5. Рождение Слова
Хотя весь ее череп был во рту зетека, Кэнди все еще слышала звуки, доносившиеся из внешнего мира. Точнее, одну-единственную глупую, развеселую песенку, которую пел скрипучий голос Малыша Коммексо.
— Счастье! Счастье! Счастье! — визжал он.
В эту тяжелую минуту Кэнди обратилась с краткой молитвой к любому Богу или Богине Абарата и Иноземья. Молитва была очень простой: «Пожалуйста, пусть то, что я услышу перед смертью, будет не этот нелепый Малыш…»
И ее молитва была услышана.
Прямо над ней раздался глухой удар, и Кэнди ощутила, как напряженные челюсти Куда расслабляются. Она мгновенно выдернула голову у него изо рта. На этот раз скользкая рыба помогла ей. Кэнди заскользила по ковру из верхоплавок и увидела, как Куд падает в трюм. Она отвела от него глаза и посмотрела на своего спасителя.
Им оказался Шалопуто. С молотком Скеббля в руке, он стоял и улыбался Кэнди. Но время его триумфа оказалось недолгим. В следующее мгновение Куд с ревом поднялся со скользкого рыбьего ложа и дернул Шалопуто за ноги, опрокинув на спину.
— Ага! — воскликнул Куд, увидев молоток, выскользнувший из рук Шалопуто. Зетек схватил его и встал. За последние несколько минут сверкание его костей стало опасно ярким. При взгляде на Кэнди в глазах зетека вспыхнули две алые точки ярости: сейчас он походил на пассажира поезда-призрака. Взмахнув молотком, Куд ринулся на Кэнди.
— Беги! — закричал Шалопуто.
Но бежать было некуда. Слева и справа стояло по зетеку, а позади — стена. На лице Куда возникла зубастая улыбка.
— Последнее слово? — сказал он, поднимая молоток. — Ну, давай, — проворчал он. — Должно же в твоей голове быть хоть что-то?
Как ни странно, в голове Кэнди действительно кое-что было — слово, которое она никогда прежде не слышала.
Куд заметил в ее глазах замешательство.
— Говори! — рявкнул он, ударив молотком по стене слева от ее головы. Звук разнесся по всему трюму. Мертвые верхоплавки вздрогнули, словно в них на секунду вдохнули жизнь. — Говори со мной! — произнес Куд, теперь ударив молотком справа. Из места удара посыпался дождь искр, и рыбы подскочили во второй раз.
Кэнди поднесла руку к горлу. Там было слово. Она чувствовала его, будто что-то ела, но не смогла до конца проглотить. Оно хотело, чтобы его сказали. В этом она была уверена. Слово хотело, чтобы его произнесли.
Разве она могла сопротивляться такому желанию? Кэнди перестала сдерживать звук и сказала:
— Джассассакья-тюм!
Краем глаза она увидела, что Шалопуто резко сел на куче рыбы.
— Ну и ну, — сказал он потрясенно. — Откуда ты его знаешь?
— Я не знаю, — сказала Кэнди.
Но его знал воздух. Знали стены. Не успели с губ Кэнди сорваться звуки, как все вокруг начало вибрировать. С каждой вибрацией воздух и стены повторяли слово своим необычным образом.
Джассассакья-тюм!
Джассассакья-тюм!
Джассассакья-тюм!
— Что ты сделала, девчонка! — проговорил Куд.
Кэнди не знала. В отличие от Шалопуто.
— Она произнесла Слово Силы, — сказал он.
— Правда? — удивилась Кэнди. — То есть да, правда. Так и есть.
— Магия? — спросил Куд. Он попятился; молоток выскользнул из рук. — Я с самого начала знал, что с тобой что-то не так. Ты ведьма! Вот ты кто. Ведьма!
Паника зетека росла, как и отражения звуков от стен трюма. С каждым повторением вибрации только усиливались.