Саксонские Хроники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У этого человека была сломана нога, выбитый глаз висел на окровавленной щеке, и он больше не был опасен.

— Я должен убить хоть одного язычника, — ответил Этельвольд и снова ткнул датчанина кончиком клинка.

Я пинком отшвырнул этот клинок прочь и хотел было помочь раненому, но как раз в этот миг увидел Хэстена.

Хэстен все еще находился на холме вместе с другими беглецами, и я окликнул его по имени. Хэстен повернулся и заметил меня: сперва, наверное, просто увидел залитого кровью воина в шлеме, увенчанном головой волка. Он уставился на меня, а потом, должно быть, узнал шлем, потому что бросился бежать.

— Трус! — крикнул я ему. — Ты предатель, ублюдок и трус! Ты принес мне клятву верности! Я сделал тебя богатым! Я спас твою никчемную жизнь!

Он повернулся, слегка ухмыльнулся и помахал левой рукой, на которой болтались разбитые остатки его щита, после чего бросился к правому краю того, что осталось от клина Свейна. Эти ряды все еще держали строй, плотно сомкнув щиты, пять или шесть сотен человек — они развернулись было и начали отступать к крепости, но теперь остановились, потому что люди Альфреда, которым больше некого было убивать, повернулись к ним.

Хэстен присоединился к этим датчанам, пробившись за щиты, и, увидев над клином знамя с орлиным крылом, я понял, что выживших возглавляет Рагнар, мой друг.

Я замешкался.

Леофрик кричал нашим людям, чтобы те построились в клин, но я знал, что атака уже утратила былую ярость. И все равно мы здорово их потрепали. Мы убили Свейна и множество других датчан, и теперь выжившие были прижаты к крепости.

Я подошел к краю откоса, ориентируясь по кровавому следу на мокрой траве, и увидел, что белая лошадь во время панического бега перепрыгнула через этот край и теперь лежит, как-то неестественно задрав ноги вверх, несколькими ярдами ниже; на ее белой шкуре виднелась кровь.

— Хорошая была лошадь, — сказал Пирлиг, подходя ко мне.

Я думал, что это самый верх откоса, но земля тут оказалась скомкана и смята, будто великан пнул ее массивным сапогом; часть склона осыпалась, образовав ложбину, а за ней крутой подъем уходил к еще одному гребню, который и венчал собой склон. Глядя на крутой подъем, ведущий к восточному краю укреплений, я гадал, можно ли отсюда пробраться в крепость.

Пирлиг все еще смотрел на мертвую лошадь.

— Знаешь, что говорят у нас дома? — спросил он. — Бритты считают, что добрая лошадь стоит двух красивых женщин, красивая женщина стоит двух хороших гончих, а хорошая гончая — двух добрых лошадей.

— Вы и вправду так говорите?

— Неважно. — Он тронул меня за плечо. — Для сакса, Утред, ты хорошо сражаешься. Как настоящий бритт.

Я решил, что мы не получим никаких преимуществ, если начнем наступать через ложбину, повернулся — и увидел, что Рагнар шаг за шагом отступает к форту. Я знал, что сейчас подходящий момент, чтобы напасть, поддержав боевой пыл воинов и жажду резни, но наши люди вовсю грабили мертвых и умирающих, так что им было не до новой атаки. Значит, нам придется столкнуться с более трудной задачей — убивать датчан, защищенных валом.

Я вспомнил своего отца, погибшего как раз во время подобной атаки. Отец никогда не выказывал ко мне особой привязанности, наверное, потому, что я тогда был еще совсем маленьким ребенком. А вот теперь я, как и он, последую в смертельную ловушку, на хорошо защищенную стену. Судьбы не избежать.

Знамя Свейна с белой лошадью было захвачено, и сакс махал им в сторону датчан. Другой нацепил на копье шлем Свейна, и сперва мне показалось даже, что это голова, но потом я увидел, что это всего лишь шлем. Белый плюмаж из конского хвоста стал розовым.

Отец Виллибальд простирал руки к небесам, вознося благодарственную молитву, и я подумал, что он слишком торопится, потому что мы разбили только людей Свейна, а войска Гутрума все еще ждали нас за стенами. И Рагнар тоже был там, в безопасности, в крепости, чьи стены полукругом сбегали к низине. Высокие стены, защищенные рвом.

— Будет чертовски трудно взять эти укрепления, — сказал я.

— Может, нам и не придется это делать, — ответил Пирлиг.

— Это как?

— Ну, вдруг Альфред сумеет разговорами выманить датчан оттуда.

Пирлиг показал куда-то, и я увидел, что король в сопровождении Осрика, Харальда и двух священников приближается к крепости.

— Он собирается предоставить им возможность сдаться, — пояснил Пирлиг.

Я не считал, что пора приступать к переговорам. Сейчас было время убивать, а не торговаться.

— Датчане не сдадутся! — заявил я. — Ясное дело, не сдадутся! Они все еще думают, что могут нас победить!

— Альфред попытается уговорить их, — сказал Пирлиг.

— Нет! — Я сердито помотал головой. — Альфред предложит им мир! Он предложит заложников! Он будет читать им проповеди! Так он всегда поступает!