Похоже, способа сгладить это происшествие не найдётся, даже при помощи её обычной гибкости. Ами уставилась вниз, на края своей теперь насквозь мокрой школьной формы и кофты; она просто застыла на месте, ничего не говоря и не проявляя никаких эмоций.
— «Ка-Кавасима…»
Но, наконец, он разглядел, что уголки губ Ами начинаю немного дрожать. Кажется, она вся тряслась, изо всех сил пытаясь смягчить ужасную резкость во взгляде, когда глянула вверх.
— «Хо…»
Она была экспертом по контролю своих эмоций. Медленно, но верно Ами прилагала отчаянные усилия, чтобы вернуть свою ангельскую улыбку. И вот, пока она была занята тем, чтобы взять себя в руки…
— «Хих-~»
Её лицо опять застыло. С неё продолжала капать вода, а на ступнях её ног, выше шнурков извивались, трепыхались и подскакивали какие-то странные мокрые темноватые штучки… Она смотрела на них целых три секунды.
«И-и~…»
Затем завопила.
— «Я-а-а-а, гья-а-а-а, уберите их, уберите!»
Испустив бессмысленный вопль, Ами тут же свалилась, где стояла. На концах её ног, молотящих во всех направлениях, были…
«Н-не двигайся! Я сказал, не двигайся! Не лягай меня в лицо, я уберу головастиков! Прекрати метаться!»
Два, нет, три головастика спокойно прилипли к её ноге. Пока Ами истерически кричала и едва ли сознавала окружающее, он каким-то образом снял её туфли.
— «Спасены!»
После этого Рюдзи смог вернуть маленьких головастиков обратно в реку.
«…~…~…~».
Но.
Лицо Ами, лежащей на земле, было неподвижным, а дыхание — слабым. Она не двигалась. Её волосы были ужасно растрёпаны, ноги небрежно раскинуты, спортивный костюм был мокрым по голень, а её носки, что и говорить, тоже промокли от грязной воды. Это был такой неподобающий вид для той, кого звали «Кавасима Ами-тян».
Рюдзи нерешительно приблизился к ней.
— «Т-твои туфли… Я их просто оставлю здесь. Ладно. Они немного мокрые, но по крайней мере головастиков больше нет».
Он осторожно поставил спортивные туфли рядом с ногами Ами. Она переместила взгляд своих больших глаз и посмотрела вниз, на туфли. После чего…
— «А, А, А…»
Ами-тян, — услышал он её глухое бормотание.
Он расслышал это, а в следующую секунду:
— «Я больше не хочу это дела---~ть!»
Гневно выкрикнув это, она взяла туфли своими белыми руками и швырнула их о насыпь дамбы.
— «…Ва… Ува…»
Больше Рюдзи ничего не мог сказать и непроизвольно закрыл рот руками. Её маскировка наконец была уничтожена…
Плечи Ами вскидывались и опадали, когда она тяжело дышала, как животное. С восклицаниями вроде «Боже, я больше этого не вынесу», «Довольно» и «Ами-тян возвращается, совершенно точно возвращается», Ами продолжала изливать свою злость…
— «Ах?!»