История Халифата. Том 1. Ислам в Аравии, 570—633: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Э. Миттвох считал, что легенда о смерти Мухаммада в день его рождения появилась под иудейским влиянием (Моисею приписывается смерть в день рождения как знак особой угодности богу). Мы полагаем, что не день смерти притянут ко дню рождения, а наоборот — ко дню смерти притянут совершенно неизвестный день рождения [Mittwoch, 1927].

[+184] Этот вопрос подробно освещен Т. Андре [Andrae, 1918].

[+185] Gabrieli, 1968, с. 23.

[+186] П. А. Грязневич справедливо критикует утверждения о том, что ислам возник как осознанная реакция определенных социальных групп на глубокий кризис, охвативший Аравию, как необходимое условие политического объединения Аравии [Грязневич, 1984, с. 10–12]. Вынужденная конспективность этой статьи не позволила ему показать, что в Коране и во всем учении Мухаммада об исламе нет стремления решить эти проблемы. Решения практического характера, так или иначе использованные впоследствии для создания теории государства, были каждый раз связаны с какой-то практической задачей, а не порождены целью создать объединенное государство и политически объединить арабов (ср. [Лапшов, 1982, с. 118]).

Глава 5. РОЖДЕНИЕ ХАЛИФАТА

ПРОБЛЕМА ПРЕЕМНИКА

Рис. 9 Центральный Недж в начале VII в.

Невероятность события — смерть посланника Аллаха, как обычного человека, должна была потрясти всю мединскую общину. Пока послали за Абу Бакром и тот пришел, новость уже распространилась, и в мечети собралось немало народу. Умар стал поносить «лицемеров», поверивших в смерть пророка, и убеждать, что он только на время призван к Аллаху и вернется к общине, как Моисей [+1].

Абу Бакр, вышедший из комнаты Аиши, остановил его и обратился к присутствующим: «О люди! Кто поклонялся Мухаммаду, так [знайте, что] он умер, а кто поклонялся Аллаху — так он вечен и не умрет». И продекламировал: «А Мухаммад — только посланник, до которого были посланники. Неужто, если он умрет или будет убит, вы повернете назад? Кто поворачивает назад, ничем не повредит Аллаху, а благодарным — Аллах воздаст» [+2].

Эти слова обнажили ужасную истину — община неожиданно осталась без вождя. Страх перед всеведущим Аллахом не позволил ближайшим сподвижникам Мухаммада измыслить его завещание относительно преемника, а может быть, они просто были так поражены неожиданной бедой, что в первый момент даже и не думали об этом.

Мухаммад объединял в своем лице вероучителя и руководителя общей молитвы — имама, и политического вождя — амира, и верховного судью. Функцию руководства общей молитвой он передал в последние дни Абу Бакру, и никто не оспаривал это его право. И прежде бывали случаи, когда не Мухаммад руководил общей молитвой [+3], но это не превращало такого имама в главу общины.

Спор мог идти только о преемнике Мухаммада как носителя высшей политической власти в общине, об амире. Вожди мединских племен, добровольно принявшие верховенство Мухаммада, после его смерти должны были бы подчиняться не посланнику Аллаха, а такому же обычному человеку, как и они сами. И рядовые ансары, которых не раз обходили в наделении добычей и почестями в пользу курайшитов, могли рассчитывать занять теперь под началом своих вождей главенство в общине.

Не успела верхушка мухаджиров принять какое-то решение [+4], как пришло известие, что группа ансаров собралась под навесом в квартале бану са'ида, к которым принадлежал вождь хазраджитов Са'д б. Убада, чтобы решить вопрос о преемнике Мухаммада. Умар, Абу Бакр, Абу Убайда и еще несколько мухаджиров поспешили на это собрание. Когда они прибыли туда, Са'д уже обратился к ансарам с речью, перечислив их заслуги перед исламом, дающие им преимущества перед курайшитами. Присутствовавшие в большинстве склонялись к избранию Са'да, хотя ауситы колебались, стоит ли давать такое преимущество своим соперникам, воевавшим с ними каких-то полтора десятка лет назад, да и часть хазраджитов полагала, что родственники пророка имеют больше прав на наследование его власти.

