Армия монгольской империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Интерес представляют снаряды, наполненные порохом или зажигательными материалами. В 1232 г. Читань, защищавший от монголов город Лоян, применил метаемые катапультой «громовые бомбы». Это был железный сосуд, наполненный порохом, фитиль которого воспламенялся при запуске. При взрыве снаряд издавал сильный грохот. Известна картина из «Свитка о монгольском вторжении», изображающая взрыв гранаты перед всадником.

Во время осады Багдада в 1258 г. монголы использовали в качестве снарядов к катапультам зажигательные стрелы и горшки с нефтью. Вероятно, «нефтяные горшки» содержали «греческий огонь»: смесь нефти и негашеной извести. В империи Сун было известно несколько типов зажигательных материалов, в том числе промасленная пенька и хлопок. К 1273 г. были найдены средства для борьбы с зажигательным оружием. Крыши строений стали обкладывать десятисантиметровым слоем рисовой соломы и обмазывать глиной. Ядовитые газы впервые применили в XI в. «Ядовитая дымовая бомба» представляла собой снаряд массой 2 кг. Ее заполняли серой, селитрой, аконитом, маслом, угольным порошком, смолой и воском.

Монгольские воины в доспехах. Миниатюра из «Всемирной истории» Рашид-ад-дина. (Из библиотеки Эдинбургского университета)

Успех монгольских осадных работ объяснялся не только богатым арсеналом и размером осадных орудий, по и безжалостной эксплуатацией многочисленных пленных. При осаде Нишапура в 1221 г. на стенах крепости было установлено 3000 тяжелых дротикометов и 500 тяжелых катапульт. Тогда монголы согнали под городские стены множество пленных, захваченных в соседних городах, и заставили их проводить осадные работы под обстрелом. Было установлено около 3000 «баллист» (вероятно, тяжелых арбалетов) и 3700 катапульт, метавших камни и сосуды с нефтью. Кроме того, пленные изготовили 4000 осадных лестниц, а также доставили с соседних гор 2500 вьюков камней. Когда монголы двинулись на приступ, они гнали впереди пленных, используя их как живой щит. Подобную тактику монголы часто применяли при штурме укреплений, а иногда использовали и в открытом бою.

Несмотря на использование китайских и мусульманских мастеров осадного дела, для монголов столь малоподвижное занятие, как осада, было делом неприятным. По возможности они блокировали город небольшим отрядом, надеясь разбить основные силы противника в открытом бою и сломить тем самым боевой дух защитников. Вероятно, зверства, которые монголы чинили в городах после захвата, во многом объясняются их негативным отношением к осаде. Чувствуя это, иногда города сразу открывали ворота, надеясь избежать гнева монголов.

Оккупация покоренных стран также была делом, малопривычным для монголов. Во время покорения Северного Китая некоторые города приходилось брать по два-три раза, пока, наконец, военачальники не догадались оставлять в городах свои гарнизоны.

В заключение можно упомянуть, что монголы внесли в военное дело еще один вклад, использовав примитивную огнестрельную артиллерию. В 1259 г. китайские оружейники изготовили «огненное копье». Порох набивали в бамбуковый стебель, при выстреле горсть картечи выбрасывалась на расстояние до 250 метров. Интересно также отметить, что в битве при Лигнице в 1241 г. монголы применили удушливый дым от горящего камыша.

КАМПАНИИ МОНГОЛОВ В РОССИИ И ЕВРОПЕ

Лучшей иллюстрацией различных аспектов военного искусства монголов может служить рассказ о четырех их походах на Русь и Восточную Европу, совершенных по решению курултая в 1235 г. Хан Батый, второй сын хана Джучи, возглавил армию. Его военным советником был Субэдей, один из «четырех псов» Чингисхана. Фактически Субэдей и командовал армией, именно он разработал эти вошедший в историю операции.

Сперва монголы обезопасили свои фланги и линии коммуникаций вдоль Волги и Дона, разгромив волжских булгар и кыпчаков. Вторжение началось в 1236 г., когда хан Мункэ начал наступление на кыпчаков, а Батый с Субэдеем — на булгар. К осени 1237 г. разгром и тех, и других был завершен. Монголы форсировали Волгу и зимой 1237 г. вторглись на Русь, рассчитывая, что русские не будут ожидать нападения зимой. Так оно и случилось; кроме того, русские не ожидали, что монголы так скоро расправятся с булгарами.

