Халс ответил, что не знает. В сделке участвовал некий Джером Шнайдер, который должен был перевести акции в какую-то нью-йоркскую брокерскую фирму. Чем это все кончилось, Халсу неизвестно.{336}
– Вы были знакомы с этим Шнайдером?
– Нет, Уайтекер откопал его рекламное объявление в журнале какой-то авиакомпании – ну, знаете, журнал как у «Дельты». В объявлении говорилось, что Шнайдер консультирует открытие офшорных банковских счетов.
– Хорошо. Что случилось с остальными деньгами?
– В конце девяносто третьего года я перевел сто сорок одну тысячу со своего счета на Каймановых островах на счет Марка.
Д'Анжело недоуменно посмотрел на него.
– Вы отдали деньги Марку?
– Ну да, перевел на его счет, – кивнул Халс. – Он получал бо́льшую прибыль, чем я, потому что у него был управляемый счет – ну, знаете, когда кто-то другой распоряжается им и делает инвестиции. Я не мог открыть такой счет, потому что для этого нужно больше денег, чем было у меня. Марк предложил мне положить деньги на его счет, чтобы я мог получить побольше, и пообещал перевести их обратно, когда я захочу.
– И много вы на этом выиграли?
Халс состроил гримасу.
– Да не слишком. В девяносто четвертом году Марк сказал, что наросло всего пять или шесть процентов.
Д'Анжело записал и это. Он заподозрил, что Уайтекер снимал сливки со счета своего друга, и спросил Халса, кто управлял его счетом.
– На Каймановых островах? Один парень по имени Бит Швейцер.
Бит Швейцер? Слушатели были озадачены. Уайтекер говорил, что познакомился со Швейцером, работая в Германии. Что этот Швейцер делал на Кайманах?
– Швейцер потом уехал с Каймановых островов и завел собственное дело в Швейцарии, – пояснил Халс.
– И вы больше не общались с ним?
– Нет. Он вызывался вести мои дела, когда занялся частной практикой, но я не стал с ним связываться.
Д'Анжело показал Халсу документы, представленные «Уильямс и Конноли». Тот обнаружил среди них фальшивые инвойсы и собственные письма.
Просмотрев документы, Халс заявил, что рассказал обо всех операциях, которые проводил вместе с Уайтекером.
– Вы знаете других сотрудников АДМ, занимавшихся подобными операциями?
Халс встревоженно посмотрел на своего адвоката и кивнул.
– Рейнхарт Рихтер, – тихо произнес он.
– Откуда вам это известно?
Тут вмешался Зеннер и рассказал о сообщении, которое Рихтер оставил на голосовой почте.
– У вас сохранилась копия сообщения? – спросил Д'Анжело.
Зеннер потянулся к телефону.
– Давайте проверим его голосовую почту. Он все сохранил.
Раз сообщение Рихтера сохранилось, нужно его записать. Один из прокуроров вышел и вскоре вернулся с магнитофоном.
Халс уставился в стол, удрученно качая головой.
– Мне это не по душе, – сказал он Зеннеру. – Рейнхарт все-таки мой друг.