Появление Абу Бакра и его спутников сразу изменило настроение собравшихся. Он спокойно выслушал горячую речь хазраджита Сабита б. Кайса, согласился, что заслуги ансаров велики, но подчеркнул, что в Коране отдано предпочтение мухаджирам [+5], к тому же остальные арабы не согласятся признать над собой власть не курайшита, поэтому он предлагает присягнуть Абу Убайде или Умару. Когда Сабит спросил ансаров, согласны ли они, то большинство сказало «да». Сабиту оставалось только предложить со своей стороны кандидатуру Абу Бакра, как человека, отмеченного особым доверием Мухаммада. Среди хазраджитов нашелся только один решительный защитник прав ансаров — Хубаб б. ал-Мунзир, воевавший вместе с Мухаммадом начиная с Бадра. Но как ни кричал он, хватаясь за меч, как ни пытался провести компромиссное решение избрать по амиру для мединцев и для курайшитов, собрание все-таки присягнуло Абу Бакру [+6]. Так в очень конкретной форме борьбы за личную власть была решена большая общая проблема, быть ли светской и духовной власти объединенной в одних руках. Общая присяга жителей Медины, состоявшаяся на следующий день, прошла без всяких колебаний и затруднений. Если среди мухаджиров и были противники избрания Абу Бакра, то после того, как он заручился поддержкой ансаров, сопротивление стало бессмысленным.

Так община обрела нового главу, «заместителя посланника Аллаха», халифа расули-л-лах, или просто халифа.

Несмотря на объединение в руках халифа светской и духовной власти, назвать его власть теократической, как это иногда делается [+7], было бы неверно. Власть халифа в глазах верующих не была завещанной Мухаммадом, он не был осенен благодатью и не имел контакта с божеством. Его функции руководителя общей молитвой не носили сакрального характера и могли в случае его отсутствия выполняться любым мусульманином, знающим порядок ведения молитвы. То обстоятельство, что в своих действиях он обязан был (хотя бы теоретически) руководствоваться Кораном и примером Мухаммада, так же не превращало власть халифа в священническую, как известное положение «несть власти аще не от бога» не превращало светскую власть христианских государей в теократическую.

В тот же день, после общей присяги, мусульмане Медины пришли прощаться с телом вероучителя; все желающие — не только мужчины, но и женщины и дети — входили в комнату Аиши, где около тела сидели ближайшие родственники и вдовы, произносили несколько благочестивых слов и выходили в другую дверь. После захода солнца Мухаммад был погребен по настоянию Абу Бакра на том же месте, где было его последнее ложе.

ОТСТУПНИЧЕСТВО И БОРЬБА С НИМ

Абу Бакр с первых своих шагов в сане халифа всячески подчеркивал, что он лишь исполнитель предначертаний Мухаммада. Поэтому первым его серьезным распоряжением был приказ об отправке Усамы б. Зайда на Муту, которого так жаждал Мухаммад. Но и на сей раз обстоятельства не позволили сразу же выступить в поход.

Как только весть о кончине Мухаммада разнеслась по Аравии, многие племена, и прежде неохотно платившие садаку, сочли, что смерть пророка аннулировала все заключенные с ним договоры и лишила силы данные ему клятвы: они отказались платить садаку, изгнали сборщиков и вернули себе то, что уже было собрано. Произошло «возвращение» к язычеству, ридда, как именуют мусульманские источники эти события.

Помимо вполне естественного желания не платить налог, если представляется повод для этого, известную роль играло и то, что Абу Бакр, признанный в Медине главой мусульманской общины, не был авторитетен за ее пределами. Отношение к нему в этот момент хорошо передают слова современника, арабского поэта-сатирика ал-Хутайи:

Мы повиновались посланнику Аллаха, когда он был среди нас. Рабы Аллаха мы, но не Абу Бакра [+8].

Особенно опасной была враждебная позиция восточных соседей Медины, воинственных и многочисленных племен гатафан и сулайм, границы владений которых находились в одном-двух днях пути от Медины. Неясна была позиция жителей Мекки и Таифа, от которых тоже можно было ожидать враждебных действий. Отправлять отряд Усамы с лучшими воинами в дальний поход в этой обстановке было чрезвычайно рискованно.

