Протекторат: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Начнем с Келли. Это была своего рода «подчистка», устранение побочного эффекта от операции по обезвреживанию двойника Ломбарде. При обычных обстоятельствах Келли не обратила бы внимания на странности в поведении Мишеля Тьерри, но из-за найденного на борту корабля трупа она стала излишне настороженной и подозрительной. Если бы она осталась на «Отважном», то непременно догадалась бы о том, что на Эль-Парадисо с Мишелем случилось что-то нехорошее.

— Я тоже догадалась.

— Как и я. Но дальше этого мы не пошли, Зато Келли со своей профессиональной паранойей разведчика добилась бы успеха там, где потерпела неудачу наша телепатия.

— И тогда Мишель остался бы в живых?

— Да. А вместе с ним уцелел бы и Сантини — правда, ненадолго, он погиб бы в любом случае. Такой вариант будущего я видела с той минуты, когда наняла

Ньето, чтобы убить тебя, и до того момента, как ты его подстрелила. В этой реальности через тридцать пять лет Мишель Тьерри возглавил бы правительство Земной Конфедерации и продержался бы на своем посту полных три срока.

— Значит… получается, что я убила его?.. То есть, еще убью — совершив нападение на Келли.

— Как сказать. Если бы не ты, Василов не получил бы предупреждения о диверсии, и корабль взорвался бы в овердрайве. Вместе с Мишелем, Евой, коммодором Конте и другими людьми, которые летели на «Отважном». Собственно поэтому, как я понимаю, Ньето не смог тебя убить. К тому времени «ты-будущая» уже встретилась с Василовым и рассказала ему о бомбе, таким образом, ты оказалась крепко привязана к реальности поступком, который тебе еще предстоит совершить, и это спасло тебя от преждевременной смерти.

Мы снова замолчали. Аргументы Тори не слишком-то утешили меня — я по-прежнему чувствовала себя убийцей Мишеля. Да, конечно, я отдавала себе отчет, что в естественном состоянии реальности, без двойника Ломбарде и моего вмешательства, он все равно убил бы адмирала Сантини и застрелился сам. Но ведь я вмешалась — и, вмешавшись, не предотвратила трагедии…

— Теперь по поводу Игоря, — спустя минуту продолжила Тори. — Сама подумай: что было главным следствием твоей встречи с ним9

— Ну, с моей эгоистической точки зрения главным было то, что он влюбился в меня.

— Совершенно верно. Весь следующий день он ждал твоего возвращения и даже пальцем не пошевелил, чтобы остановить Алену, которая решила улететь вместе с отцом. В результате она погибла, а ее Место заняла другая Алена — двойник из несостоявшегося будущего. Так что в общих чертах реальность была исправлена.

— Черт побери, — пробормотала я, ругая себя за несообразительность, — Это же было очевидно… Хотя нет. Почему в живых осталась Алена из будущего, а не Алена из настоящего? Ведь так, по-моему, было бы ближе к изначальной реальности.

— Ошибаешься. Та Алена, которая погибла с отцом, не была похищена арранскими террористами и не подверглась допросу под наркотиком.

— А это важно?

— Очень важно. Террористы, спеша получить нужные сведения, передозировали наркотик и не позаботились о сопутствующих препаратах, которые компенсировали бы его негативное воздействие на организм. Поэтому мозг Алены оказался слегка поврежден. Нет, она не сошла с ума и даже не поглупела, но у нее притупилась интуиция, обеднело воображение, ее восприятие мира стало менее глубоким, она лишилась того, что люди называют творческим даром, талантом, искрой Божьей. Алена с десяти лет пишет стихи, я их читала — они еще незрелые, слог немного хромает, однако в них чувствуется необыкновенное очарование, они похожи на природные алмазы, которым не хватает только огранки, чтобы превратиться в сверкающие бриллианты. К сожалению, эта Алена больше ничего подобного не напишет. А вот другая Алена, которая не пострадала от рук террористов, через несколько лет переключилась бы на прозу, и потомки признали бы ее величайшей в истории Дамограна писательницей, чьи произведения вошли в золотой фонд всемирной литературы. Но в том будущем, которое создаешь ты, нет места для писательницы Алены Габровой-Поляковой, есть просто Алена Полякова — доцент кафедры английского языка университета Нью-Монреаля. Ну а то, что она

на год старше, чем должна быть, для реальности не имеет особого значения.

«Еще одна смерть на моей совести, — отрешенно подумала я. — Ломбарде, Мишель, Сантини, Алена Габрова… А сколько их еще будет?!»

— Значит, Полякова, — произнесла я. — Она станет женой Игоря?

Тори грустно улыбнулась:

— Увы, да. Это случается с неизбежностью восхода солнца во всех доступных мне вариантах будущего. Знаешь, бывают пары, о которых говорят, что они созданы друг для друга. Именно такие Игорь и Алена. Если с тобой и со мной у Игоря была бурная, всепоглощающая страсть, то к Алене у него спокойное, но глубокое чувство на всю жизнь. Как это ни банально звучит, но только смерть способна разлучить их.

— Гм-м. Держу пари, что ты рассматривала и такой вариант.

— Рассматривала. Именно поэтому я сразу полетела на Дамогран — чтобы вовремя убрать Алену-из-будущего, пока она не заняла место Алены-из-настоящего. Но, как оказалось, я слишком много на себя брала. Моего потенциала убийцы хватило лишь на неудачное покушение на тебя. — Она на секунду задумалась. — Хотя кто знает. Если бы Ньето удалось тебя убить, то, может, у меня хватило бы духу и на второе убийство. А так… В общем, я спасовала.

— И вместо того чтобы избавиться от соперницы, — подхватила я, — ты стала крутить с ней любовь. Верно? Тори смущенно кивнула:

— Да, верно. Это была не ты, а я.

Ее признание принесло мне огромное облегчение. За последнее время со мной случилось (или еще должно было случиться) много не слишком хороших вещей, но особое неприятие вызывали у меня мои предполагаемые отношения с Аленой. Я всегда считала себя на сто процентов гетеросексуальной девочкой, даже в подростковом возрасте я не испытывала ни малейшего соблазна позабавиться с подругами, поэтому те картины, которые промелькнули в мыслях Алены при нашей встрече, ввергли меня в настоящую панику. Слава Богу, мне не придется этого пережить…

— Но зачем? — спросила я у Тори. — Чего ты добивалась?

— А ты до сих пор не поняла? Ведь это был единственный шанс хотя бы временно отвлечь Алену от Игоря. Если бы не я, она бы уже на третий день прибежала к нему поплакаться в жилетку, и ты не застала бы его свободным. А так ты провела с ним тринадцать замечательных дней. Я же в своей реальности вынуждена была довольствоваться одним вечером и одной ночью.

Я недоверчиво уставилась на нее:

— Ты сделала это ради меня?