<p>
</p>
<p>
– Увы… в пруду водились только огромные налимы и невзрачная плотва, но я часто ложился на небольшой мостик, с которого мы ловили рыбу, и вглядывался в мутную воду в надежде увидеть золотой русалочий хвост.</p>
<p>
</p>
<p>
А еще мы летом бегали в парк и, устроившись на высоком заборе, смотрели, как по небольшой танцплощадке под модную Рио-Риту танцевали парочки. Как только одна из них скрывалась в тени деревьев, мы начинал свистеть и улюлюкать.</p>
<p>
</p>
<p>
– Это же неприлично, дед, – качает головой внучка.</p>
<p>
</p>
<p>
– Понимаешь, майн либхен, мы были слишком молоды, и наши души не были освещены лучами любви. Проявление чужих чувств в виде поцелуев нам казалось смешным. Но, признаюсь, в то время мое сердце уже было тронуто легкими лучиками влюбленности.</p>
<p>
</p>
<p>
Она была феей. Такой милой и недосягаемой. Звали ее Катрина Милявская. Она была, как сейчас говорят, моделью и актрисой, правда, не очень знаменитой. Фильмов я с ней не видел, да и модные журналы в нашем городе были редкостью. Но Катрина была… Забыл, как это сейчас называется… Ах, да… лицом компании. Именно ее изображение украшало коробочку тех самых чулок, которые изготавливали на нашей фабрике. Одну такую коробочку мне подарил Марик, отец которого работал на упаковке. С тонкой картонки на меня смотрела маленькая черноволосая фея с тонкими крылышками бабочки. На ее миниатюрных ножках красовались те самые капроновые чулочки, и я, краснея, прикрывал их рукой, когда смотрел на картинку.</p>
<p>
</p>
<p>
И вот однажды случилось чудо… На центральной площади возле давно не работающего фонтана в виде какого-то греческого бога остановились две черные машины. Двери распахнулись, и на солнечный свет выпорхнуло это удивительное существо. Фея пролетела над толпой и уселась на плечо к каменному богу. Сложив крылышки за спиной, она улыбнулась всем ослепительной улыбкой и махнула ручкой, осыпав головы зевак золотистой пыльцой.</p>
<p>
</p>
<p>
Мне удалось протиснуться вперед, и я протянул фее картонную коробку из-под чулок.</p>
<p>
</p>