Ашерон ответил ему твердым взглядом.
— Кельт, я могу научить тебя, как похоронить ту боль так глубоко, что это не уколет тебя больше. Но должен предупредить, что ничто никогда не дается легко и не длится вечно. Однажды произойдет что-то, что заставит тебя снова чувствовать, и с этим к тебе вернется вся прошедшая боль. Все, что ты скрывал, выйдет и может уничтожить не только тебя, но и любого, кто будет рядом с тобой.
Тэлон проигнорировал эту последнюю часть. Все, что он хотел сейчас, это один день, когда его сердце не разрывается на части. Одно мгновение, свободное от мучения. За это он был готов заплатить любую цену.
— Ты уверен, что я не буду ничего чувствовать?
Ашерон кивнул.
— Я могу научить тебя этому, если ты готов слушать.
— Тогда учи меня, чародей. Учи меня хорошо.
ГЛАВА 1
Наши дни
Новый Орлеан
— Знаешь, Тэлон, убийство даймона[1], высасывающего душу, без хорошей схватки похоже на секс без прелюдии. В итоге, трата времени и неполное удовлетворение.
Тэлон согласился со словами Вульфа, сидя за угловым столиком в кафе «Дю Монд», ожидая, когда вернется официантка с его черным кофе из цикория и булочками. В левой руке у него была старая саксонская монета, которую он крутил между пальцев, пока сканировал глазами темную улицу перед собой и глядел на туристов и гуляющих местных жителей.
Изгнав большинство собственных эмоций полторы тысячи лет назад, Тэлон оставил только три вещи, которыми позволял себе наслаждаться: распутными женщинами, горячим кофе из цикория и телефонным общением с Вульфом.
Именно в таком порядке.
Хотя, если по-справедливости, бывали времена, когда дружба Вульфа в действительности значила для Талона больше, чем чашка кофе.
Однако сегодня вечером это было не так.
Тэлон пробудился только после наступления сумерек и почувствовал острую нехватку кофеина, и хотя существовала теория о том, что бессмертные не могут иметь привычек к чему-либо, он не стал бы держать на это пари.
Он потратил время только на то, чтобы натянуть штаны и кожаную куртку, прежде чем прибыть поклониться богине кофеина.
Холодная новоорлеанская ночь была на удивление спокойна. Даже не было скопления туристов на улице, которая была чрезвычайно близка к параду Марди Гра[2]. Однако, в Новом Орлеане это был главный сезон охоты для даймонов. Скоро вампиры преследовали бы туристов и охотились на них, как на открытом банкете.
Тем не менее, в течение короткого мгновения Тэлон был доволен тем, что было тихо, пока это позволяло ему уделить время кризису Вульфа и подавить ту тягу, которая не стала бы ждать.
— Разговор, достойный истинного скандинава, — сказал Тэлон в телефонную трубку. — Что тебе необходимо, мой брат, так это полное меда помещение, обслуживаемое распутными девками, и викингами, готовыми бороться за свой путь в Валгаллу.
— И ты мне еще говоришь об этом, — согласился Вульф. — Мне нужны старые добрые времена, когда даймоны были воинами, обученными бороться. Те, которых я нашел сегодня, ничего не знали о борьбе, и я болен от этого: «мое оружие решит все проблемы».
— В тебя снова стреляли?
— Четыре раза. Я клянусь… Мне жаль, что я не могу учить даймонов подобно Дезидериусу. На этот раз мне понравился бы хороший бой без правил.
— Будь осторожен со своими желаниями, поскольку можешь получить их исполнение.
— Да, знаю. Но проклятье. Хотя бы один раз они не могли бы прекратить бежать от нас и научиться сражаться, как делали это их предки? Мне необходим нормальный порядок вещей.
Тэлон приспособил как надо свои черные солнцезащитные очки, увидев поблизости группу гуляющих женщин.
Теперь появилась одна проблема, в которую ему захотелось вонзить свои клыки…
Тэлон пробежался языком по своему длинному, как у собаки, левому клыку, наблюдая за красивой блондинкой, одетой в синее. У нее была медленная, соблазнительная походка, которая могла заставить почувствовать себя юнцами даже тысячапятисотлетних мужчин.
Он очень хотел этого хотя бы чуть-чуть.
[1] Даймоны — потомки бога Аполлона (др. греч. бог солнца), особые демоны, питающееся душами людей (здесь и далее прим. переводчика и корректора.).
[2] Mardi gras (фр.) — буквально — «жирный вторник», вторник на Масляной неделе, последний день карнавала, Масленица.) — мировой аналог славянского праздника Масленицы. Празднуется во многих странах Европы (Франции, Чехии, Бельгии и т.д), в США и в других странах. Из городов США самые массовые и пышные празднования проходят в Новом Орлеане. Изначально это было костюмированное представление по случаю встречи весны во Французском Квартале Нового Орлеана, вызывавшее любопытство зевак. С годами карнавал становился все более многолюдным, появились яркие раскрашенные платформы, движимые лошадьми. Традиция Марди Гра восходит к дохристианским языческим ритуалам: проводам Зимы и встрече Весны, избрания короля и королевы (прообразы Отца и Матери, образы, характерные особенно для кельтской культуры) праздника, сожжения куклы-тотема, поедания солярных символов (в России — это блины) и т.д. После христианизации Европы многие культы и праздники были ассимилированы новым вероучением.