Разживин стоял посреди кухни. На руках он держал маленькую девочку, прижимая ствол пистолета к голове ребенка.
— Брось пушку, Семен, иначе я выпущу ей мозги на ветер.
— Ты этого не сделаешь, Борис.
— И глазом не моргну.
— Тогда тебе крышка.
— Это ты так думаешь. Брось оружие!
В кухню влетела хозяйка. Она даже не вскрикнула, потеряв дар речи. Ее глаза наливались слезами. Она стояла у порога, и только узкие плечи слегка подергивались.
Куприянов понял, что эту дуэль он проиграл. Медленно, не торопясь, он положил пистолет на пол и оттолкнул его ногой к окну.
— Соображаешь, — ухмыльнулся майор. — А теперь, Лидок, подойди ко мне и не загораживай цель. По стеночке. Возьми у меня в заднем кармане наручники и окольцуй незваного гостя. А лучше приковать его к газовой трубе.
Женщина тронулась и, прижимаясь к кухонным столам спиной, медленно пошла к мужу. Никто и ничего не успел заметить. Все произошло в долю секунды. Проходя мимо газовой плиты, Лида схватилась за ручку тяжелой сковороды и со всего маху врезала мужу чугунным блином по затылку. Она вложила в удар всю свою силу и ненависть. Разживин ничего не успел понять, он выронил ребенка и пистолет, а сам рухнул на пол, как срубленное дерево. Из носа хлынула кровь.
Куприянов был в оцепенении не больше десяти секунд, затем оседлал тело, достал из кармана майора наручники и, заломив ему руки за спину, зацепил их на запястьях.
— Найдите полотенце, намочите его и принесите сюда, — приказал капитан.
Через минуту ноги Разживина были сильно стянуты крепкой махровой тканью. Хозяйка успокаивала плачущую девочку. Куприянов подошел к телефону и снял трубку.
В кабинете Трифонова раздался телефонный звонок.
— Александр Иваныч, Куприянов на проводе.
— Ты куда умотал?
— Охотился за охотником. Кажется, он попался. Я в Сосновом Бору. Майор Разживин связан. Нужна санкция на арест и обыск в рабочем кабинете. В доме я и так все осмотрю. Думаю, возражений здесь не будет. Пришлите сюда машину и пару крепких ребят. Звонить в райотдел Соснового Бора не имеет смысла. Майор у них в большом авторитете. Мы поменяемся с ним местами, если оповестить о случившемся местное УГРО.
— Хорошо, я свяжусь с прокурором и начальником райотдела Соснового Бора. Когда ребята заберут майора, уезжай в райотдел и осмотри кабинет. Я их предупрежу о твоем визите. Но смотри, капитан, если ты промахнулся со своими выводами, то я тебя защищать не стану.
— Никаких промашек.
Трифонов повесил трубку. Жена арестованного смотрела на Куприянова как на спасителя.
— Вы его взяли за убийство моего брата?
Капитан не сразу понял, о чем она говорит.
— Вы теперь на его месте работаете, я помню вашу фамилию. Убийство майора Теплокова полгода назад на шоссе. Помните?
— Ну конечно. У него была родная сестра. Помню. Да. Вы замужем за Борисом. В день гибели Теплоков звонил Разживину и сказал, что не сможет приехать, мол, занят.
— После звонка Борис собрался и уехал, но до этого ему звонила какая-то женщина. Я слышала их разговор из комнаты по параллельному телефону. Она сказала, что ведьма дозвонилась до Теплокова и он обещал приехать сегодня в усадьбу. Этого допустить нельзя. А потом она положила трубку.
— Но ваш брат дружил с вашим мужем.
— Раньше они дружили. Но когда брат что-то узнал о делах Бориса, он сказал ему: "Тебя спасет только чистосердечное признание". В день своей гибели он обещал приехать за ответом. Борис боялся его. Брат был очень принципиальным человеком.
— Почему вы раньше молчали?
— Мне было страшно. Борис очень жестокий человек. Он мог что-нибудь сделать с детьми. А бежать мне некуда. И потом, кто против него пойдет? Он здесь хозяин. Лучший оперативник района. А я кто? Не поверили бы ни одному моему слову. Вы же сами не стали звонить местным!
— И это правда. Думаю, теперь ему не выкрутиться. А вы смелая женщина. Не ожидал.