– Как пожелаешь. Пока что.
– Сборщик утверждал: ты стоишь за заговором против Гильдии. Это так?
– Ну какая теперь разница? – Ксизор бросил на охотника за головами почти жалостливый взгляд. – Если бы я получал что-то от развала Гильдии, а я признаю, что это так, то и ты не остался внакладе. Ну признайся же! Сколько раз Гильдия охотников за головами перебегала тебе дорогу? Не сосчитать? Больше Гильдии нет, и со своими конкурентами ты теперь встречаешься один на один, их никто не поддерживает. Никакой организации, которая охотилась на добычу, за которую ты хотел бы получить награду. Таким образом, твоя работа стала легче и выгоднее.
Ксизор с жестокой улыбкой старался пронизать взглядом темный визор мандалорского шлема.
– Так на что же ты жалуешься?
– На то, что меня держат за дурака. Не более. Бластер в руке Бобы Фетта едва заметно качнулся в сторону Куд'ара Муб'ата,
– Если ты хотел, чтобы я что-то сделал, так бы и сказал. А не устраивал недомолвки и возню за спиной.
– Наверное, ты прав, – согласился принц Ксизор. – Наверное, я недооценивал тебя, охотник за головами. Между нами гораздо больше общего, чем я заподозрил вначале. Я запомню на будущее.
– А оно у тебя есть? Бластер смотрел на фаллиена.
– Этого я еще не решил, – задумчиво констатировал Боба Фетт. – Ты меня обманывал, значит, есть причина. Твои пушки стреляли по <Рабу-1> – та же причина. Я только вышел из гиперпрыжка. Ты не хотел оставлять меня в живых.
Дуло бластера поднялось выше.
– Почему?
– Истина понадобилась? – Ксизор равнодушно пожал плечами. – Пожалуйста. Ты – опасен, охотник за головами. У тебя выработалась привычка оказываться наверху вне зависимости от ситуации, в которую ты попадаешь вольно или невольно. Для обывателей такое положение дел не имеет значения. Для Черного солнца – наоборот. Мы ведем собственную войну с Империей, знает или нет старый дурень Палпатин, кто на его стороне, а кто нет.
Голос фаллиена зазвенел металлом.
– Альянс достаточно осложняет нам жизнь, хотя и от мятежников имеется польза. Они отвлекают внимание Императора, чем оказывают неоценимую услугу Черному солнцу, – Ксизор медленно покачал головой. – Но в этой игре может быть лишь один победитель, и неважно, сколько игроков сидит за столом
– Решил, что одним меньше – тебе лучше? Или Черному солнцу?
– Очень точно подмечено, – откликнулся Темный принц. – Ты меня восхищаешь, охотник за головами, безупречностью формулировок и аналитическими способностями. Можешь не верить ни единому моему слову, но в этом я тебя не обманываю. И если бы я по-прежнему хотел видеть твой труп, поскольку все мои задания ты успешно выполнил, то ни один из твоих несомненных талантов к выживанию тебе не помог бы. Направив корабль в паутину, ты совершил умный ход, но ведь ничего другого тебе и не оставалось, не так ли? Сколько времени бы ты купил, если бы я не изменил свое мнение о желаемости твоей смерти?
УГОЛКИ жесткого безгубого рта изогнулись в полуулыбке.
– Меня не остановили бы жизни некоего сборщика-злоумышленника и своры его нахлебников. Я отдал бы приказ, и гнездо превратилось бы в обугленные дрейфующие в космосе обрывки нитей.
– К-как… – пискнул Куд'ар Муб'ат.
Даже в своем нынешнем состоянии перепуганный арахноид сумел приподняться со сдувшейся плоской подушки.
– Т-ты же не… серьезно… – сборщик чуть-чуть успокоился, даже пошевелил жвалами, изображая улыбку. – Ну конечно же… ты шутишь, мой дорогой Ксизор, всего лишь шутишь… Если бы ты желал мне смерти, то не остановился бы… и разрушил мое скромное… обиталище…
Маленькая треугольная голова, словно маятник, раскачивалась гипнотически из стороны в сторону.
– Но ты так не поступил…
– И вовсе не из жалости к тебе, – повернув голову, Темный принц окинул арахноида беспощадным ледяным взглядом. – Пользы от тебя – с пшик. А ныне и вовсе она равняется нулю.
Сборщик пронзительно зашипел, в бешенстве замахал передними конечностями.
– Вот, значит, как… вот, значит, как, Ксизор? Приступ гнева оживил арахноида; крупные глаза разгорелись.
– После всего… добра, что я сделал? – Куд'ар Муб'ат тряхнул головой. – Тебе и твоему ненаглядному <Черному солнцу>…
Коготок на трясущейся лапе был направлен на фал-лиена.
– Ты жив… до сих пор, лишь потому… что твои делишки я держал в тайне…