Постепенно ситуация стала проясняться. Все старые союзники Мухаммада, обитавшие между Красным морем и хребтом Хиджаза, — музайна, джухайна, амир и хуза'а — сохранили верность исламу, прислали делегации для присяги халифу и пригнали скот, собранный в качестве садаки.

Мекканцы, как и можно было ожидать сразу же отказались платить садаку. Перепуганный наместник куда-то скрылся. Однако доводы рассудка вскоре победили это первое движение души: новая вера не только сохраняла почитание мекканских святынь, но и превращала их в религиозный центр всей Аравии, создавала еще более благоприятные условия для мекканской торговли. Один из влиятельнейших курайшитов, Сухайл б. Амр (получивший после Хунайна в подарок от Мухаммада 100 верблюдов), призвал курайшитов уплатить садаку, гарантируя всем своим состоянием возмещение, если власть ислама падет [+9]. Известие об этом могло достичь Медины уже 17–18 июня и укрепить решимость Абу Бакра отправить Усаму, несмотря на предостережения многих соратников. Произошло это, видимо, в самом конце раби' I 11/конце июня 632 г. [+10].

Вскоре после этого прибыло сообщение из Йемена, что арабо-персидская оппозиция организовала заговор против ал-Асвада, главными действующими лицами которого были Кайс б. ал-Макшух, один из глав племени мурад (присоединившийся к ал-Асваду, чтобы избавиться от вождя мурад Фарвы б. Мусайка, присягнувшего Мухаммаду), и глава персов-абна Файруз. Файрузу удалось заручиться содействием жены ал-Асвада (вдовы убитого им сына персидского наместника Йемена), вместе с Кайсом он пробрался в его спальню. Ал-Асвад лежал, по одним сведениям, в забытьи после транса, завернувшись с головой в покрывало, а по другим — мертвецки пьяный. Заговорщики отрубили ему голову, показали со стен дворца и возгласили мусульманский символ веры в знак возвращения к исламу. Сопротивление мазхиджитских воинов было легко подавлено, и в Сан'а вернулся мусульманский наместник [+11].

Известие об этом перевороте было первым радостным событием многотрудного начала правления Абу Бакра. Тем временем на востоке от Медины положение все более обострялось. В самом конце жизни Мухаммада или сразу после известия о его смерти [+12] Талха б. Халид объявил себя пророком, которому является архангел Джабраил, передающий откровения божества. За ним последовали его родное племя асад и тайй. Их объединенное войско стало собираться около Самира. Чувствуя за своей спиной мощную силу, враждебную исламу, вождь бану фазара Уйайна б. Хисн с братом Хариджей явился в Медину и заявил, что согласен следовать исламу, если не надо будет платить садаку. Окружение Абу Бакра готово было принять это условие, но Абу Бакр решительно заявил, что нет ислама без садаки. Получив такой ответ, Уйайна присоединился к Тулайхе [+13].

В то же время в районе ар-Рабазы стали собираться племена са'лаба б. са'д, мурра, абс и некоторые из кинанитов. Они также предложили Абу Бакру вариант ислама без уплаты садаки и получили тот же ответ, что без садаки нет ислама. Вернувшись из Медины, их послы сообщили, что в городе мало воинов и это еще больше вдохновило противников ислама, которые перебили своих соплеменников-мусульман и одной из групп подошли к Зу-л-Касса, угрожая непосредственно Медине [+14].

Абу Бакр решительно вышел им навстречу с сотней мухаджиров и ансаров и встал около Зу-л-Касса. После короткой стычки, начавшейся для мусульман неудачно, авангард Хариджи б. Хисна был опрокинут. Через несколько дней в ответ на призыв Абу Бакра подошли 400 воинов бану джухайна. Этими силами удалось нанести противнику серьезный удар и занять Зу-л-Касса [+15]. Все эти события укладываются в сорокадневный промежуток между выступлением Усамы и возвращением его в Медину.