Самой сильной крепостью, лежавшей на пути монголов, был Владимир, в котором находилась дружина великого князя Юрия. По своему обыкновению, монголы обошли укрепленный город и обложили хуже укрепленную Рязань. После пятидневного обстрела из катапульт, 21 декабря 1237 г., город был взят штурмом. «Не осталось очей, способных оплакать погибших, — пишет летописец. — Некоторых жителей посадили на кол, другим под ногти забили гвозди или щепки. Священников сожгли живьем, а монахинь и девиц насиловали в церквах на глазах у родных».

Следующим городом, взятым монголами, стала Москва. Владимир оказался полностью отрезанным. В панике князь Юрий бежал на север, на реку Сыть, оставив Владимир без дружины. Субэдей выдвинул авангард к Сыти, а сам осадил Владимир, который пал через шесть дней, 8 февраля 1238 г., когда, по словам летописца, «камни сыпались дождем». Разрушив Владимир, Субэдей безбоязненно атаковал лагерь на реке Сыть, и князь Юрий нашел свою смерть.

Затем монголы двинулись к Новгороду, но, не дойдя до богатейшего города ста километров, остановились и повернули на юг. Приближалась весна, и дороги могли стать непроходимыми. Поэтому армия отошла к Дону, где монголы дали себе передышку. На обратном пути они обошли стороной все города за исключением Козельска (близ Калуги), который был взят после семинедельной осады.

Военные операции на территории Древней Руси, 1237–1239 гг.

Первая фаза похода на Русь завершилась. В 1239 г. монголы почти не проявляли активности. Многие кыпчаки и половцы бежали в Венгрию, где король Бела IV предоставил им убежище в обмен на принятие христианства. Это было первым из нескольких подобных переселений в Венгрию, которые дали монголам повод через несколько лет напасть и на эту страну.

В 1240 г. монголы снова двинулись на Русь, захватили Чернигов и повернули на Киев. Киев был большим и гордым городом, считавшим себя непобедимым; киевляне казнили монгольских послов, потребовавших сдачи города. Сам Батый был поражен красотой и богатством Киева, но эстетические соображения не удержали его от осады города. Летописец сообщает, что сыпавшиеся стрелы затмевали солнце и «…скрип повозок, рев верблюдов, звуки труб, ржание коней и крики неисчислимого множества людей не позволяли горожанам услышать друг друга». Киев пал 6 декабря 1240 г., и монголы учинили в нем резню. Когда шесть лет спустя Карпини проезжал мимо того места, где был Киев, он видел бесчисленные черепа и человеческие кости. «Местные жители приветствовали нас, словно воскресших из мертвых», — писал он.

(Есть русская легенда о падении Киева. Богатырь Михайлик подцепил на копье золотые ворота города «как пшеничный сноп» и невидимым проскакал мимо монголов в Константинополь.)

Разрушив Киев, монголы двинулись в Венгрию. Венгерские степи, защищенные с северо-востока Карпатами, давали монголам отличную базу для дальнейшего вторжения в Европу. Король Бела предоставил убежище нескольким русским князьям, бежавшим после падения Киева. Нападение монголов было спланировано с необычайной тщательностью, даже по их стандартам. Они собрали свое войско между Галичем и Вислой и выступили на Пешт, в разгар зимы пройдя карпатские перевалы. Прикрывая свой уязвимый правый фланг, Кайду вторгся в Польшу; эта вспомогательная операция по масштабам оказалась не меньше главной кампании.

Рассматривая кампанию в Польше, мы увидим, как и монголы, что силы защитников разделены. Одним из польских князей был Болеслав Скромный, правитель Сандомира и Кракова. Он стал первым польским правителем, разбитым монголами. В январе 1241 г. Болеслав оставил Сандомир и отошел в Краков, но монголы по льду переправились через Вислу вслед за ним. Князь бежал из Кракова, и по иронии судьбы монголы вошли в этот город в Вербное воскресенье 24 марта 1241 г. Используя подручные материалы, монголы форсировали Одер неподалеку от Ратебора. Здесь их войско разделилось: половина направилась на завоевание Великой Польши, а другая двинулась на Вроцлав.

