Распутин. Почему? Воспоминания дочери: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мы с тобой изменились, Григорий Ефимович.

— Все меняется, Аннушка.

— Я вспомнила, как увидела тебя, когда ты вошел в комнату больного царевича. Рядом с Николаем ты казался великаном.

Она снова вздохнула и передала нам подарки:

— Ее величество считает, что положение не так серьезно, чтобы надо было ехать в Царское.

— Пожалуй, только не пускайте к нему врачей.

В глазах отца была бесконечная грусть. Он уже тогда знал, какой трагически короткой окажется жизнь мальчика.

Подошло время ужина. Отец пил, но не пьянел. Даже вдруг пришел в веселое расположение духа. Катя подала ужин — рыба, черный хлеб, мед — все его любимые блюда. (Только сейчас я поняла — тот ужин был «ужином приговоренного». Перед казнью приговоренному принято давать любимую еду. Отец точно знал — это последний ужин.)

Отец ушел в спальню переодеться. Позвал меня. (Я отметила, что он выбрал самую лучшую свою рубашку — шелковую, с голубыми васильками, — ее вышивала Александра Федоровна.)

Отец стоял у раскрытого бюро. Я увидела пачку ассигнаций.

— Это твое приданое — три тысячи рублей, — сказал отец.

Около семи часов раздался звонок в дверь. Пришел Александр Дмитриевич Протопопов — министр внутренних дел, часто навещавший нас.

Вид у него был подавленный. Он попросил нас с Варей выйти, чтобы поговорить с отцом наедине. Мы вышли, но через дверь слышали все.

— Григорий Ефимович, тебя хотят убить.

— Знаю.

— Я советовал бы тебе несколько дней не выходить из дома. Здесь ты в безопасности.

— Не могу.

— Отмени все встречи.

— Поздно.

— Ну так скажи мне, по крайней мере, куда ты со брался.

— Нет. Это не моя тайна.

— Ты не понимаешь, насколько серьезно твое положение. Весьма влиятельные особы замыслили посадить на трон царевича и назначить регентом великого князя Николая Николаевича. А тебя либо сошлют в Сибирь, либо казнят. Я знаю заговорщиков, но сейчас не могу назвать. Все, что я могу — удвоить охрану в Царском Селе. Может, ты сегодня все же останешься дома? Подумай. Твоя жизнь нужна их величествам.

— Ладно.

Когда Протопопов ушел, отец сказал, ни к кому не обращаясь:

— Я умру, когда Богу будет угодно.

Потом около часа мы сидели в столовой. По просьбе отца я читала Евангелие от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог…» И отец толковал: «И Слово было плотию и обитало с нами».

Часы в прихожей пробили десять. Отец поцеловал Варю, потом меня, пожелал доброй ночи, потом отослал нас спать. Они с Катей поговорили еще, вспомнили о прежней жизни в Покровском, о купаниях и рыбалке на Туре, о хозяйстве.

Я не могла уснуть. Меня заполнял страх. Когда часы пробили одиннадцать, Катя тоже легла спать. Вскоре дом погрузился в тишину, нарушаемую тиканьем часов, отсчитывающих последний час жизни моего отца в доме номер 64 по Гороховой улице.

В назначенный час отец вышел из дома. Его ждал присланный Юсуповым автомобиль.

Круг замкнулся