— Хорошее, — коротко ответил Мик и отошел.
Фил оперся локтями о стол и попробовал виски на вкус. Оно действительно было хорошее и крепкое. С этим все было в порядке. Фил глядел прямо перед собой, пускал вверх клубы дыма и ждал. Он был бы рад, если бы пришел Карбоди, но на это не рассчитывал. Так просто подобные дела не делались.
Девушка у бара повернулась на табурете и скользнула вниз.
Серебристая блондинка со статной фигурой, черное сатиновое платье обтягивало ее широкие бедра и пышный бюст — создавалось впечатление, что оно надето на голое тело. Когда она встала, ее высокие каблуки звонко стукнули о пол. У нее были красные, слегка припухшие губы, лицо красивое, только слишком полное.
Блондинка глубоко вздохнула, взяла стакан и с удивительной гибкостью пошла к нише Фила, чтобы сесть напротив него. Она осторожно держала стакан в своих изящных длинных пальцах с ногтями, покрытыми серебристым лаком.
Фил подчеркнуто не обратил на нее внимания. Он сильно затянулся и затем раздавил сигарету в пепельнице. Взгляд его оставался неподвижным.
Девушка обхватила рукой стакан, наблюдая, как кубики льда двигаются в жидкости.
— Ты тот самый парень, который спрашивал Джо? — тихо проговорила она, наклоняясь над стаканом.
Фил прикончил свое виски и запил его глотком ледяной воды. Ведь имя Гарри Прото на любого могло нагнать страх.
Фил отставил стакан и спросил:
— Кто ты?
— Зови меня Вирджинией.
— Вирджиния — и как еще?
— Керле. Так меня зовут. Вирджиния Керле.
Фил снова оглядел помещение, взял из пачки очередную сигарету, чуть помедлил и предложил ей.
Она отказалась, глядя на него своими голубыми глазами.
— Что ты хочешь? — спросил он и стал искать зажигалку.
— Я хочу поговорить с тобой о Джо.
— А я хочу его видеть. Мне не нужны разговоры о нем.
— Да, я знаю. Но ты не можешь его увидеть.
— Гарри Прото еще не слышал слов «не можешь».
Вирджиния сглотнула. Ее верхняя губа задрожала, девушка явно нервничала.
— Но я все же должна тебе это сказать. Джо нет в городе.
— Где он?
Девушка опустила глаза.
— Этого я не знаю.
— Не говори мне только, что ты не знаешь, моя милая, — сказал Фил.
— Честно…
Она сделала паузу.
— Ты не хочешь сказать мне свое имя?