Аринкино утро: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Так уж надо, — тяжело вздохнув, сказала Аринка. Подумав, с ещё большей грустью добавила: — Тятя говорит, что живу «без царя в голове». Так вот доктор его искать будет там...

— Кого? — не совсем понял Данилка.

— Говорю — царя! Кого, кого! — сердилась Аринка.

— Где?

— Говорю ж — в голове, вот где! Ну что ты за непонятливый такой! Дурак и есть совсем дурак! Понимаешь, у нас на затылке есть шкончик такой. Доктор отвинтит этот шкончик и посмотрит туда в голову, поищет, понимаешь, там царя. Если его там нет... — Аринка задумалась: «По всей вероятности, его нет». Данилка в напряжении смотрел на неё и ждал. — А если не-ет... то посадит туда, вотысё! — обрадованно закончила свой рассказ Аринка и покосилась на Данилку.

Тот сидел в неподвижной напряжённости, большие глаза смотрели в одну точку. Данилка усиленно о чём-то думал.

— Не надо ездить, — наконец твёрдо проговорил он.

— Ну там, мне и не страшно-то вовсе. Я же говорю, что доктор только поглядит, вотысё. А потом он посмотрит, как у меня — кривые или прямые мозги. Если кривые, то будет выпрямлять.

Данилка не успел прийти в себя от первого страха, как навалился второй, — да что это за день сегодня? Он совсем не так представлял свою встречу с Аринкой. Тут она такое наговорила, что в пору самому умереть. Он обречённо вздохнул и поник головой. Вид у него был самый разнесчастный, и Аринка наконец, сжалилась над ним.

— А ты чего это, Данилка, и вправду мне поверил? Вот дурачок. Да никаких царей в голове и нет вовсе! Это просто так говорят. И кривых мозгов тоже не бывает. Это тятя меня просто пугал, а я и не испугалась. И всё равно я к доктору никакому никогда и не поеду, вотысё! Это я просто так тебя пугала, пойдём на скворешню в камушки играть.

Часть вторая

ЗИМНИЕ ВЕЧЕРА. ПЕРВЫЕ КОМСОМОЛЬЦЫ

Наступила зима и всех примирила. Хочешь не хочешь, а дружить надо. В одну школу ходишь, в одном классе учишься, за одной партой сидишь, да и учебники бывают на двоих. А в снежки играть, с горки кататься разве будет одному так весело? Общительная Аринка довольна, что наконец собрались все вместе, забыты все летние ссоры, всё хорошо.

Хитровенная Аниська вдруг присмирела, стала такой покладистой, услужливой, просто не узнать. Куда девалась её задиристость, гонор, которым она щеголяла всё лето. Теперь она ходит с Аринкой, глаз с неё не сводит и всё время твердит:

— Будем с тобой водиться, да? И за парту с тобой сядем, да?

Ещё бы, она знает, что с Аринкой в школе не пропадёшь, та и подскажет, и задачку даст списать, а то и все уроки за неё сделает. Когда Мария Александровна даёт самостоятельную работу, это бывает обычно решение задач, Аринка в работу с головой уходит: ничего не видит, ничего не слышит, как одержимая, воюет с задачей. А она порой бывает такая замысловатая, что не знаешь, с какого края к ней подобраться. Как будто всё ясно, вот сейчас её можно за хвост схватить, да не тут-то было, она, как налим, вдруг и выскользнет из рук. И опять читай, вникай, смекай, улавливай, что к чему.

Но зато какую радость приносит победа! Аринка чувствует себя рыбаком, выудившим наконец этого прыткого налима. И легко и весело на душе, хочется ещё решать, да потруднее, похитрее.

Зато Ниса — полная противоположность, её удивляет Аринкин азарт, чего она там шепчет, трёт переносицу, ёрзает, без конца переписывает. Впрочем, пусть пишет, она терпеливо дождётся, когда Аринка напишет всё начисто. И Ниса аккуратненько всё перепишет в свою тетрадь.

По простоте душевной Аринка заглянет к ней в тетрадь, удивившись, спросит:

— Ты уже решила? А где же черновик? Ты что, сразу начисто решаешь?

— А что тут решать-то, — невозмутимо ответит Ниса, — решать-то нечего.

— Вот здорово! А какой ответ? Верно, и у меня такой. Значит, правильно я решила!

— Значит, правильно, — ответит Ниса.

Однажды Мария Александровна заметила Нисины уловки, строго сказала:

— Баранова, что ты всё время пасёшься в тетрадке у Бойцовой, решай самостоятельно. Впрочем, иди-ка сюда, вот за эту парту.

Тогда-то и выяснилось, что Ниса совсем не умеет решать задачки. Аринка была удивлена: «Выходит, я совсем простофиля?»

В вечерние сумерки, досыта накатавшись с горки, вволю навалявшись в снегу, Аринка с ватагой несётся в избу-читальню отогреваться. Лихо вламываются в дверь. Обступив со всех сторон пышущую жаром голландку, стоят тихохонько, носами похлюпывают. Шуметь в избе-читальне нельзя, избач строгий, живо всех вытряхнет за дверь. Поэтому притихшая ребятня только глазами шныряет по углам и стенам. В избе-читальне скучно, грязно, обшарпанные стены увешаны старыми-престарыми плакатами и картинками, уже до чёртиков надоевшими, лампа-«молния» у потолка светит тускло сквозь закопчённое стекло. Воздух спёртый, тяжёлый. Сизое облако табачного дыма висит намертво, неподвижно, как подвешенное. За большим корявым столом чинно сидят мужики в полушубках, в шапках, у каждого в руках дымится самокрутка. Перед ними лежат журналы, газеты. Их заскорузлые крючковатые пальцы, как слепые котята, ползают по буквам, с великим трудом складывают их в слова. Лица серьёзные, сосредоточенные, губы по нескольку ран шепчут одно и то же слово. Избач смотрит на них, как на великомучеников, и, пожалев, наконец сам начинает читать им газету вслух.

Отогревшись, ватага убегает из избы-читальни. Ребята несутся вдоль деревни.

А небо всё забрызгано звёздами, они трепыхаются, точно подплясывают, и луна смеётся, глядя на них. Мороз колючим ёжиком забирается под шубейку и гонит Аринку домой. А что ещё делать?