об одном, том самом Прянике, единственном из всех присутствующих знавшем Медуницу лично.

А в полдень четверга Димитри собирал обоих своих замов на совещание. На этой встрече Дейвин объявил, что нашел для Охотников пресс-секретаря и уже вышел на постоянный контакт с боевым крылом Сопротивления, готовым присоединиться к Охотникам. Это вызвало бурное недовольство Асаны, чем Дейвин был неприятно удивлен и даже возмущен. Димитри не успел сказать и двух слов, а они уже орали друг на друга, не выбирая выражений. Асана хотела знать, с каких бешеных слив Дейвин лезет в дела Охотников, а оскорбленный в лучших чувствах граф предлагал ей идти самой договариваться с друзьями Алисы, потому что он без их общества легко обойдется еще лет сто. Не прошло и четверти часа с начала встречи, как Асана громко рыдала в кресле у камина, а Дейвин молча капал слезами на край рабочего стола князя, и выглядело это все не лучше, чем младшие питомцы Айдиша в конце дурного дня. Заглянувшему в кабинет на шум Иджену князь сказал:

- Принеси нам чай, коньяк и сладкий пирог,- и когда Иджен вышел, обратился к вассалам, - я вас обоих люблю, не бранитесь, пожалуйста, мы все решим.

Через два часа решение действительно было готово, и оно устраивало в равной мере и Асану и Дейвина. Возмущение виконтессы было вызвано в основном тем, что она натерпелась от Сопротивления мелких пакостей и откровенно побаивалась встречаться с боевиками лицом к лицу без нужды. А граф, планируя устроить прямую встречу командования Охотников с лидерами боевых групп, об этом забыл. Кроме того, будучи постоянной мишенью не менее жестоких шуток соучеников в школьные годы, он вообще не видел проблемы в сложившихся обстоятельствах, а Асана, любимица однокашников и воспитателей, в принципе не знакомая с таким явлением, как травля, очень остро переживала враждебное отношение Сопротивления. Но поскольку Дейвин не учел того, что недомаги будут тоже задействованы в зачистках городских территорий, он в любом случае оказывался занят в этой работе, тем более что это была его идея. Так что координировать действия боевых групп из местных Димитри предложил ему, раз уж он установил с ними связь. Конфигурация выходила не самая простая, но она была ценна уже тем, что вообще оказалась возможна.

Аборт от оккупанта

Всем привет, я снова с вами. И сегодня у меня сугубо девчачья тема. Мальчики, пожалуйста, отвернитесь, или держите эмоции при себе, если вы сюда залезете. Ну, к теме. Девочки, мы с вами все прекрасно знаем, что от секса бывают дети. Мы даже все отлично осведомлены о том, что дети не всегда бывают своевременным событием в жизни женщины. И мы знаем, где и как в нашем городе можно решить свою неприятную проблему женщине, не имеющей никакого другого решения для внезапно явившейся проблемы. И все в курсе, что даже в наших охренительных условиях, в которых менструации от перегрузки пропадают у каждой пятой, и благополучно выносить беременность и родить не проще, чем столовой вилкой отбиться от оборотня, некоторым приходится решать этот вопрос химически или даже хирургически. Так вот: по данным людей, предоставляющих эти услуги, не было ни одного случая беременности, прерывавшейся по причине того что она наступила по итогам связи с, гхм, гостями города. Напрашивается вопрос - как так? Можно, конечно, родить и выбросить, Святая стража подберет. Только вот тут, где я теперь работаю, метисов тоже нету, ни одного. Все дети, учащиеся в этой школе, генетически полностью наши.

Напрашивается вопрос: от них в принципе нереально забеременеть или это идеологический момент? И ведь да, есть смешанные браки с совместными детьми, так что это идеология. Но не та, про которую мы все громко подумали, вспомнив нашу собственную историю, а другая. Их религия не позволяет репродуктивного насилия. Поэтому их традиция мужской контрацепции насчитывает около 700 лет, и она развивалась синхронно с женской контрацепцией. Это форма выражения любви к партнерше такая, одобренная Пророком и церковью, то есть, извините, Академией. Смотрите, вот их канон по этому поводу

Однажды к Пророку пришла молодая женщина с детьми. Ее старший сын едва вошел в возраст, когда мальчик начинает помогать отцу и выходит со двора, за ее юбку держались две девочки, а на руках она несла младенца. С собой у нее был лишь кувшин квамьего молока и лепешка. Она отдала их Пророку, Он разделил молоко и лепешку между детьми женщины, хотя была ранняя весна. В глазах женщины не было страха, и она рассказала Пророку свою беду.

- Мои дни очищения скоро кончатся, и я взойду на ложе моего мужа, потому что люблю его и хочу быть с ним. Старые боги почти забрали меня, когда я рожала моего младшего. Повитухи говорят, что следующий ребенок убьет меня до того, как сам сможет сделать первый вздох. Ни они, ни жрецы не могут помочь мне, потому я пришла к тебе.

И тогда Пророк сказал ей прийти через четырнадцать дней, ибо ему нужно время, чтобы найти ответ на ее вопрос.

Вечером же в пещеру пришел молодой рыбак со связкой свежепойманной рыбы.