– Хорошо,– ответила она и, встав на четвереньки, последовала за ним.
Джош собрался уже было ползти к норе суслика, когда в луче фонарика заметил что–то, чего он не видел здесь раньше. Он направил луч фонаря обратно туда, где она обычно спала. – Свон? Что это?
– Где? – Ее взгляд последовал за лучом света.
Джош положил лопату и кирку и пополз обратно. Там, где обычно спала Свон, была сотня крошечных изумрудно–зеленых росточков травы. Они в точности повторяли форму свернутого тела ребенка.
Он потрогал траву, не совсем траву, понял он. Ростки доброты. Крошечные ростки… просто ли кукурузы?
Он посветил фонариков вокруг. Мягкая, нежная травка росла только на том месте, где спала Свон, и больше нигде. Он вырвал несколько травинок чтобы изучить их корни и заметил, что Свон вздрогнула.
– Что случилось?
– Мне не нравится этот звук.
– Звук. Какой звук?
– Звук боли.
Джош не понял, о чем она говорила, и покачал головой. Корни были приблизительно два дюйма величиной, нежные нити жизни. Они очевидно росли здесь уже некоторое время, но Джош не мог понять, как ростки могли прорасти в этой безжизненной грязи без капли воды. Это было единственным кусочком зеленой жизни, который он видел с тех пор, как был пойман здесь в ловушку. Но должно было быть простое объяснение, и он решил, что семена были занесены ветром и как–то пустили корни и проросли. Всего лишь.
Да, подумал он. Пустили корни без воды, проросли без единого лучика солнечного света. Это было подобно тому, как Поу–Поу обратился в прах.
Он посадил зеленые ростки обратно. Свон тут же взяла рукою горсть грязи и мяла ее своими пальцами несколько секунд с явным интересом, а затем накрыла ею ростки.
Джош откинулся назад, подтянув колени к груди.
– Они растут только там, где ты спишь. Они какие–то особенные, да?
Она пожала плечами. Она чувствовала, что он осторожно разглядывает ее.
– Ты сказала, что чего–то слышала,– продолжал он. – Что это был за звук?
Снова снова пожала плечами. Она не знала, как сказать об этом. Никто не спрашивал ее об этом раньше.
– Я ничего не слышал,– сказал Джош, снова придвигаясь к росткам.
Она схватила его руку, прежде чем он дотянулся до травы. – Я сказала… как звук боли. Я не знаю точно, что это было.
– Когда я вырвал их?
– Да.
Господи, подумал Джош. Теперь я готов для комнаты с мягкими стенами! Он подумал, глядя на зеленые ростки в грязи, что они проросли здесь потому, что ее тело заставило их вырасти. Ее химизм или еще что–то, взаимодействующее с землей. Это была безумная идея, но ростки же существовали.
– На что это было похоже? Голос?
– Нет. Не голос.
– Я бы хотел, чтобы ты рассказала мне об этом.
– В самом деле?
– Да,– сказал Джош. – Правда.
– Моя мама всегда говорила, что это просто воображение.
– Да?