Вервольфы к тому же самый многочисленный сегмент сообщества оборотней, хотя, если сравнить с общим чис¬лом вампиров, их очень-очень мало. И тому есть несколько причин. Рождаемость у вервольфов низкая, детская смертность выше, чем у просто людей, и только один ребенок, рожденный чистокровными вервольфами, таковым полностью становится. Это случается во время пубертата — будто этот период и без того не достаточно мерзок.
Оборотни очень скрытны. Эту привычку им очень трудно нарушить даже с такими симпатизирующими и необычными людьми, как я. Они пока что не вышли открыто на свет божий, и информацию об их мире я получаю мелкими порциями.
Даже от меня у Сэма много секретов, а ведь я считаю его другом. Сэм превращается в колли и часто в таком виде ко мне заходит (иногда даже спит на коврике возле моей кровати).
А Квинна я видела только в человечьем облике.
Рассказывая Сэму о драке между Джексоном Герво и Патриком Фернаном за место вожака стаи Шривпорта, я не упомянула о Квинне, и сейчас Сэм глядел на меня недовольно, ведь я утаила от него информацию, но я не нарочно. Я посмотрела на Квинна — он чуть-чуть задрал нос. Принюхивался, искал след. Кого выслеживает?
Когда он уверенно направился к столику на моей половине — а на той, которую обслуживала Арлена, было много свободных, — я поняла, что меня.
Хм, сложное чувство это у меня вызвало.
Я покосилась на Сэма — посмотреть на его реакцию. Ему я доверяла уже пять лет, и он ни разу меня не подвел.
Сейчас он мне кивнул:
— Пойди спроси, чего он хочет, — сказал он таким низким голосом, что в нем слышалось даже рычание.
Подходя к новому клиенту, я здорово нервничала, мне даже краска бросилась в лицо. Чего я так переживаю?
— Здравствуйте, мистер Квинн, — сказала я; глупо было бы притворяться, что я его не узнала. — Что вам принести? Боюсь только, что мы скоро закрываемся, но я еще успею вам принести пива или чего-нибудь покрепче.
Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, будто меня вдыхал.
— Я бы тебя узнал в законопаченном темном чулане, — сказал он и улыбнулся мне — широко и красиво.
Я отвернулась в сторону, загоняя внутрь ответную ухмылку, лезущую на лицо. Вроде как… застеснялась, хотя не стеснялась никогда. Скорее уж стала жеманиться, а этого слова я не люблю.
— Наверное, я должна сказать спасибо? — осведомилась я осторожно. — Это был комплимент?
— Имелся в виду комплимент. А кто этот пес за стойкой, который на меня смотрит, будто хочет сказать: «Не подходи»?
Пес — это была техническая характеристика, а не презрительная кличка.
— Это мой босс, Сэм Мерлотт.
— Он тобой интересуется.
— Хотелось бы надеяться. Я у него работаю худо-бедно уже пять лет.
— Хм… так как насчет пива?
— Без проблем. Какого именно?
— «Будвайзер».
— Уже несу, — ответила я, поворачиваясь уходить.
Я знала, что он смотрел мне вслед до самой стойки, потому что ощущала его взгляд. И знала из его разума, хотя это был плотно охраняемый разум оборотня, что смотрел он с восхищением.
— Чего он хочет?
Вид у Сэма был почти… ощетинившийся. Будь он в образе собаки, у него бы шерсть на загривке дыбом встала.
— «Будвайзер», — ответила я. Сэм посмотрел на меня мрачно:
— Сама знаешь, что я не об этом.