Началась яростная борьба, и Корнелл подливал масла в огонь. Оливер улыбался, обводя взглядом зал. Сидящая рядом Алина довольно ухмылялась, словно радуясь растущей цене.
Бывают времена, — подумала Джинни, — когда хочется снова стать десятилетней девочкой, и чтобы большая порция малинового мороженого была пределом мечтаний.
Леди Лулворт отчаянно торговалась, крича и размахивая своим кошмарным пауком, чтобы привлечь внимание Корнелла. Каждый раз, когда ее цену перебивали, она испускала стон разочарования.
— Вам не везет, леди Лулворт, — заметил Корнелл, побуждая ее продолжить торг. — Не желаете повысить цену?
— Ой…! О Боже… я…
Корнелл поднял молоток.
— Раз…
— Да! Да… еще пятьдесят фунтов! Он мой, он мой!
— Жалеешь о своем предложении, Оливер? — усмехнулась Джинни.
— Вовсе нет, — спокойно ответил Оливер.
— Она навяжет тебе свою доченьку, — предупредил Джереми. — Она уже отчаялась выдать ее замуж!
— Больше заявок не будет? — спросил Корнелл. — Раз… Два… — Он сделал драматическую паузу, и леди Лулворт заерзала на стуле. — Продано даме с пауком.
— Чудесно! — Она вскочила, бросилась на шею к Корнеллу и чмокнула его в щеку, а затем метнулась к Оливеру. — О, мне так не терпится! — лопотала она, хлопая в ладоши. — Не знаю, как смогу дождаться…
— Надеюсь, вам понравится, — добродушно ответил Оливер.
— О, конечно. Конечно, понравится!
— Какой ужас, — мрачно заметил Джереми, когда почтенная леди вернулась к своему столику. — Берегись ее доченьки! Жуткая девица! Едва не закогтила Эдварда Чатсби в прошлом году… Он уже начал было кольцо подыскивать, да вовремя опомнился. Надеюсь, тебя не надо предупреждать, а? Хватило же у тебя ума избегать брачных ловушек… Ой… — Он умолк и залился краской, сообразив, что совершил чудовищную оплошность. — О Боже… Простите… Я забыл… то есть, забыл о вас…
У Джинни перехватило дыхание, но все же ей удалось рассмеяться.
— Ай, не волнуйся, Джерри. Это было слишком давно. Нам… теперь и самим смешно вспоминать, правда, Оливер?
Оливер ответил вежливой улыбкой, но Джинни все же почудилась угроза в его глазах.
— Конечно, — произнес он, поднося к губам бокал с вином. — Было бы глупо сейчас кому-нибудь из нас испытывать… враждебность.
У Джинни пересохло во рту, и она потянулась за бокалом. Внезапно атмосфера в зале накалилась. Джинни начала обмахиваться программкой, но это не помогло.
Аукцион явно понравился гостям, и торговля шла очень бойко. Джинни в уме подсчитала выручку и осталась довольна. Результат превзошел все ее ожидания. Действительно, усилия оказались не напрасны.
Наконец Корнелл объявил:
— А теперь, дамы и господа, мы подошли к последнему лоту этого вечера… и он обещает стать гвоздем программы. Наша дорогая Джинни! Иди сюда, милая… и поклонись.
Смеясь, Джинни встала и изобразила изящный реверанс в ответ на аплодисменты.
— Джинни предлагает свой удивительный талант устроительницы вечеринок. Начиная с приглашений и заканчивая мытьем посуды! Итак, кто начнет?
Торговля шла замечательно, тем более, что Джинни со смехом подначивала зрителей. Вскоре цена достигла рекордной отметки и перевалила через нее. Последняя заявка поступила от супругов, которых Джинни знала много лет. Их дочь собиралась замуж — видимо, поэтому они так стремились купить ее услуги.
— Шестьсот фунтов! — восхитился Корнелл. — Будут ли еще предложения? Он поднял молоток. — Раз…
Внезапно из-за ее собственного столика донесся уверенный голос.
— Тысяча фунтов.