Город был сдан, но гарнизон цитадели решил драться до конца, и тогда монголы обошли Вроцлав и направились к Лигницу, намереваясь атаковать там силезскую армию. (Легенда гласит, что Бог, вняв молитвам настоятеля доминиканского монастыря Св. Адальберта, обрушил с небес на головы монголов огонь.)

Силезской армией командовал король Силезии Генрих II Благочестивый. Когда Генрих направлялся на бой, его чуть не убил камень, упавший с крыши храма Св. Девы Марии. Генрих счел это происшествие дурным знаком. Силезская армия в сопровождении отрядов многочисленных союзников выдвинулась к Лигницу, где намеревалась встретиться с монголами. Генрих разделил свою армию на четыре части. Первый отряд составляли отборные воины из Силезии и Великой Польши и небольшое количество наемников; здесь же находился и сам Генрих. Второй отряд во главе с гроссмейстером ордена состоял из тевтонских рыцарей в белых плащах с черными крестами. Третий отряд состоял из поляков, а четвертый — из силезских «крестьян-золотоискателей».

Монголы сразу же смутили армию Генриха, запалив заросли камыша и напустив на силезцев клубы едкого дыма. Над дымом, скрывавшим все перемещения монголов, полякам был виден только монгольский штандарт-тук: шест со скрещенными овечьими костями и ячьими хвостами. Монгольская легкая конница осыпала противника дождем стрел и тут же отступила; тевтонские рыцари и поляки из третьего отряда бросились преследовать ее. Дальше сражение проходило по обычному для монголов плану, Генрих оказался в кольце врагов всего с четырьмя своими воинами. Воины короля пали, а Генрих, тяжело раненный в плечо, сумел было вырваться, но монголы догнали короля и отрубили ему голову. Его обезглавленное нагое тело было опознано женой лишь благодаря тому, что у него на левой ноге было шесть пальцев.

Несмотря на успех монголов под Лигницем, это сражение не было главной целью монголов: ею по-прежнему оставалась Венгрия. Четырьмя колоннами Кайду провел свои войска через Карпаты и двинулся к Пешту. Байдар вел наступление на севере, Батый шел через Галицию, Гуюка— через Молдавию и Трансильванию, а Субэдей — через Мегединский перевал. Соединившись у Пешта, монголы провели крупное ложное отступление, продолжавшееся девять дней, и вывели короля Белу и его союзников к реке Шайо.

Монголы переправились через реку по мосту у деревни Моги и встали лагерем на холме, отделенном от реки болотистым лугом. Чтобы осложнить наблюдение со стороны противника, они постарались прикрыть лагерь со стороны реки мелколесьем. Венгры разбили лагерь на западном берегу, оставив реку между собой и противником, поставили палатки так тесно друг к другу, что их веревочные растяжки переплелись, затрудняя движение. Батый отметил плохую позицию венгров и зажал их «как скотину в узком стойле».

Монголы ударили ночью, когда венгры спали. При поддержке катапульт Батый провел атаку на мост, который обороняла всего тысяча венгров. Командовал охраной моста известный русинский царь Коломан, герцог Славонии. При первом натиске монголов царь сбросил с моста монгольского военачальника вместе с его конем. Под стрелами монголов европейцы вынуждены были отступить к лагерю, где Коломан получил подкрепления и вместе с архиепископом Уголином снова двинулся к мосту. Вскоре Коломан и архиепископ были ранены и снова отступили, оставив у моста лишь отряд тамплиеров.

Тем временем Субэдей переправился через реку выше по течению и внезапно ударил венграм во фланг. Венгерский лагерь оказался застигнут врасплох, рыцари путались в веревках, пытаясь выбраться из лагеря. Монголы великодушно дали венграм выбраться из лагеря, после чего их легкая конница начала охоту на отступающего противника. Хронист сообщал, что земля была завалена трупами на расстоянии двух суточных переходов.

Король Бела сдал Пешт без боя, и монголы разрушили город до основания. По странному совпадению битва под Моги произошла в тот же день, что и под Лигницем — 9 апреля 1241 г.