— У меня здесь перечень сумм, выданных ЕДМ через семинарию за два года. Вот эти тридцать тысяч — они предназначались для создания пансионата детей обедневших дворян и беженцев с Востока. Мы наводили справки, виконт. Такого пансионата не существует.
— Да, да, припоминаю… Баронесса чрезвычайно много занималась этим делом.
— Ну и?..
— Зряшные старания, дорогой доктор. Абсолютно зряшные. Средств не хватило. Неужели вы думаете, что на подобную сумму в наше время можно построить детский пансионат?
— Нет, дорогой виконт, не думаю. Но у нас есть письмо от 25 января 1967 года, в котором ваше правление сообщает, что на строительство выделено сто тысяч. Только потому мы и решили внести вот эту, недостающую, так было оговорено, сумму.
— Возможно, — безразлично ответил тенор. — Но, очевидно, изменились каким-то образом обстоятельства. Такое случается.
— А как насчет шестидесяти тысяч, которые были выданы через полгода на издание журнала?
— Вы имеете в виду «Вечный курьер монархии»? — тенор высокомерно задребезжал. — Это, правда, не входило в круг моих обязанностей, но, насколько мне известно, журнал ведь вышел в свет.
— Вышел один раз. Жалкая фитюлька на четырех страницах. Вы уверены, что она стоила шестидесяти тысяч?
— Я в таких делах не сведущ, но, в общем, считаю вполне возможным. Надо же было купить бумагу, а это совсем не дешево. Наконец, нужен был хотя бы один редактор. Все это стоит денег, не правда ли?
— Я уже слышал это «редактор». В единственном номере редактором значился небезызвестный вам Ганс фон Гиммельройт. Видимо, этот господин мог работать лишь при фантастическом жалованьи. Ну хотя бы это должно было остаться в книгах!
— Безусловно, если б я только знал, где они?
— Отговорки, пустые отговорки, — вскипел Крафт. — В конце концов, я не с неба свалился и могу представить, почему исчезли документы!
— Они вовсе не исчезли, — сказал виконт, — только я не могу их найти.
— Какая же, черт возьми, разница!
— В логике вы, боюсь, не сильны, — спокойно издевался виконт.
— Чтобы понять, почему «Курьер» вышел только раз, у меня логики хватит. Деньги кончились, не так ли?
— Понятия не имею, мой дорогой… или, нет, подождите-ка, ну, конечно, припоминаю, что-то было там с рекламой. А что такое журнал без рекламы? Но ведь она стоит сумасшедших денег.
— Да ну! — с иронией произнес доктор.
— Не забывайте про накладные расходы…
— Не забуду. Думаю, что основная часть денег ушла на разнообразные расходы.
— Для бургомистра вы весьма сообразительны, господин Крафт, — со смешком заметил виконт.
— Так, а не будете ли вы добры объяснить, куда делись вот эти семьдесят пять тысяч марок? Что предназначались для поддержания духа дворян, находящихся на территориях, подвластных коммунистам.
— Блестяще сформулировано, — веселился виконт. — Насколько я понимаю, эти деньги должны были не столько укрепить дух субъектов, по разным причинам застрявших на той стороне, сколько укрепить там очаги с западной ориентацией.
— Это к делу не относится.
— Относится, уважаемый доктор. Ваши побудительные мотивы далеко не так возвышенны, как вы хотите представить их.
— До сих пор предполагалось, что у нас и у Европейского движения за монархию те же цели и те же идеалы.
— О, конечно, конечно! — с воодушевлением откликнулся виконт.
— До недавнего времени я тоже так думал, невзирая на возникавшие сомнения.
— Ну, а теперь?