Самая темная ложь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Её тело затрепетало от жара и жажды. — Продолжай говорить — в переводе Гидеона — Помолчи. Кто бы мог подумать что именно эти слова доставят ей столько удовольствия.

— Все что я пытаюсь сказать, это то, что ты мне ничего не должен. Неужели это её собственный голос?

— В любом случае, это я должна тебе.

Он снова поднял голову, ресницы сомкнулись, прикрывая его синие как океан глаза. «Ты должна мне многое.» В его голосе была слышна сдерживаемая ярость. «Именно об этом я и говорю сейчас.» Ну ладно.

«Я не хочу тебя отчаянно,» сказал он жеско. «Ты меня не понимаешь? Мое тело не жаждет твоего. Я не мечтаю быть с тобой с того самого момента, как я первый раз увидел тебя. Прошлое имеет значение.»

Несколько слезинок выкатились из её глаз и потекли по её щекам. Она плакала от смущения. Но все-таки она не могла сдвинуться с места. Прошлое не имеет значения для него? «Правда?» Как она могла надеяться на такое?

Он кивнул не спуская с неё пристального взгляда. «Ты не моя.»

Она принадлежала ему. Вот так просто. Что-то оборвалось внутри неё, её сопротивление ему исчезло. Осталось только желание. Так много желания… Она хотела его. Только один раз, вновь напомнила она себе. Она отдаст ему все.

Что будет потом с её сердцем, она не могла сказать. Ложь! От него ничего не останеться, одни осколки. Но ей было абсолютно все равно. Сейчас Гидеон был с ней. Он хотел её. И этого было достаточно.

Каждый раз, когда он был рядом, она хотела броситься к нему, её тянуло к нему, но её злость к нему всегда её останавливала. Её обида и гордость приглушали все чувства. Но не сейчас.

Медленно Скарлет села, заставляя Гидеона сделать тоже самое, пока он не оказался на её бедрах. Её волосы упали на плечи. Обычно ей это не нравилось, но такие вещи были сексуальными, а она хотела быть сейчас сексуальной для него. Настолько, насколько это вообще было возможно.

Она желала, чтобы он её хотел. Чтобы он захотел её так же сильно, как она хотела его все эти годы. Все эти столетия.

Он прерывисто вздохнул. «Не надо больше.»

Еще..

«Не сейчас. Я хочу видеть тебя.» Она схватилась за воротник его рубашки и стянула её через голову.

Теперь у неё перехватило дыхание. О боже, он был великолепен. Совершенен во всем. Его кожа была золотистой, его живот олицетворял собой силу. Она провела кончиками пальцев по черным глазам и красным губам, вытатуированным на его шее и груди. Она прочертила ногтем воображаемую бабочку на его плече, оставляя красный след. Они не были женаты, но этот символ соеденил их.

«Немного остудиться плохо,» сказал он, задыхаясь.

Обжигающе хорошо, вот что он имел виду, и это взволновало её. Она провела рукой по колечку цвета индиго, которое было вставлено в его сосок и, опустившись ниже, коснулась гвоздика, вставленного в его пупок, тоже синего цвета.

«Почему тебе так нравиится синий?» спросила она как раз перед тем, как быстро провести язычком рядом с колечком в его соске. Холодный металл и горячая кожа, восхитительное сочетание.

У него вырвался стон. «Ты не хочешь поговорить об этом прямо сейчас?» Он провел рукой вокруг своего эррегированного члена, натянувшего ткань на его штанах, и потер вверх-вниз. «Нет чего-то более лучшего, чем мы могли бы заняться.»

И она подумала, что он стал еще прекраснее, чем прежде. А она глупее. Он был здесь, всем своим существом. Воин, который увидев то, что он хочет, брал это, посылая к черту возможные последствия. Но… «Да. Я хочу поговорить.» Узнать его было для неё так же важно, как и быть с ним. Только в этот раз.

В тот момент она презирала все напонимания.

Стороны Гидеона прекратились, и он вздохнул, поставив ее желания выше своих собственных. Он не отодвинулся от нее, а обхватил руками её попку и придвинул ее вперед, пока ее естество не накрыло его. Он был твердый, горячий. Она чуть прикусила внутреннюю часть щеки, чтобы сдержать рвущийся наружу стон.

Он облизал губы. «В Тартаре не было одного ребенка, и он не был самым уродливым из всех, кого я видел. Однажды, когда я не приводил нового заключенного в его камеру, ребенок не попросил игру. Единственной вещью, которую я не смог найти, была бумага и мелок. Он не был синим. Когда я не отдал их ему, он не улыбнулся мне самой сладкой из всех улыбок, что я видел, и не сказал мне, что синий самый лучший цвет в мире, как небо, о котором он слышал, но никогда не видел. В тот день синий не стал для меня…символом свободы.»

Пока он говорил у Скарлет перехватило дыхание. Дрожь пробежала по её позвоночнику.

«Этот мальчик,» еле выговорила она. «У него была бритая голова и черные глаза?

Нахмурившись, Гидеон склонил голову набок. «Как ты — "

Он замер, его глаза расширились, он пристально посмотрел на неё.

«Это была не ты,» выпалил он. «Но ты — "

«Да, меня брили под мальчика.» Возможно, именно поэтому он помнил её глаза, но он не мог помнить её губ. Она подозревала, что он видел их, когда она вторгалась в его сны. Неужели он и правда знал её?