Литума в Андах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Это любая гадалка может сказать кому угодно, – заметил Литума. – Вернемся к серьезным вещам, донья Адриана.

– А сердце у тебя вот такое большое, – добавила донья Адриана, широко разводя руки. – Счастлива та, кому достанется такое сердце.

Литума нарочито громко хмыкнул и, подойдя к Карреньо, сказал ему на ухо:

– Она пытается умаслить тебя, Томасито. Не поддавайся.

Но молодой полицейский не засмеялся вместе с ним. Лицо его оставалось серьезным, он завороженно смотрел на женщину. Та снова взяла его руку и, потискав ладонь, снова поднесла к глазам. Хозяин погребка напевал вполголоса все ту же мелодию и, раскачиваясь из стороны в сторону, постукивал в такт ногой, безразличный ко всему вокруг.

– Любовь принесла тебе несчастье, заставила страдать, – продолжала донья Адриана. – Твое сердце кровоточит каждую ночь. Но эта же любовь помогает тебе жить.

Литума пришел в замешательство и не знал, что делать. Он не верил колдунье и еще меньше верил тому, что рассказывали о ней не только в поселке, но и во всей округе: будто она и ее первый муж, шахтер, собственноручно убили пиштако. И тем не менее ему всегда становилось не по себе, когда он сталкивался с нею. Правда ли, что она могла прочитать жизнь человека по линиям его руки? Или по картам? По листьям коки?

– Но все кончится для тебя счастливо, так что не горюй, – завершила гадание донья Адриана и отпустила руку гвардейца. – Не знаю только, когда. Может быть, тебе придется пострадать еще немного. Не так-то просто выйти из-под влияния злых сил, они ведь ненасытны. Но то, что мучит тебя сейчас, кончится благополучно.

Она шумно вздохнула и повернулась к Литуме.

– Вы стараетесь заговорить нам зубы, сеньора, чтобы мы забыли о пропавших?

– А вам, капрал, я не стала бы гадать по руке, даже если бы вы мне заплатили, – усмехнулась в ответ сеньора Адриана.

– Со мной у вас ничего не выйдет, я на все ваши дела знаете что?..

А между тем Дионисио, возбужденный своими фантазиями, уже во весь голос тянул свою нескончаемую мелодию; он весь ушел в себя, закрыл глаза, пританцовывал на месте. Карреньо взял его за руку и сильно тряхнул. Дионисио затих, открыл глаза и удивленно озирался, будто видел всех впервые.

– Не притворяйся пьяным, не так уж много ты выпил, – одернул его Литума. – Вернемся к тому, на чем мы остановились. Вы мне объясните наконец, что произошло с этими людьми? Расскажете – я вас тут же отпущу.

– Ни я, ни мой муж ничего не видели. – Женщина уперла в Литуму твердый взгляд. – Оставьте нас в покое и заставьте говорить тех, кто возводит на нас напраслину.

– Да и вообще, господин капрал, что было – давно уплыло, теперь уж обратно не вернешь. Пора вам понять, что все бесполезно, – зачастил Дионисио. – Судьбу не переспоришь, только лоб разобьешь.

Дождь перестал, и сразу же разлился яркий свет еще высоко стоявшего солнца. Над окрестными горами, над эвкалиптовыми рощами перекинулась радуга. Земля покрылась бесчисленными ручейками и лужицами, блестевшими, как ртуть. А высоко вверху, над самым гребнем Кордильеры, небо окрасилось в особый густо-фиолетовый цвет, какой Литума видел только на юбках и платках индейских женщин и еще на шерстяных мешочках, которые индейцы привязывают к ушам своих лам; для него это был цвет самих Анд, этих таинственных и жестоких гор.

Карреньо после предсказания доньи Адрианы ушел в свои мысли и теперь, казалось, ничего не видел и не слышал. Еще бы, Томасито, ведь она сказала именно то, что ты хотел услышать.

– Где вы будете нас держать? – сеньора Адриана обвела комнату презрительным взглядом. – Здесь? И мы будем спать все вместе, вчетвером, друг на друге?

– Да, конечно, помещение не очень приспособлено для этого и не соответствует вашему высокому положению, я понимаю. Но придется довольствоваться тем, что есть. Ведь и нашему положению этот пост тоже не слишком соответствует. Верно, Томасито?

– Да, господин капрал, – тихо ответил Карреньо, с трудом отвлекаясь от своих мыслей.

– Отпустите хотя бы Дионисио. Пока мы здесь, некому присмотреть за погребком. Там все растащат, а между прочим, это барахло – единственное, что у нас есть.

Литума разглядывал ее с откровенным любопытством. Тяжелая, грузная, закутанная в какие-то тряпки, место которым в лавке старьевщика, бог знает на что она была похожа, и только крутые бедра напоминали, что она женщина. Говорила эта ведьма без малейшего намека на чувства, всем своим видом показывая, что выполняет пустую формальность, что ее, в сущности, мало беспокоит, чем все кончится. А Дионисио, по-видимому, еще меньше, чем она, беспокоился о своем будущем. Он снова закрыл глаза и отключился от окружающего. В общем, можно подумать, что все это их не касается. Еще носы задирают, мать их за ногу!

– Ладно, договоримся так, – вздохнул Литума, сломленный, наконец, их упрямством. – Вы мне дадите слово, что никуда не уйдете из поселка. Даже на двадцать шагов. На этом условии я вам разрешу жить в вашем кабаке, пока мы ведем расследование.

– Да куда мы денемся? – Дионисио приоткрыл глаза. – Если б нам было куда идти, давно бы и след наш простыл. Но ведь вокруг – и в горах, и повсюду – затаились эти люди, которые только и ждут случая, чтобы раздробить нам головы камнями. Наккос уже превратился в тюрьму, а мы все здесь заключенные. Разве вы до сих пор не заметили этого, господин капрал?

Женщина, ухватившись за руку мужа, тяжело поднялась с пола. Не простившись, оба вышли из дома. Они спускались с горы мелкими, осторожными шагами, нащупывая камни и твердую почву, где было меньше грязи.

– Ты еще не пришел в себя после того, что тебе нагадала эта ведьма?

Литума протянул своему помощнику сигарету. Они курили и смотрели, как уменьшаются фигуры спускавшихся все ниже Дионисио и доньи Адрианы.

– На тебя подействовало, что она догадалась о твоих любовных страданиях? – Литума выдохнул клуб дыма. – Но ведь такое бывает со всеми. Немного больше, немного меньше. Или ты думаешь, ты один тоскуешь по женщине?

– Вы мне сказали, что с вами никогда не случалось ничего похожего, господин капрал.