— Ах… Конечно… — Джинни слегка покраснела. — Тогда… Что бы ты предложил?
— Мы можем начать с Международного Торгового Центра… там самые лучшие виды. И ты, наверное, хочешь увидеть Статую Свободы?
— О, да, — с радостью согласилась Джинни. — Я читала, что нам тогда придется съездить на остров на пароме.
Оливер кивнул.
— Решено. Мы выйдем, как только ты позавтракаешь, а потом… у нас будет очень насыщенный день.
— А… Алина тоже поедет? — спросила Джинни, пытаясь сохранить равнодушный тон.
— Алина? — Казалось, Оливер удивлен. — Нет, конечно, нет. Уилла, не могла бы ты принести мне еще тостов? — добавил он, когда домработница вернулась с оладьями для Джинни.
Третья глава
Следующие несколько дней промчались, как вихрь. Джинни с Оливером проехали по Центральному парку, прогулялись в Чайнатаун, обсудили архитектурные изыски музея Гугенхейма и каждый вечер выбирали к ужину кухни разных народов мира. Джинни могла бы заявить с абсолютной честностью, что это лучшее время в ее жизни.
Она и представить себе не могла, что с Оливером ей будет настолько интересно. Поначалу она немного его стеснялась, боялась, что он сочтет ее наивной или глупой, но вскоре расслабилась, обнаружив у него отличное чувство юмора. Удивительным оказалось и то, что он с готовностью тратил свое время на магазины и достопримечательности, и как будто совсем не скучал.
Алина не появлялась. Джинни не хотелось расспрашивать о ней, а Оливер молчал.
Точно так же Джинни старалась не упоминать о его работе. Но во вторник утром она обнаружила Оливера в столовой с телефонной трубкой в руках. Он жестом велел ей усесться за столик, поэтому Джинни налила себе кофе и щедро намазала маслом и медом вкусный Уиллин оладушек. На перила балкона приземлился скворец, и она насыпала ему крошек, с восторгом глядя, как птица скачет по полу почти у ее ног.
После нескольких звонков Оливер наконец повесил трубку.
— Прости, — поморщившись, сказал он. — Дела.
— А… Да, конечно. — Джинни запнулась, помешивая кофе. — Ты… должен сегодня идти на работу?
Оливер покачал головой, лениво откинувшись в плетеном кресле, и закинул руки за голову.
— Я взял неделю отпуска, — объявил он. — Я много работал и заслужил это.
— А… — Джинни робко улыбнулась, опустив ресницы. — Ты… не обязан растрачивать на меня весь свой отпуск.
— Это не растрата.
У нее екнуло сердце. То, как он смотрел на нее, как улыбался… Нет это всего лишь игра воображения. Она обязана держать свои фантазии под контролем, чтобы не выставить себя полной дурой.
— А чем ты вообще занимаешься? — поинтересовалась она, пытаясь поддержать разговор.
— Скупка и продажа ценных бумаг. Так называемые «фьючерсные сделки», когда прибыль получается за счет разницы рыночных цен. Возьмем, к примеру, медь — когда-то давно люди просто купили бы акции медного рудника. Теперь же они смотрят, как меняется цена — растет или падает. И тогда решают купить акции по выгодному курсу в определенный день в будущем… или иногда продать акции, которые еще даже не куплены. Смысл в том, что внести им придется совсем небольшую часть денег.
— То есть, если цена акции изменилась так, как они предсказывали, они получат прибыль без особых затрат?
— Вот именно. Но вскоре слишком много людей начинают продавать и покупать опционы вместо акций, и все рушится. К 1983 году оборот фьючерсных сделок превысил оборот всей Нью-Йоркской биржи.
— Похоже на азартную игру.
— Так и есть. Естественно, нужно очень хорошо знать свой рынок, но все равно идешь, как по минному полю — всегда есть шанс подорваться.
— Как здорово! — с сияющими глазами воскликнула Джинни.
— Хочешь посмотреть?
— Мы можем съездить на биржу?
Оливер кивнул.