Ли с нежностью взирала на это любимое лицо со сдвинутыми в одну линию бровями, с черными сузившимися глазами, напряженно вглядывающимися в нее. Она не могла сказать ему всего, но и не хотела, чтобы он беспокоился, поэтому остановилась на полуправде.
– За последние десять дней у нас было шесть выходов, – сказала Ли. – Все эти приемы длятся до рассвета. Я пока еще не привыкла к жизни, которую ты ведешь. Наверное, я принадлежу к скучному типу людей, но с гораздо большим удовольствием я осталась бы дома и почитала… или еще что-нибудь…
Его ладони пробрались ей под платье, пальцами скользнув по лодыжкам. Ее трепет вызвал у него улыбку на губах и опасный блеск в глазах.
– Еще что-нибудь? – пробормотал Ричард. Его глубокий голос, казалось, замедляет движение времени, рассылая томительный жар щекам, покалывающую тяжесть в груди, тянущую боль между ног.
Ли ощущала, как вздымается и опускается его грудь, чувствовала его соблазнительный, манящий запах и жар пальцев, гладящих нежную кожу под коленками.
– А это «что-нибудь» имеет отношение ко мне?
Это было соблазнение – скольжение ладоней, поднимающих подол платья выше колен, пальцы, прокладывающие медленные дорожки вдоль бедер. Ли вздохнула:
– Боюсь, что самое непосредственнее.
– Ты такая сладкая, Ли. Я никак не могу насытиться тобой.
– Мне бы очень хотелось остаться дома, с тобой.
Она откинула голову на спинку стула и закрыла глаза. Один палец скользнул внутрь, гладя и дразня ее до тех пор, пока она больше не могла сдерживать стоны.
– Но сегодня мы должны пойти…
С каждым медленным кругом в животе и груди растекалась щемящая сладкая боль. Ли не улавливала смысл слов. Она закусила губу, дыша часто и прерывисто.
Второй палец присоединился к первому, растягивая ее, наполняя. Но ей хотелось большего. Она сжала плечи Ричарда руками, пытаясь притянуть на себя.
Его гортанный смех слился с ее стоном.
– Хочу тебя кое с кем познакомить. – Его горячее дыхание обожгло чувствительную плоть, когда он зажат ее рубашку в кулак и собрал на талии. – Он пишет, что будет сегодня на приеме.
– Ричард, пожалуйста… – Ли была открыта для его взгляда. Она попыталась сжать ноги, но Ричард не позволил.
– Ш-ш, – приказал он. – Ты так прекрасна… – Он убрал пальцы и медленно опустил голову.
– Ричард! – ахнула Ли. – Что ты делаешь?
Она закрыла глаза, дыхание застряло в горле, когда его рот коснулся самой чувствительной плоти, а язык стал лизать, ласкать и пробовать на вкус ее желание. Ее голова металась из стороны в сторону. Это было так бесстыдно, так шокирующе.
Должно быть, это грех, потому что было очень приятно. Каждое прикосновение губ, каждая ласка языка рассылали языки пламени, наслаждения и желания по всему телу, к груди, к животу. Ли всхлипывала и стонала, пока уже больше не могла вынести этой сладкой пытки.
– Ричард, я хочу почувствовать тебя внутри.
Он встал на колени и расстегнул брюки, потом обхватил ее бедра и притянул к краю стула. Напряжение, словно воронка, поднималось по спирали, закручиваясь все туже и туже, затягивая все глубже и глубже, пока весь мир не разлетелся на осколки.
Ли прильнула к плечам Ричарда и стиснула зубы, чтобы не дать вырваться словам, которые так жаждала сказать, хотя с каждым днем становилось все труднее удерживать их. Любовь, которую она испытывает к Ричарду, полностью поглотила ее. Будущее простиралось вдаль и наполняло необъяснимым страхом.
Глава 18
– Ты видишь его?
– Нет. – Ричард окидывал взглядом дам и джентльменов, толпящихся в бальном зале Эллиотов, но их лица сливались в одно неразличимое пятно под слепящим светом люстр. От слишком большого количества людей, собравшихся на небольшом пространстве, в зале было душно и жарко. Шуршание атласа и шелка и голоса гостей, говорящих одновременно, делали атмосферу еще более удушающей. – Наверное, он еще не приехал. Потанцуем, дорогая?
Ли покачала головой:
– Тебе не обязательно все время оставаться рядом со мной. Иди поищи своего друга. Или сыграй партию-другую в карты.
«Партию-другую в карты»? Он сцепил пальцы за спиной, чтобы не притянуть Ли в объятия, не обращая внимания на любопытные взгляды окружающих. Наивная душа, она не имеет представления об образе жизни светских повес, которые пьют, играют, охотятся и распутничают двадцать четыре часа в сутки. «Партию-другую в карты»?