Слуховые галлюцинации на фоне острого ощущения потери, решила я. А вслух сказала:
— Ты что, говорить умеешь?
— Нет, просто ты умеешь слушать!
Мне срочно нужно к психиатру…
— Как тебя зовут? — как ни в чем не бывало, продолжал пес.
— Ирина, — ответила я, смущенно оглядываясь по сторонам.
— А меня — Грей, — представился он, грациозно кивнул и повернулся ко мне боком. — Смотри, даже на ошейнике написано. Так почему же ты плачешь? — не унимался он, примостившись возле моей ноги.
К горлу опять подступили слезы. Я ничего не смогу ему рассказать! Хотя бы потому, что этот замечательный и неравнодушный к моему горю пес уже был взрослым и мог вот так же покинуть своего хозяина в ближайшие десять лет. И его хозяин, как и я, абсолютно не будет к этому готов. Ведь к этому невозможно подготовиться. И, наверное, через несколько лет он будет вот так же плакать при виде незнакомой собаки, тыкающейся мокрым носом в его ладонь. Нет, я совершенно не готова к такому разговору…
— Я не хочу об этом говорить, — твердо сказала я и смахнула бежавшую по щеке слезу.
— Ну, не хочешь — не надо! — весело ответил пес и скорчил такую уморительную рожицу, что я, не выдержав, все же улыбнулась.
Юджи тоже корчила уморительные рожицы, когда хотела меня рассмешить.
— Тогда не буду тебе мешать, — деликатно заметил Грей и встал, всем своим видом показывая, что готов уйти.
— Да нет же, ты мне не мешаешь. Вот, если хочешь, у меня курица есть, — я вытащила из сэндвича кусок куриной грудки и протянула ему.
— Спасибо. А у тебя есть собака? — продолжил он, как ни в чем не бывало.
Я поняла, что мне не отвертеться, и неопределенно махнула рукой:
— Была…
— А теперь — нет?
— Она умерла. Вчера…
По его плюшевой мордочке пробежала едва уловимая тень. Я промокнула набежавшие слезы бумажным платком.
— Знаешь, а я хозяина потерял, — еле слышным шепотом сказал пес. — Он умер. Несколько дней назад.
Ахнув от неожиданности, я погладила его по кудрявой голове. По сравнению с моим, его горе казалось гораздо более значительным. В голове мелькнула шальная мысль.
— И с кем же ты теперь живешь? У тебя есть новый хозяин? — спросила я, окрыленная какой-то глупой надеждой.
— Да, конечно, — твердо ответил он и посмотрел куда-то назад, за мое плечо.
Я обернулась и, не без разочарования, увидела, как по залитой солнцем аллее быстрым шагом идет молодая женщина. Приложив ладонь ко лбу, она беспокойно оглядывалась по сторонам. В руках у нее был поводок. Не заметив сидевшего передо мной пса, она прошла мимо. Грей проводил ее взглядом и вопросительно посмотрел на меня.
— Мадам! — крикнула я ей вслед. — Вы ищите свою собаку?
Она тотчас обернулась и быстро направилась к нам.
— А-а! Вот он где!..
Присев на корточки, она щелкнула карабином поводка и ласково отчитала пса за неразумное, с ее точки зрения, поведение. Тот, наклонив голову, внимательно ее выслушал и завилял хвостом в знак полного согласия. Потом она посмотрела на меня и, извиняясь за длинную тираду, обращенную к собаке, еле слышно сказала:
— Спасибо! Я ужасно боюсь его потерять!
— Представляю, — серьезно ответила я.