Делая ставки, герцог продолжал держать в поле зрения и ее, и толпу восторженных поклонников, собравшихся вокруг. Но женщина, казалось, никого не замечала, сосредоточившись на игре, а он, пробыв столько лет призовым жеребцом у светских львиц, не слишком волновался из-за соперников.
В этот вечер его посетило то, что называют счастьем игрока, и он долго не обращал внимания на незнакомку, пока случайно не увидел ее расстроенное лицо. Сделав партнерам знак, что выходит из игры, он поспешно шагнул к ее столику. Герцог Графтон видел подобное выражение сотни раз в различных казино по всему миру.
Она вот-вот потеряет все!
Толпа мужчин расступилась при его приближении — репутация герцога Графтона была здесь известна каждому. Не стоило задевать его, что бы он ни делал: исследовал неизведанные земли или участвовал в модных развлечениях аристократического общества.
— Позвольте мне, мадемуазель, — резко бросил он, поставив аккуратную стопку тысячефранковых фишек рядом с жалкой кучкой ее собственных.
Девушка обернулась и удивленно уставилась на него. Он улыбнулся. Потрясенная Фелисия позабыла, что леди ни в коем случае не должна принимать деньги от незнакомых мужчин.
— Вы позволите мне заказать от вашего имени две карты?
Голос… бархатный, и взгляд обдает теплом, а запах изысканного одеколона напоминает аромат любимого шотландского вереска.
— Пожалуй, не стоит, — промямлила она, вспомнив о приличиях.
Он, разумеется, расслышал нотки нерешительности в ее голосе… колебание на грани капитуляции. Что ж, она не первая и не последняя, сколько раз он был свидетелем подобных сцен!
— Это всего лишь карты, — возразил герцог, улыбнувшись. — Позвольте принести вам удачу.
Фелисия тоскливо оглядела внушительную гору пожертвованных фишек и подняла глаза к нарисованным на потолке облакам. Неужели это и есть обещанное чудо?!
— Две карты для мадемуазель, — повелительно бросил незнакомец. Да, на ангела он не похож, но все уже решено за нее.
На зеленое сукно легли новые карты, а красавец благодетель снова улыбнулся ей.
— Двадцать одно, мадемуазель. Разве я не пообещал принести вам удачу?
Крупье пододвинул к ней лопаточкой выигрыш, и Фелисия впервые в тот вечер почувствовала робкую надежду. Значит, все еще может обойтись: ее не выгонят на улицу, и она сохранит свой дом. Подумать только, спасение пришло как раз тогда, когда, казалось, все было потеряно!
— Я очень, очень вам обязана, — выдохнула она с невыразимой благодарностью. — Месье…
— Саффок. Томас Саффок.
Флинн небрежно поклонился, темные волосы блеснули вороненой сталью в свете люстры.
— На этот раз позвольте предложить…
Он ловко выровнял готовую рассыпаться стопку фишек и, взяв одну, пятитысячную, сунул в ее ридикюль.
— …пожалуй, одной карты вполне достаточно.
С этой минуты он продолжал играть за нее, изредка улыбаясь, ведя светскую беседу ни о чем, пока Фелисия тайно упивалась пьянящим теплом, исходившим от него. Она заставляла себя оставаться спокойной при виде вершившегося волшебства.
— Этого хватит? — спросил он наконец, добавляя к выигрышу очередную груду.
— О да, с лихвой!
Флинн знаком велел служителю собрать фишки и предложил Фелисии руку.
— Вам потребуется страж, — пошутил он несколько минут спустя, когда они стояли у кассы, и красноречиво показал на толстую пачку банкнот, которую она стискивала в руке.
— Не знаю, как и благодарить вас, мистер Саффок, — восторженно пробормотала она. — У меня до сих пор сердце не на месте.
Флинн, имевший свои соображения относительно способов выражения благодарности, нагло предложил:
— Поужинайте со мной в соседнем ресторане. Бокал шампанского успокоит вас.