Мониторы компьютеров отражали деятельность различных участков мирового рынка, и под мелькание этих картинок к Швейцеру пришло решение. Он не позволит запереть себя в этой стране. Он встретится с обвинителями. Швейцер позвонил своему адвокату Курту Зигеру, чтобы узнать имена и номера телефонов американских органов правопорядка, занятых этим делом Уайтекера. Спустя несколько минут его соединили с международным отделом Министерства юстиции США.
– Алло, мое имя Бит Швейцер, – произнес он по-английски с акцентом. – Я звоню насчет расследования, касающегося Марка Уайтекера и АДМ.{381}
Встреча со Швейцером, которую предложил он сам, могла стать настоящим прорывом в деле о мошенничестве. До сих пор допрос швейцарского бизнесмена был сопряжен с трудностями. А между тем он провел через банки более шести миллионов долларов, принадлежавших Уайтекеру, и наверняка знал куда больше секретов, чем Халс, Рихтер и прочие свидетели. Если заявление Уайтекера о налаженной в АДМ системе присвоения денег правда, то есть вероятность, что Швейцер работал со вкладами и других менеджеров компании.
И при всем этом неуклюжесть министерства едва не стоила агентам ФБР этой встречи. Швейцер был готов приехать в США, только если получит гарантию, что по прибытии его не арестуют. Отдел по борьбе с мошенничеством ответил, что не гарантирует ничего, и уступил лишь под давлением Бассета и Д'Анжело. При этом прокуроры заявили Швейцеру, что ему потребуется адвокат, а это агентов ФБР вовсе не устраивало. Наконец Бассет вмешался в переговоры со швейцарским бизнесменом, и тот согласился беседовать без адвоката.
Встреча состоялась 13 мая в комнате для переговоров вашингтонского офиса отдела по борьбе с мошенничеством. Швейцер прибыл один. Одетый в джинсы и пиджак спортивного покроя, он устроился в дальнем конце большого стола, с опаской поглядывая на агентов и прокуроров.
Допрос вел Бассет. Швейцер сказал, что прежде работал в филиале «Швейцарского банка» на Каймановых островах, но с 1994 года завел собственное дело.{382}
– Среди ваших клиентов много служащих АДМ?
– Нет, только Марк Уайтекер и Сид Халс.
– Как вы с ними познакомились?
– Халс долго был клиентом нашего банка, а примерно в девяносто первом году он познакомил меня с Уайтекером.
– Что вам было известно об активах Уайтекера?
Швейцер пожал плечами.
– Он сказал, что у него есть счета в банках Европы, Дальнего Востока, Австралии и Каймановых островов.
Австралии? Это было что-то новенькое. Бассет достал несколько банковских документов и показал их Швейцеру. Судя по этим документам, сказал Швейцер, у Уайтекера имелись деньги в банках Монако и Германии.
– Как я понял, Уайтекер диверсифицировал свои активы, разбросав их по всему свету. Но мне известно только то, где эти банки находятся, и все. И я не проверял, существуют ли эти счета на самом деле.
– А что говорил сам Уайтекер об этих счетах?
Швейцер на секунду задумался.
– Кажется, он говорил, что его отец работал в Австралии и что его семья была очень богата.
Бассет поощряюще кивал при каждом слове финконсультанта.
– Как он стал вашим клиентом?
– Примерно в январе девяносто четвертого, собираясь уволиться из банка, я консультировал Уайтекера по его финансовым делам и тогда же посоветовал ему открыть счет в цюрихском отделении «Швейцарского банка».
– Зачем?
– Я надеялся, что он переведет в «Швейцарский банк» все свои средства.
Постепенно Бассет перевел разговор на операцию с двумя с половиной миллионами долларов, проведенную с участием «Эй-би-пи интернэшнл», – первую сделку Уайтекера, в которой участвовал Швейцер, и первую, до которой докопалась АДМ.
По словам Швейцера, поначалу он не увидел в этой транзакции ничего особенного. Уайтекер сказал, что он вместе с несколькими партнерами контролирует компанию «Эй-би-пи трейдинг», которая занимается вопросами передачи технологий.
– На первый взгляд с этой компанией все было в порядке, – сказал швейцарец. – Он уверял, что руководителям АДМ об этом известно и что он посвящает восемьдесят процентов рабочего времени делам АДМ и двадцать процентов – «Эй-би-пи».
– А в чем именно заключалось ваше участие в сделке с «Эй-би-пи»?
– В девяносто четвертом году Уайтекер попросил меня зарегистрировать в Швейцарии компанию, которая была бы связана с «Эй-би-пи». Я объяснял ему, что лучше выбрать другую страну, где это можно сделать проще и с меньшими затратами. Для регистрации компании в Швейцарии требуется внести депозит в сто тысяч долларов. Но Уайтекер настаивал на Швейцарии.
Бассет записал эти сведения.
– Кроме того, по швейцарским законам зарегистрированная компания должна нанимать аудиторов, – продолжал Швейцер. – Уайтекер велел мне обратиться к фирме «Эрнст и Янг», чьими услугами пользовалась АДМ. – Швейцер покачал головой. – Не пойму этого Уайтекера. Зачем рисковать, нанимая ту же фирму, что и АДМ? Бессмыслица.